Чтение онлайн

Дальше был туристический отдел. Вместительный, прочный походный рюкзак темного цвета, десяток зажигалок, два мотка паракорда.

Затем — продуктовый. Никаких громоздких банок с тушенкой или стеклянных бутылок, они слишком много весят и гремят. Моя Ловкость сейчас на нуле, лишний килограмм за спиной сделает из меня отличную мишень. Только высококалорийные протеиновые батончики, вяленое мясо в вакууме, орехи и горький шоколад. Вода — две литровые пластиковые фляги.

И, наконец, спорттовары. Моя прелесть.

Я снял со стенда тяжелую бейсбольную биту. Черный авиационный алюминий, удобная прорезиненная рукоять. Центр тяжести идеально смещен к концу — то, что нужно для пробивания крепких черепов местной фауны. Я взвесил ее в руке, сделал короткий, резкий замах. Воздух недовольно свистнул.

На кассе я методично переложил всё в новый рюкзак и вывалил перед кассиршей веер кредиток.

— Оплата картой, — бросил я. — Пробивайте частями, с каждой до лимита.

Женщина с бейджиком «Елена» недоверчиво косилась то на бутылки с аммиаком, то на биту в моих руках.

— К ремонту готовитесь? — без особого интереса спросила она, протягивая первый чек.

— К генеральной уборке, — ответил я.

09:45

Я вышел на улицу. Солнце уже поднялось над стеклянными высотками бизнес-центра, заливая асфальт обманчиво теплым светом. Рядом с гипермаркетом уже открылась уличная кофейня. Возле нее толпились люди в ожидании своей порции утреннего допинга.

Я подошел к стойке, достал из кармана куртки ту самую смятую бумажную тысячу и бросил на блюдце.

— Двойной эспрессо. Сдачу оставьте себе.

Бариста удивленно моргнул, увидев щедрые чаевые, но кофе сделал мгновенно.

Я отошел к высокому круглому столику на краю тротуара. Снял с плеч тяжелый рюкзак и опустил его на землю прямо у своих ног — мне нужны были свободные руки и свобода маневра. В левую руку я взял горячий картонный стаканчик, а правую расслабленно опустил на рукоять биты, оперев ее о землю.

Сделал маленький глоток. Горячо. Горько. Идеально.

09:58

Люди вокруг спешили по своим делам. Гудели клаксоны машин. Где-то вдалеке выла сирена скорой помощи. Привычный, успокаивающий шум умирающего мира.

09:59

Я поднял взгляд. Голубой свод неба внезапно пошел мелкой рябью, словно старый монитор, теряющий сигнал видеокарты. Никто в толпе этого еще не замечал.

Десять секунд.

Я сделал еще один глоток, наслаждаясь вкусом. Завтра кофе станет роскошью для лордов.

Пять секунд.

Пальцы правой руки крепче сжали прорезиненную рукоять биты.

Три.

Две.

Одна.

Небо над городом с оглушительным, невыносимым стеклянным хрустом треснуло.

В прямом смысле этого слова. Огромная, пульсирующая багровая паутина расползлась от горизонта до горизонта, перекрывая солнце.

С улицы мгновенно исчезли все звуки. Двигатели машин заглохли одновременно, будто кто-то выдернул вилку из розетки мироздания. Толпа у кофейни замерла, в ужасе подняв головы. Кто-то ахнул. Кто-то выронил портфель.

А затем прямо перед моими глазами, перекрывая вид на расколотые небеса, всплыло до боли знакомое, полупрозрачное синее окно с золотой каймой.

[ВНИМАНИЕ!]

[Протокол Интеграции Земли запущен.]

[Мана-фон планеты: 0% -> 100%.]

[Добро пожаловать в Систему. Да начнется Отбор.]

Я криво улыбнулся, допивая кофе.

Толпа вокруг напоминала стадо баранов, которым вместо новых ворот показали голограмму.

Клерки, студенты, бариста — все тупо пялились на полупрозрачные синие таблички, висящие перед их лицами. Кто-то пытался смахнуть текст рукой, как назойливую муху. Мужчина в дорогом костюме достал айфон и начал снимать расколотое багровое небо на камеру, истерично бормоча что-то про «вирусную рекламу новой метавселенной».

Святая наивность.

Пространство над капотом желтого такси, припаркованного в трех метрах от моего столика, пошло густой рябью. Воздух сжался, с мерзким звуком рвущейся плоти лопнул, и из образовавшейся черной щели на асфальт вывалилось это.

Метр с кепкой. Зеленая, усеянная бородавками кожа, набедренная повязка из грязных шкур и ржавый кусок арматуры в когтистых лапах. Желтые глаза бешено вращались, оценивая новую локацию.

Над лысой головой твари услужливо вспыхнула красная надпись:

[Гоблин-городской падальщик. Уровень 1]

Первой закричала девушка с декоративной собачкой. Высоко так, ультразвуком.

Гоблин дернулся от звука, оскалил гнилые зубы и, радостно взвизгнув, прыгнул на ближайшую к нему цель — того самого мужика с айфоном. Клерк даже не успел опустить телефон, как зеленая тварь вцепилась ему в ногу, раздирая дорогие брюки вместе с кожей.

Брызнула первая настоящая кровь. Толпа наконец-то поняла, что это не флешмоб с актерами. Началась животная паника. Люди с воплями бросились врассыпную, сбивая друг друга с ног, роняя сумки и стаканчики с латте.

А я просто сделал невозмутимый глоток эспрессо.

Гоблин, опьяненный кровью, вскинул голову и посмотрел прямо на меня. Он открыл пасть, чтобы издать победный рык, но звук застрял у него в горле.

Знаете, у монстров Системы есть один базовый инстинкт — они потрясающе чуют ауру убийцы. Мои физические статы сейчас были на уровне зубочистки, но мой разум принадлежал мяснику, который десять лет вырезал таких тварей легионами.

Гоблин жалко пискнул. В его желтых глазах мелькнул первобытный ужас. Он бросил свою скулящую жертву и неуклюже метнулся за желтое такси, выглядывая из-за багажника и трясясь всем своим тщедушным телом. По его зеленой морде катился пот.

— Прятки? Обожаю прятки, — хмыкнул я.

Я не стал выпускать кофе из левой руки. Правой перехватил биту, неспешно обошел машину и заглянул за багажник. Гоблин попытался ткнуть меня арматурой, но я просто отбил ее в сторону легким движением алюминия, а вторым, коротким ударом сверху вниз опустил биту ему на темя.