Чтение онлайн

Тана

После странного разговора с Найте я была сама не своя и почти не реагировала на завуалированные жалобы О-Тайлы, которая мучилась присутствием Удора, и на самого Удора я тоже не реагировала, даже когда он практически силком вытащил меня потанцевать. С трудом подбирая слова, парень попытался разузнать, почему на него сердится О-Тайла, но, в третий раз услышав от меня «Что ты сказал? Прости, я задумалась», оставил попытки поговорить и отвел меня к подруге.

Кое-как дождавшись окончания «празднества», мы с О-Тайлой разошлись по жилым корпусам, одинаково недовольные, а я еще и взволнованная. Уже лежа на койке, я снова и снова анализировали нашу встречу с Малейвом.

Зря я опасалась, что он свихнется после второй недели в изоляторе. Да, выглядел он плохо, но он и при первой нашей встрече так выглядел. Пожалуй, похудел всего-то на пару кило, и ничего в его скуластом лице разительно не переменилось, только взгляд стал острее, злее, пристальнее — и ничего в этом взгляде не было безумного.

Когда он спросил меня, давно ли я в него влюблена, я от неожиданности чуть не брякнула, что с пятнадцати лет. К счастью, я этого не сказала, и обошлась другим ответом, точнее — другим вопросом. Но все, что я говорила, только уверяло его в том, что я к нему неравнодушна, и он посматривал на меня со скучающим и чуть-чуть жалостливым видом: «Бедняжка, мне тебя жаль, у тебя нет шансов».

Я будто вернулась в те свои пятнадцать, когда внимание какого-нибудь мальчишки ввергало меня в панику и лишало дара речи… Да и я сейчас недалеко ушла от той девчонки, какой была — стоило мне оказаться без эо, во власти Хальда, как сразу потерялись уверенность в себе и навыки отшивания нахалов. А уж рядом с Найте я себя ощущаю бесхитростным беззащитным ребенком.

Как он смотрел на меня… Что говорил…

Я перевернулась на другой бок и поджала колени к животу; мне снова стало тошно. Как нелепо все это, как противно. Найте Малейв оказался совсем не таким, каким я его себе представляла, когда смотрела «Новые боги» или когда читала о нем сплетни в союзных газетах. Нет, Найте никогда не позиционировал себя как хорошего мальчика и идеального гражданина Союза, но всегда казался мне ироничным, спокойным и выдержанным, даже в эо-поединке.

А тот Найте, которого я видела сегодня, ужасен. Дело даже не в том, что он говорил всякие мерзости, а в том, что он всем своим видом источал уверенность в том, что он лучше, чем я, что до меня можно только снизойти, что я какая-то безмозглая фанатка, которая по первому его слову кинется лобызать ему ноги. Он был так слаб, почти немощен, что с трудом стоял, но все же потребовал отплатить за изолятор, хотя ни я сама, ни отработка в целом ему не нужны. Найте хотел, чтобы я поняла: он все замечает и всегда выставляет счет.

Отвратительный сноб! Наверное, другим он и не может быть, ведь вырос в очень богатой семейке, которая рвется к власти. Большие деньги, политика, военные операции… Я снова перевернулась на другой бок, и даже тихонько фыркнула.

Да, он отвратителен. Отработки, он, видите ли, хочет, и массажа!

«Но тебе он все равно нравится», — вкрадчиво сказал внутренний голос, и возмущение уступило место стыдливой досаде.

Как ни прискорбно, это так: эо-связь спровоцировала именно я, основой были мои эмоции, накаленные до такого состояния, что я могла бы стать источником энергии. Я слишком переволновалась тогда; почти детское благоговение перед Найте сплелось с моим чувством вины и твердым намерением спровоцировать его, и в итоге получилось почему-то именно эо-ри — связь интимная, глубокая, эйфорическая…

Я постаралась прогнать неприятные мысли из головы, но они возвращались, и снова и снова я видела перед внутренним взором лицо Найте, совсем не красивое по общепринятым меркам, и его темные глаза, обычные карие безо всяких там необычайных оттенков радужной оболочки. Не могу я вот так сразу взять и начать его презирать, потому что не могу стереть из памяти все те эпизоды шоу «Новые боги», по которым познавала его характер.

В этом шоу нет строгого сценария — просто набираются способные совершеннолетние психокинетики не старше двухсот лет для младших рас и не старше четырехсот для старших. Сначала устраивают общие испытания, и те участники, которые прошли их, переходят на следующий этап. Этапов много, на каждом из них отсеиваются участники. Когда останется двадцать-тридцать участников, их приглашают жить в дом, где они живут вместе, общаются, отдыхают, готовятся к следующим этапам состязаний. Во время участия в шоу эти избранные, «новые боги», обязательно посещают различные мероприятия и активно участвуют в общественной жизни. Это любимый этап многих зрителей, именно на нем выбираются любимчики, делаются ставки на победителей. Концепция шоу основана на том, что возможности и способности людей все еще развиваются, и до сих пор наукой не установлены, каковы пределы могущества человека. Естественно, могущество это строится на психокинезе, но сам факт наличия эо никого не восторгает. Участники завоевывают сердца зрителей и получают статус «богов» не за то, что родились с определенным уровнем эо, а за то, как они развивают и используют эти свои способности.

Испытания в «Новых богах» невероятно эффектны, и вряд ли найдется человек, который ни разу не смотрел ни одного эпизода. Вот и я обожала это шоу; ассоциировала себя с участниками, мысленно повторяла приемы использования эо, и по ночам мне снилось, что я тоже «богиня», способная на такие вещи, которые могут поразить даже рептилоидов.

Моим любимым участником был и остается Найте Малейв — как, впрочем, и у большинства. Хотя вышли уже новые сезоны шоу, никто из новых участников не стал таким обсуждаемым, как он.

Причем сам Найте ничего не делал, чтобы завоевать аудиторию и любовь толпы — он просто выполнял задания и выигрывал, а когда не получалось, озадачивался и искал причины своих ошибок. Это мне в нем и нравилось: спокойное упрямство, терпение, выдержка. Поначалу он вызывал мало интереса у зрителей: подумаешь, какой-то там молчаливый паренек неопределенной расы, с заурядной внешностью. У него не было в запасе каких-то особенных приемов владения психокинезом, ничего феерического он не показывал, наоборот, старался сделать все максимально быстро и просто. Его сила раскрылась, когда начался этап эо-поединков. Найте неожиданно для многих участников стал выигрывать один поединок за другим… Прошло еще немного времени, его характер полнее обрисовался в эпизодах, и Малейв стал самым ярким участником и абсолютным фаворитом восьмого сезона шоу «Новые боги», хотя и не стал победителем. И — да, по его словам, на шоу он пошел только потому, что проспорил. После финала Найте сказал, что рад был стать участником, испытать себя, и призвал всех сомневающихся в себе не бояться развивать свои способности и и не опасаться внезапной смерти1.

Глядя на него, я вдохновилась на то, чтобы развивать эо, упросила родителей устроить меня на другую планету, в хорошую академию Жизни, где учат психокинетиков. Отучившись там, я вернулась домой и, преодолев природную застенчивость и яростное сопротивление матери, пошла в Школу полиции. Мне хотелось использовать свои способности во благо людям, развивать их, активно участвовать в жизни общества…

Поучаствовала, называется! Не успела толком поработать, как попала в трудовую колонию!

— Эй, рыжая, хорош ворочаться! — злобно прошипела в темноте арестантка, занимающая ближнюю ко мне койку.

Я перестала ворочаться и постаралась заснуть.

На следующий день сразу после замера эо меня повели по знакомому маршруту в комнату для посещений. Все так же жужжало силовое поле, все так же сиротливо ждал стул, все так же притворялся слепым-глухим охранник, и все так же я не доверяла Доброжелателю.

Он вошел в комнату с улыбкой и сразу начал с благодарностей:

— Спасибо, Кайетана. Я знал, что вы справитесь. Нападение на арестантку, попытка энергетического воздействия — не видать нашей Звезде скорого освобождения.

— А как насчет моего освобождения? — спросила я. — Срок в две недели скоро выйдет.

— Я ведь говорил вам, что это невозможный срок.

— Значит, вы не выполнили свою часть сделки, — подвела я итог и, сложив руки на груди, холодно-холодно на него посмотрела. Вообще-то я и сама знаю, что за две недели меня отсюда точно не вытащат, разве что за меня попросит Президент Лиры или председатель Совета Союза людей, но чем жестче ставишь условия, тем быстрее они выполняются.

Мой суровый вид и лед в словах не произвели впечатления на Доброжелателя. Он смотрел на меня так же, как и в прошлый раз: как на нечто неважное, пустое, не заслуживающее внимания, и меня это закономерно злило.