Чтение онлайн

— Давай, рассказывай, только заодно и остальное расскажи, посмотришь на результат, — говорю равнодушно.

Буквально выталкиваю ее за порог.

Кидаю ей шубу прямо в руки, она ловит ее на лету. Смотрит на меня с ненавистью.

— Ты пожалеешь! — шипит Милена напоследок. — Еще ползать будешь, умолять вернуться!

— Прощай, — говорю я и захлопываю дверь.

Запираюсь на замок, прислоняюсь спиной к двери, выдыхаю.

Черт, какая же драма. Бразильские сериалы нервно курят в сторонке.

Возвращаюсь на кухню, наливаю себе еще кофе. Пью медленно, смотрю в окно на серое зимнее небо. Думаю, как поступить дальше.

С Миленой покончено — слава богу. Свадьбы не будет, а отец еще порадуется такому исходу, когда все узнает.

А вот что делать с Лизой — вот это вопрос.

Достаю телефон, набираю номер брата.

Гудки. Раз, два, три…

— Алло, — отзывается Артур деловым голосом. — Тебе чего надо?

— Занят?

— На работе.

— Сегодня воскресенье… — напоминаю я.

— Ну кто-то ведь свалил в отпуск, скинув на других свои прямые обязанности. Вот сижу разгребаю… Зачем звонишь, напомнить день недели?

— Мне нужен твой совет, — говорю со вздохом.

Кратко рассказываю про наши с Лизой утренние приключения.

— О, — протягивает брат. — Опять поссорился? Ну ты мастер-ломастер, не то, что я. У нас-то с Настей все шикарно, семь лет брака, как один день. А ты с Лизой, как мамонт в посудной лавке. Книгу бы какую по женской психологии почитал, что ли…

— Иди ты на хер со своими издевками, — огрызаюсь. — Я серьезно спрашиваю.

— Серьезно? — хмыкает брат. — Ну тогда серьезно отвечаю: извинись. Нормально извинись, без этих твоих «да я не виноват, она сама». Просто скажи, что был неправ, что любишь, что готов на все ради нее. Цветы подари, кольцо… Хотя ты же уже кольцо дарил, да?

— Дарил, — мрачно подтверждаю я.

— Ладно, слушай дальше, — серьезнеет брат. — Просто будь рядом. Не давай ей отдалиться. Настаивай на своем, но без нажима. Покажи, что ты не сдашься. Женщины любят настойчивых мужчин, проверено.

— Спасибо, подумаю.

Кладу трубку, допиваю кофе.

Смотрю на свое отражение в темном экране телефона.

Вскоре понимаю, что Артур, в общем-то, прав.

Хрен я позволю Лизе от меня прятаться. Хрен я позволю ей окончательно отдалиться, построить стену, за которую меня не пустят.

Она меня ненавидит? Замечательно. Ненависть всяко лучше безразличия. Что угодно лучше — злость, обида, раздражение. Главное, чтобы не пустота.

Если понадобится, я украду Лизу и с мешком на голове притащу в ЗАГС. Или без мешка, но под конвоем.

Но для начала попробую просто еще раз признаться в любви… Не прокатит, конечно, она пошлет меня куда подальше. Но я попытаюсь.

Не сдамся.

Потому что Григоряны не сдаются. Никогда.

Нет такого слова в нашем словаре.

Есть только слово «победа».

Лиза

Я уже и забыла, как это бывает приятно — просто провести время с подругой.

Без детей, без обязательств, без спешки. Просто мы вдвоем, как в старые добрые времена, когда у нас никаких детей даже не планировалось.

Сначала мы идем на массаж — в спа-салон при отеле, роскошный, пахнущий ароматическими маслами. Массажистки разминают нам спины, плечи, ноги, и я чувствую, как напряжение последних дней постепенно отпускает. Настя рядом со мной на соседнем столе тихонько постанывает от удовольствия.

— Лиз, это просто рай, — шепчет она блаженно. — Когда я последний раз на массаже была? Года четыре назад, наверное…

— Я тоже давно не была, — признаюсь, закрывая глаза.

Потому что какой массаж, когда у тебя работа, ребенок и забот полон рот.

После массажа — педикюр. Мы сидим в удобных креслах, ноги опущены в теплую воду с ароматными солями. Мастера аккуратно обрабатывают пятки, подпиливают ногти, наносят лак. Настя выбирает ярко-красный, я — нежно-розовый.

— Помнишь, как мы в школе красили друг другу ногти в раздевалке? — смеется Настя. — Физрук нас застукал за этим делом, так орал!

— Еще бы, — усмехаюсь я. — У тебя тогда вся лавка в ацетоне была.

Потом мы идем в парикмахерскую. И тут Настя предлагает безумную идею:

— Лиз, а давай сделаем одинаковые прически? Как раньше! Помнишь, мы с тобой как близняшки ходили?

— Серьезно? — смеюсь я, но идея мне нравится. — Давай!

И мы делаем.

Светлые локоны, которые нам так идут, объемные, воздушные, струящиеся по плечам. Длину тоже делаем одинаковую — до середины спины. Парикмахеры колдуют над нами больше часа, но результат того стоит.

— Боже, мы правда как сестры! — восклицает Настя, разглядывая нас в зеркале.

Действительно, со спины нас, наверное, вообще не отличишь — одинаковые светлые волосы, одинаковая длина, одинаковое телосложение. Только я чуть выше, но это незаметно, когда сидим.

Потом мы отправляемся на макияж. Визажисты делают нам естественный, но выразительный мейк — стрелки, тушь, нюдовые губы, легкий румянец.

Смотримся в зеркало вдвоем, и Настя довольно хихикает:

— Представляешь, если бы мы сейчас пришли к Григорянам? Они бы нас перепутали!

И ведь правда могли бы.

Мы делаем общее селфи — прижимаемся щеками друг к другу, целуем воздух, строим смешные рожицы. Настя тут же постит фото на своей странице с подписью: «Сестры по духу».

Потом мы отправляемся в кафе на ланч.

Уютное местечко с мягкими диванчиками и живыми цветами на столах. Заказываем по салату «Цезарь» и по чашке капучино. Садимся у окна, откуда открывается вид на зимний Краснодар — серое небо, голые деревья, редкие прохожие в пуховиках.

— Как же хорошо, — вздыхает Настя, откидываясь на спинку дивана. — Я так давно никуда не выбиралась без детей. Спасибо, Лиз, что согласилась.

— Мне тоже хорошо, — улыбаюсь я искренне. — И спасибо бабушкам, что занялись малышней.

— Это да, у меня классная свекровь.