Чтение онлайн

В полете я то кусала губы от волнения, что Софи натворит бед, пытаясь меня дождаться. То невольно улыбалась в черный воротник, вспоминая все, о чем мы говорили вчера с Кейром. И все, что мы с ним делали. Уфф…

Не помню, чтобы мне бывало так волшебно. Я будто растворилась в нем и лишь к утру собралась заново. Все было так правильно, нужно и на своем месте… Как у двух идеально подогнанных деталей в древнем временном артефакте.

На рассвете я даже не удивилась, что Райс попросил ректора выделить дом сегодня. Сама бы не хотела провести новую ночь без магистра. Конечно, мы могли вернуться в мрачную берлогу, созданную для одного… Но так было правильнее.

Всю дорогу, что летела воздушным судном, прижавшись к Райсу, я отчаянно клевала носом. Назвать сном происходившее вчера язык бы не повернулся. Мы подремали час или два… Не больше.

И теперь в голове перекатывалась сонная каша из обрывков слов и воспоминаний. Что-то про мрачные руины, на которых построится новое. Про сад, лабораторию и миссис Лиссу Райс…

***

На лавке имения Кольтов сидел абсолютно белый Грегори. Почти без движения, словно статуя. Загар на его лице остался воспоминанием. Кулаки сжимали старую древесину, временами выводя пальцем надпись, выскобленную на синей краске. В его руке искрили дымные камешки, источая плотный зеленый туман.

– Она здесь, – прохрипел сир Кольт, кивая на открытую дверь. – Граймс велел мне выйти, и я… сегодня весьма послушен.

Райс, глухо откашлявшись, присел рядом с Грегори, а я вошла внутрь. Софи лежала на диване в гостиной, мокрая и бледная. Сир Альвар смазывал ее губы тоником, но пить не заставлял. Вместо этого Саяра услужливо подносила простую воду.

– Я боюсь навредить, Алисса, – пояснил он, отрешенно глядя перед собой. – Случай… весьма непрост.

– А я сразу вам говорила! – проворчала, на ходу скидывая с плеч плащик. – Софи не маг, артефакты и чары ей лишь вредят.

– Знаю, моя быстроногая… Но дитя наделено искрой. Я пытался облегчить боль магией, но сделал хуже, – прокряхтел док, нервно щелкая сшивателем.

Я крепко сжала руку подруги и сунула ей в пальцы наш старый «антиобморочный» камешек. Раньше я всякий раз напитывала его энергией, если Софи приходилось идти в людное, магически активное место.

Поймала ее усталый синий взгляд. Она с ночи мучилась, вконец измоталась. И явно намеревалась провести в страданиях весь день, выгибаясь на диване от сильных спазмов.

– Софи… Соф! Прости, что я так задержалась. Я осталась ночевать в Тарлине с сиром Райсом и…

– Все нормально, Лисси, – успокоила она и путанно добавила: – Роуз Эштон-Кольт есть в любой из реальностей. А раз есть, значит, будет.

– Я целитель, а не философ, – напомнила ей, закатив глаза, и жестом велела Саяре подложить больше подушек под спину и голову. – Хорошо бы еще ты в ней осталась. Иначе сир Грег разнесет все реальности к линялым гхаррам. А я только нашла…

Софи попыталась улыбнуться через боль и откинулась на подушку.

– Дышите, миссис Кольт. Глубже, малышке Роуз нужен кислород. Вот так: «Уфф… ффухх… уфф… фу-у-ух», – раздувающий щеки Граймс был изрядно комичен, но мне было не до смеха. Я сама забыла, что надо дышать, и теперь вместе с Софи и Альваром старательно делала вдохи.

Сейчас, сжимая белую и мокрую руку подруги, я чувствовала себя невероятно нужной. Важной в ее жизни. Софи, как всякая простачка, плохо переносила крепкую магию, даже целительские пульсары и сильные снадобья. Что уж говорить о заряженных обезболивающих артефактах.

Методы Райса, какими он справлялся с откатами, ей тоже по понятным причинам не подходили. Эшерская роженицам запрещена, а массаж раскаленными пяточками не всякий здоровый вынесет…

– Дыши, Соф. И сядь, вот так, да, – я подложила еще подушек ей под спину и принялась растирать поясницу, вдавливая кулаки в чувствительные точки. – И дыши. Уфф… Фу-у-ух…

В Хавране я присутствовала на родах: подавала Марте чистые пеленки, таскала теплую воду, протирала пациентке лицо. Ставила охлаждающие компрессы, дышала вместе с ней. Массировала низ спины, как показывала акушерка, она же главная сестра, на которой держалась вся лечебница.

Мне даже доверили омывать малыша, я потом весь вечер трещала об этом в палате Руслана Ивановича. Старик смеялся, умилялся, а потом мы тайком ходили посмотреть на спящего щекастого кроху.

– Выпейте это, миссис Кольт, – Граймс достал из саквояжа бутылек с синей жидкостью. – Это временно блокирует искру. Медицина экспериментальная, но в нашем случае…

– Во мне нет искры! – прорычала Софи, выгибаясь на диване.

– Сейчас есть. И из-за этого вам настолько дурно, что вы едва справляетесь, совсем обессилели, – строго прокряхтел док. – Алисса, убедите подругу выпить. Эффект недолгий, не больше суток.

Пот струями катился по лбу Софи, а я суматошно вспоминала все, что читала о магических беременностях у «пустышек». Ни гхарра я полезного не читала! Этот феномен был мало изучен, в Эррене браки заключались с равными, никто не стремился передавать искру простачкам.

– Экспериментальная медицина?! – провыла Софи.

– До сих пор мои целительские эксперименты были весьма удачными, – профыркал Альвар.

– Позовите Грега…

– Чтобы он от волнения за вас устроил кратер на пол-Анжара? Ну нет, моя упрямая, ну нет. У меня кроме вас есть еще пациентка… недолеченная.

– Софи, пей, – я строго поглядела на подругу и влила ей в рот синюю жижу.

Док прав: рабочие у него методики. Действенные. И если говорит, что искра пробудится в Рози спустя сутки, значит, так и будет. А пока она едва не убивает Софи, не привыкшую к магии внутри.

Я продолжала массировать поясницу кулачком, облегчая участившиеся спазмы. Если бы старательно не дышала вместе с подругой, наверняка сама бы упала в обморок от волнения.

– Ну вот, мисс Лонгвуд, а вы говорили, что не нашли себя, – флегматично протянул Граймс, откладывая сшиватель ауры.

Нам с ним оставалось просто ждать, что чудо свершится само по себе. Без нашей магической помощи.

***

Грегори Кольт

Грегори медленно шел по саду, не разбирая тропы. В одной руке он покручивал золотое перо, в другой сжимал иссякший дымный камень с Саци.

Из дверей дома его настиг сначала детский крик, а потом и другой возглас – громкий, радостный. Алисса сообщала всему Анжару, что у малышки Рози черные волосы и синие глаза. И что это правильная реальность, в которой есть все, что нужно для счастья.