Чтение онлайн

«Продолжайте, пока она не заговорит», – из памяти звучал гремучий бас, обещающий новые муки, новую порцию соли на изувеченных дёснах.

Чтобы вырваться из плена воспоминаний, мне не хватало кого-то рядом. Я даже оглянулась, ища. Карлоса. Он ведь всегда знал, как правильно себя вести. Но как-то всё реже всплывали в голове его фразочки. Чтобы он сказал, увидев, как я напялила нашу форму из старых запасов и встречаю Ареса Лякрияна, чтобы отдать ему любимого сыночка? Сказал бы, что я зря рискую. Имперцы только обманывают.

Точно. Я решила действовать так, как считаю нужным сама. Придирки и сомнения сейчас абсолютно ни к чему, а чаще я слышала от Карлоса их.

Трой бы сказал, что я делаю всё, как надо. Это немыслимо грело душу. Я представляла его руку в своей руке. Вспоминала тепло между ладоней. Сейчас нужно держаться за это.

Я снова взглянула на Ареса. Прошлое в прошлом. Сердце только гулко стучало. Громко. Казалось, что комната была наполнена стуком, и все слышат его.

Начальник ВАД нажал на переключатель гермошлема и стекло растаяло скрываясь в воротнике скафандра. И я чётко уловила. Увидев меня, Арес тоже испугался. Он слаб. Уничтожь. Рука опустилась на бластер. Твою мать, как я хотела отомстить за своё унижение, за свой траханный страх, за боль. Арес издевался надо мной почти до агонии. Я выла от боли, когда его люди вырывали мне зубы. Я умоляла о пощаде. Он раздавил меня, как чёртову букашку.

«А я что, твою мать, должна его простить?» – мысленно спросила я у Троя. – «И ему должно сойти с рук то, что он сделал со мной?».

Я улыбнулась назло бессильному гневу, что ещё копошился внутри. Назло ненависти, ползающей под кожей точно трупные чёрви. Я жива, я совсем этим справилась.

Кого я вижу перед собой?

Человека, когда-то причинившего мне боль.

Не то.

Кого я вижу перед собой?

Мужчину, который пришёл безоружным на корабль врагов. Отца, чьи глаза испуганно озираются в поисках сына. Я выдохнула, чувствуя, как гнев отступает. Чтобы Арес мне ни сделал, это в прошлом. Сейчас на кону большее, чем моя личная месть.

– Где Винсент? – спросил Арес, стараясь смотреть на Альдо.

– Говори с ней, – сказал тот, показывая на меня. – Она здесь главная.

Альдо сказал это так, что между моих лопаток прошла волна мурашек. Я главная. Да. Я сильная. Я другая. Я не рабыня своего прошлого. Если бы Альдо слышал мой поток мыслей, он бы посмеялся.

– Винсент здесь, – спокойно сказала я. – С ним всё в порядке.

Я открыла окошко двери в основной шлюз, там торчала рожа Винсента. Он, видимо, пытался подслушать, что мы говорим.

– Видите, мистер Лякриян.

Он подошел к двери, внимательно взглянул на сына. Облегченно вздохнул:

– Спасибо...

От его благодарности я чуть было не захлебнулась в новой волне злости. Но быстро успокоила себя. Хотелось высказать Аресу, что пусть в задницу засунет свою благодарность, но я умудрилась остаться внешне невозмутимой.

– Мы надеемся на что-то большее, чем спасибо, – сказала я, переглянувшись с Альдо.

– Да, вот, – он протянул мне круглый носитель данных. – Здесь коды свой-чужой. А проверка на Альфа Центавра уже инициирована.

Арес медленно открыл свой планшет, показывая голограмму документа, внизу светилась надпись «Отправлено».

– Документ выглядит подлинным, – Альдо почесал бороду. – Сколько продлится проверка?

– Месяц, возможно полтора, – сказал Арес, всё ещё не отрывая взгляда от Винсента. – Там действительно есть проблемы. Пока проверка будет идти, корпорации придётся умерить аппетиты.

– Хорошо бы полтора, – добавила я. – Винсент ваш единственный сын?

– Сделаю, что смогу, – как-то проблеял Арес, широко открыв глаза. – Да, единственный. А что?

– Ничего, просто вы рискнули всем, притащившись сюда ради сына, – как-то совсем расслабившись, сказала я. – Раньше имперцы никаких пленных не обменивали.

– Времена меняются. Мне удалось обойти систему.

Я нажала на кнопку, отрывая дверь, и Винсент вышел к нам. Он смотрел на отца виновато, подошёл к нему. Лицо Лекрияна вдруг с какого-то легко встревоженного превратилось в такое радостное, что вот-вот треснет слезами. Арес был настолько рад видеть сынка, что даже не злился. И я почувствовала, что совсем не испытываю к нему ненависти.

Винсент через несколько мгновений отстранился от отца и подошёл ко мне.

– Спасибо, что открыла мне глаза и сохранила жизнь. Трою тоже передай мою благодарность, – он смущённо улыбнулся. – Если разрешишь, я хотел бы тебя обнять.

Мне захотелось рассмеяться. Ох уж эти имперские обычаи, но с другой стороны так мило, когда они спрашивают. Вспомнилось, как Трой спрашивал, можно ли меня взять на руки.

– Обнимай, если у вас это считается достаточно приличным, – усмехнулась я. – И тебе после этого не нужно будет на мне жениться. Я занята.

– Обниматься можно, – сказал он, обнял совсем невесомо и шепнул. – Я найду способ вам помочь.

– Только сюда больше не суйся, не все добрые, как мы, – так же тихо ответила я.

Мы разошлись. Винсент ушёл к отцу, встал за его спиной. Арес протянул мне руку, и я секунд десять думала, прежде чем её пожать. Мне всё равно было чудовищно сложно. Преодолевая себя, я пожала его ладонь.

Он завис, разглядывая моё лицо, о чём-то серьёзно думая.

– Ты восстала из пепла, как феникс. Моё уважение, Принцесса. – сказал Арес.

– Мисс Принс Гонсалес, – поправила его я.

– Я просто надеюсь, – он вдруг притянул меня ближе к себе, и я чуть не выхватила бластер, но он продолжил шёпотом: – Что прошлое не помешает нашему дальнейшему сотрудничеству. Расстановка сил должна измениться, и нам лучше быть на одной стороне.

Он вложил мне в руку сферический передатчик.

– Используйте только в крайнем случае. До встречи, – произнёс Арес, и они с Винсентом, когда тот надел скафандр, вышли из нашего челнока.

Я довольно глядела им в след. Для кого-то эта история уже закончилась хорошо. Это радовало. Я покрутила передатчик в ладони.

– Ты справилась на отлично, – сказал Альдо и едва заметно улыбнулся.

~Трой~

– Мы этого хмыря не знаем, Рассел, – голос начальника смены утопал в шипении, гудении и щелканье, что доносилось из открытых дверей научного отдела лаборатории. – Нам левых здесь не нужно.

Все эти звуки вибрировали внутри моей черепной коробки, скребли по натянутым от напряжения нервам. Мы с Сантьяго, сидя на корточках, прятались поодаль, между ящиками и стеной, покрытой ржавчиной. Прямо над нашими головами проходила оранжевая разграничительная линия. Она пульсирующе мерцала.