Чтение онлайн

Друг учащённо задышал.

– Всё. Хватит. Успокойся.

– Да какое там, – крякнул он. – Предали самые родные и близкие люди.

– Да-да-да, – пренебрежительно повторил я, – именно, самые близкие друзья. Ангелину, давно подозревал, но вот Сизый это другое дело. То, что они в сговоре сомнений у меня не вызывают, но если с Ангелом всё ясно, она таким образом от Наташи хотела избавиться, то вопрос с Сизым остаётся открытым.

– Остаётся открытым! – осуждающе повторил Роман и не мигая, пристально уставился на меня. – Понятно, что очаровала его Ангелина, вот он и выступил в качестве благородного принца. Да это и дело такое, – махнул рукой в мою сторону, – довёл бабу. Знал, видь, что влюбилась она в тебя, как кошка. А ты ей пренебрегал, унижал и оскорблял, а женщины такое не прощают. Сам виноват, теперь пожинаешь плоды, как говорится: «что посеешь, то и пожнёшь», а пожнёшь ты горя.

Снисходительно усмехнулся. Все обвинения в мой адрес вполне справедливые, вёл себя по отношению к Ангелине довольно пренебрежительно, но она знала на что шла. Никогда её не обманывал. Ничего не обещал. Она всегда знала, что я люблю только одну женщину, позабыть которую не смог даже тогда, когда считал её мёртвой.

Б…ь! Лишний раз убеждался, что жестокость и подлость женщины меркнет перед мужской!

– Ох…ть, – громко выругался и с раздражённым видом вскочил со стула. – Ты реально считаешь, моя вина, что Ангелина с Наташей учудили, да ещё и Сизого приплели.

Гневно замотал головой.

– Отлично. Вали всё на меня если тебе так легче будет.

– Э-э нет брат, ты Наташу сюда не приплетай, – поднял руку и покачал пальцем, – она единственная из всей честной компании, кто пострадала от коварства, ну и от твоего напора и высокомерного, надменного поведения. Одним словом, повёл себя как скотина и продолжаешь себя так вести, потому что твой план полное г…но, который окончится фиаско.

Удручённо вздохнул и, подойдя к окну, задумчиво посмотрел на пейзаж за стеклом.

– Нечего меня игнорировать, предупреждаю тебя, что ты ведёшь себя неправильно, – друг настойчиво пытался убедить меня отступить от намеченного плана. – Ну, хочешь досконально всё выяснить, лишний раз убедится, что у Ангелины и Сизого больше нет никаких пособников, хорошо. Но Наташу, какого ляда приплетаешь, девочка и так настрадалась.

Озлобленно поморщился.

– Настрадалась, – оттолкнулся от поддонников и начал мерить палата размашистыми шагами, при этом активно жестикулируя, – а я б…ь, не настрадался. Эта кукла инициировала свою смерть, а я реально чуть не сдох. Потерял всякий смысл, она отбила желание дышать, просыпался утром, сука, каждое утро открывал глаза и задавал себе один вопрос: «зачем я живу?».

С ужасом вспоминал то время, когда думал, что моя любимая женщина умерла. А она не только оказалась живой и здоровой, но ещё умудрилась скрыть от меня ребёнка. Гениально! Наташка дров наломала, а я виноват. Очень удобная, но крайне несправедливая и необоснованная позиция, тем более со стороны самого близкого друга.

– Лёша, так ты в первую очередь хочешь наказать Наташу, во вторую проверить её на вшивость и только потом, разоблачить всех пособников Ангелины и Сизого, – гневно прорычал Роман. – А ты не пробовал, для начала поговорить с женщиной, которую любишь. Открыть ей своё сердце, поделиться болью, объяснить какое место она занимает в твоей жизни.

Тяжело вздохнул.

– Архангел, вы с Наташкой ведёте себя как дети. Хватит уже ругаться. Пришло время поговорить по-человечески. И ты как мужчина просто обязан сделать первый шаг.

Замедлил шаг, подошёл к кровати друга и встав напротив Ромы, решительно заявил, – ты неправ. Поверь, тоже не в восторге от своего плана, но другого выхода не вижу. Ангелина должна почувствовать, что она в полной безопасности, все её поступки не имеют никаких изъянов и когда она окончательно расслабится, потеряет бдительность, тогда и только тогда, я спрошу с неё, заодно и Сизого за яйца подвешу.

– Лёша, повторяю в тысячный раз, расскажи Наташе правду, поведай ей, что ты готовишь подставу, – снова приподнимается и умоляющими глазами смотрит на меня. – Не совершай ошибку, если ты без предупреждения выгонишь Наташу, да ко всему прочему объявишь, что теперь будешь жить с Ангелиной, это убьёт девочку, она возненавидит тебя и никогда не простит.

Крепко сжал зубы. Сам не был в восторге от своего плана, но другого выхода у меня не было. Всё должно выглядеть реалистично. Ангелина очень хитрая, она моментально почувствует фальшь, а Наташка может проколоться. Она совершенно не умеет врать. Вот убегать, как трусливый котёнок, это её конёк.

– Возненавидит, – простонал я. А сейчас она, пи..ц, любит меня всем сердцем. Да Наташа всеми фибрами своей изнеженной души желает, чтобы я исчез из её жизни и больше никогда не появлялся. Я только исполню её желание. К тому же предоставлю шикарную квартиру, тачку с шофёром, но и деньгами не обижу.

Сердце, с каждым произнесённым словом, безумно вздрагивало, причиняя огромную, нестерпимую боль, но принуждать больше Наташку не собирался.

– Дурак, ой дурак, – не скрывая гневных ноток, выругался Роман. – Проверяешь, думаешь Наташка, поведётся на бабло, а сам втайне надеешься, что девочка будет изнывать от ревности, умолять начнёт и, в конце концов, на коленях к тебе приползёт. Только вот план твой го..но, ни её, а себя на колени поставишь и будешь долго вымаливать прощение. Вообще, не понимаю, почему ты до сих пор не извинился перед Наташей? Зачем тянешь кота за все подробности!

Обречённо опустил глаза. Должен признаться, что боюсь просить прощения…Чувствовал, что Наташка меня уже никогда не простит…Никогда…

– Закончил свою браваду, – иронично улыбаясь, поинтересовался я, – а теперь возвращайся в прежнее положение, болезненный. А то медсестру придётся вызывать, чтобы укол тебе успокаивающий в мягкую мышцу поставила.

Роман прилёг на кровать и мечтательно глядя в потолок, воодушевлённо прощебетал, – ты бы видел здешних медсестёр, от таких любой укол готов принять. Девочки загляденье. Боже! Когда открыл глаза и увидел белоснежного ангелочка с аппетитными формами, подумал, что в раю, – он уныло усмехнулся. – Хотя у меня столько грехов, что меня даже в ад не пустят, максимум…

Не успел Роман закончить фразу, как дверь робко постучали.

– Войдите, – отозвался я и перевёл глаза по направлению к выходу.

На пороге появилась миниатюрная медсестра в коротеньком халатике, невольно пробежал взглядом по ножкам девочки и оценив параметры, произнёс, – понимаю, такие искусницы, кого хочешь на ноги поставят.

– И у кого хочешь встанет, – мелькнула пошлая мысль в моей голове.

– Роман Дмитриевич, простите за беспокойство, я пришла забрать капельницу, – кокетливо хлопая ресничками, сладким голоском прощебетала девочка и, быстро перебирая ножками, потопала к Роману.

– Вот думаю, может и мне подлечиться, – игриво кривя губы, с заигрывающими интонациями в голосе, пропел я.

Внимательно посмотрел на филейную часть малышки, когда она, согнувшись, возилась с Соколовским и невольно поймал себя на мысли, что, даже разглядывая другую бабу, всё равно думаю о Наташе. Представляю её в лёгком белоснежном халатике, под которым отсутствует нижнее бельё.

Наташа – моё наказание. Вот что значит мучительная, губительная любовь. Угораздило же меня полюбить девушку, которая никогда не ответит мне взаимностью. Какое же отвращение она ко мне испытывает, если решилась на столь ужасный шаг, собственную гибель разыграла, сговорилась с Ангелиной.