Чтение онлайн

Я нечасто бывала в Анжарской деревне, мало кого тут знала. И до того плохо ориентировалась на местности, что ночью ни за что не нашла бы путь к академии.

– Я не против твоего баловства в лечебнице, но при условии, что буду все контролировать. Видит Варх, с пустышкой мне было бы проще. Но я не хочу лишать тебя маленьких радостей и этого… нелепого ощущения нужности.

Он величаво возвышался надо мной, демонстрируя с лучших ракурсов богоподобную фигуру. Голос, приправленный томной хрипотцой, лился словно с золотых облаков.

– Баловства? Маленьких? Нелепого? – я открывала и закрывала рот, как оглушенная рыбина, выброшенная на песок.

– Ну какая из тебя целительница, Лис? К чему эта наивность? – Крис раздраженно ослабил зажим на воротнике и стянул с себя рубашку через голову. – В Тарлине ты держалась только благодаря моей протекции. Тебя не увольняли, потому что все знали о нашей связи.

– Нет… Нет. Все было не так.

Ему ли не знать: право практики еще надо заслужить! И я год недосыпала, чтобы сдать все положенные зачеты.

Заведующая меня опекала. Дарила свои старые платья, разрешала присутствовать на сложных операциях, показывала, как составлять целебные мази.

– Устроиться в Анжаре тебе тоже помогли, да? Твоя пустая подружка, так удачно выскочившая замуж? – бил по больному Вейрон, с хирургической точностью находя открытые раны. – Я твое будущее, Алисса. Если будешь послушной лисичкой, я устрою тебя работать в Хитане. У меня отличные связи, и даже такую серую бездарность, как ты, я смогу обеспечить хорошим местом.

Я поднялась на ноги и, пошатываясь, отошла к деревянной стене. Та покосилась влево, столбы опасно кренились. Казалось, крыша вот-вот сползет, оставив нас под чернотой Звездносвода.

– Кто ты без меня? Второй сорт, младшая из младших, – напирал «выдающийся хирург». – Тебе никогда не подняться выше. Все, о чем ты с гордостью вспомнишь в старости, – твои отношения с Кристианом Вейроном…

Зачем он говорил все эти мерзости? Это добавляло ему силы? Уверенности? Или ему хотелось меня полностью уничтожить задолго до того, как он доберется до тела? Опустошить, подчинить, унизить, не поднимая руку?

Он чеканил слова, вбивая их мне в сознание. Было время, когда каждое ударило бы наотмашь. Когда я согнулась бы под гнетом обидных смыслов. Но сейчас меня больше беспокоил откат, рвущая руку привязка и чернота снаружи амбара.

– Я был груб и не сдержан, признаю. Но ты сама виновата. Нам было хорошо, пока ты все не испортила.

– Ты был женат, Крис…

Колени подгибались, в ногах не было сил. Словно кто-то вынул из меня стержень и выбросил за ненадобностью. Не опирайся я о стену спиной, давно бы упала обратно на сено.

– Я и сейчас женат. И что? Это мешало тебе крутить передо мной своим задом в узком форменном халатике? Ты вообще осознаешь, как это действует на здоровых мужиков?

– Я не… к-крутила…

– Неужели ты верила, что я так легко отпущу? Позволю совершить глупость, о которой ты завтра пожалеешь? – в несколько шагов Крис настиг меня и саданул кулаком по стене.

Я часто заморгала, дерево за спиной завибрировало, поползло в сторону. Крыша, державшаяся на одном варховом слове, проломилась в нескольких местах, осыпалась на пол, открыв вид на звезды. И я пожалела, что не обернулась морской пеной на том утесе. Или не улетела с белыми цапами в Ташер.

– Видишь, Лис? Я твоя опора, – выдохнул мне в лицо. – Ты зависишь от меня. Я нужен тебе даже больше, чем ты мне.

– Да я за эти несколько дней почти забыла о твоем существовании, – я зажмурилась, стараясь не вдыхать его запах. – Разве что… разве что глаза открылись…

– Врешь, Лисси. Я знаю, что ты скучала.

Он поцеловал, а я не сильно этому удивилась. Я с самого выхода из вояжера с тревогой ждала момента, когда он ко мне притронется. И Крис притронулся. Вытянул из меня весь воздух губами, заставив судорожно вдыхать его аромат. Знакомый, но неприятный.

– Узнаешь? Вспоминаешь? – вернул меня за подбородок к себе. К своему требовательному рту. – Чувствуешь, как бьется в груди беспокойное трусливое сердечко?

– Я не люблю тебя больше. Совсем. Ни гхарровой капельки.

– А кого любишь? Его? – уточнил с глухой злобой, и пальцы Криса до скрипа стиснули ветхий деревянный столб. Так яростно, будто это был не столб вовсе, а мое горло.

– Я не… – сглотнула, запинаясь о мысли.

«Я не знаю?» А кто знает? Я так беспощадно во всем запуталась.

– Пойми, лисичка. У меня лишь два выхода, – вкрадчиво объяснил Вейрон, откидывая меня обратно на сено. – Или обладать тобой… или убить… чтобы не мучила. От моего проклятия нет иного лекарства.

Ох, Имира Сиятельная, покровительница обреченных дев…

Магия сира Рэдхэйвена рассеивалась, и виззарийская привязка буквально отрывала руку от тела, норовя вернуть ее «второй половинке». Казалось, я растворяюсь. В окутавшей меня боли, разлившейся от запястья прямо к сердцу. В отвращении от прикосновений чужого мужчины.

Вейрон без лишних церемоний забрался под розовую юбку и рванул хавранское кружево. С обидным треском оно разошлось по швам и повисло белоснежными лоскутами на длинных пальцах.

– Ох…

Невыносимо жалко. Белье умудрилось пережить и болото, и пиявок, и прогулку по изнанке, и торги с мраком… С десяток ощупываний темным магистром, несколько стирок банными артефактами… Оно героически защищало мой… кхм… от нахального ветра и чужих глаз. И просто не могло погибнуть так глупо!

– Красивое, – Крис помял кружево пальцами и отбросил в сторону. – И ты красивая. Ничего не имею против блондинок.

Имира, Имира, Имира, только не так! Не на прелом сене, не на глазах у богов, не под тяжестью самого омерзительного мужчины Эррена!

– Твоей блудливой богине давно нет дела до обиженных дев, – жестко рассмеялся Крис, подминая меня под себя. Глыба, под которой проще задохнуться, чем сделать нормальный вдох.

Мысли взорвали голову. Губы сами шептали чужое имя. Не потому, что надеялись на защиту, а просто чтобы не дать мне сойти с ума.

– Он прав, – вплелось в мои мысли навязчиво и чужеродно, как засохшая травинка впутывается в растрепанную косу. – Имире давно нет дела до дев, оказавшихся в беде…