Чтение онлайн

Исследуемая территория Троицкого административного округа города Москвы в XII – первой половине XIII вв., вероятнее всего, была поделена между двумя княжествами. Западная и южная части входили в состав земель Смоленского княжества, а восточные и северные – Московского княжества. Административным центром данной местности, смоленской ее части, являлось селение Добрятино на р. Пахре (позднее центр Добрятинской борти). Во второй половине XIII в. исследуемый участок перешел под протекцию Рязанского княжества. Позднее эти земли были включены в Московское княжество в Серпуховской удел, в Лукомский и Ратуев станы и Добрятинскую борть 1340–1350 гг. В краткую эпоху расцвета Перемышльского княжества исследуемый регион переходит во владение Василия Владимировича, младшего сына Владимира Храброго, в 1410–1427 гг. и переименовывается в Молоцкий стан.

Весьма многочисленны остатки укрепленных поселений, имеющих напластования XI–XIII вв. В большинстве случаев эти городища, как и более ранние, располагаются на мысах коренных берегов и высоких террас при вхождении в речную долину другой реки или ручья, на стыке одного или двух оврагов. Часть памятников этого типа занимает всхолмления или останцы в поймах и на речных террасах, некоторые располагаются в петлевидных изгибах речных берегов, будучи с двух или трех сторон ограничены рекой. Наконец, иногда городища располагаются в краевой части коренного берега, речной или озерной террасы и не ограничены какими-либо естественными рубежами. Размеры площадок городищ варьируют от нескольких сотен до 50–60 тыс. кв. м, высота над уровнем воды в реке – от 5–10 до 30–40 м. Значительная часть городищ имеет напластования более раннего (дьяковская культура) и более позднего времени. Укрепления городищ весьма разнообразны. Городища, располагающиеся на мысах, всегда имеют с напольной стороны вал высотой до 6–7 м и ров перед ним. Те из мысовых городищ, которые возникли в период существования дьяковской культуры, нередко имеют систему из нескольких рядов валов и рвов (она функционировала иногда и в древнерусское время). Некоторые мысовые городища имели укрепления по всему периметру. Как правило, это только вал, причем менее высокий, чем с напольной стороны. Городища, располагающиеся в петлевидных изгибах речных берегов, на холмах-останцах и в краевых частях речных террас или коренного берега, как правило, укреплялись по всему периметру. В тех случаях, когда укрепления изучались стационарными раскопками, в насыпи вала фиксировались уплотняющие его мощные слои сырой или обожженной глины, деревянные конструкции, часто заполнявшиеся глиной, а также остатки более или менее мощной деревянной стены, шедшей по гребню вала, а иногда и башен.

Городища, которые в древнерусское время могли быть центрами сельских территориальных общин, по А. А. Юшко, имеют более или менее значительную площадку (около 5–6 тыс. кв. м). При раскопках на них находят значительное количество племенных украшений, часто – остатки ремесленных мастерских (Юшко, 1991. С. 123). Таковы, например, городища Боровский курган (раскопки А. Г. Векслера) и Боршева (Крис, Чернай, 1975; 1978) в Раменском районе. Как уже отмечалось, общинными центрами могли быть и неукрепленные поселения.

Перемышль, а точнее, Перемышльское городище, расположенное на правом берегу р. Мочи (правый приток р. Пахры) примерно в 12 км к юго-западу от современного Подольска, впервые попадает в поле зрения археологов в середине 20-х годов XX столетия. Справедливо отождествленное с одноименным летописным городом, оно в дальнейшем постоянно фигурировало как в многочисленных исследованиях по истории и археологии земель Московского княжества, так и в работах, посвященных общим вопросам русской истории. В 1954–1955 годах на нем проводятся довольно масштабные археологические раскопки (750 кв. м), детально изучается система укреплений. Тем не менее до сих пор дискуссионными остаются вопросы о времени возникновения и роли города в системе городских центров Залесской Руси. В литературе прочно утвердилась точка зрения, согласно которой крепость Перемышля своим появлением обязана строительной деятельности Юрия Долгорукого. Основываясь на сообщении В. Н. Татищева, называется даже точный год основания города – 1152 г. Однако в духовной грамоте Ивана Калиты, датированной около 1339 г., Перемышль упоминается как село, что определенно указывает на отсутствие укреплений в это время. Согласно летописному рассказу, Перемышль служит местом сбора войск князей Владимира Андреевича Серпуховского и Владимира Дмитриевича Пронского. Располагаясь в Перемышле, объединенные силы князей угрожали литовцам, осаждавшим Москву, ударом с тыла. Расположение крепости представляется весьма выгодным в стратегическом отношении: она находилась примерно на расстоянии одного дневного перехода от Москвы, была выдвинута в направлении юго-западной границы княжества, проходившей по течению Оки, и контролировала дорогу, ведущую в верхнеокские земли.

Однако доминирующее положение в пределах удела Перемышль теряет очень скоро; после строительства в Серпухове укреплений и основания Высоцкого монастыря, а также существенного расширения территории княжества на запад (в 1378 году, по просьбе митрополита Алексея, к владениям Владимира Андреевича были присоединены Боровск и Лужа) значение его падает. Уже в начале XV столетия он не рассматривается как престижное владение – князь Владимир завещает его младшему из своих пяти сыновей, Василию, в удел которому досталась небольшая территория на севере Серпуховского княжества.

Во 2-й половине XV – начале XVI вв. Перемышль перестает быть центром удела, оставаясь лишь местом сбора дорожных пошлин. Писцовые книги начала XVII в. фиксируют на месте бывшего города распахиваемое городище.

Возникновение и последующая история Перемышля Московского довольно показательны в контексте развития политической и экономической ситуации на западных рубежах Московского княжества. Построенный изначально как удельный центр и сильная крепость на стратегически важном направлении, он теряет свое значение в результате быстрого расширения контролируемых московскими князьями территорий. Оставшись далеко от границы, город в то же время слишком близко располагался к Москве, для того чтобы стать столицей крупного удельного княжения в условиях усиливающейся централизации, и находился далеко от Оки – основной торговой магистрали региона. Перемышль не мог конкурировать с приокскими городами – крупными торговыми и ремесленными центрами, что предопределило его постепенное запустение. В 1481 году в заточении в Угличе скончался последний князь Боровский – Василий, и Перемышль окончательно вошел в состав московских владений.

Остатки укрепленных феодальных усадеб, своего рода замков – другого вида археологических памятников – обычно характеризуются мощными оборонительными сооружениями при относительно малых размерах площадок, находками предметов вооружения и конского снаряжения, типичных для быта феодалов, стеклянных браслетов и других дорогих украшений, значительной имущественной дифференциации среди обитателей таких поселений, которая проявляется, в частности, в характере, размерах и планировке построек (Арциховский, 1934; Третьяков, 1952; Седов, 1960. С. 51). Нередко они бывают окружены селищами, которые можно рассматривать как остатки владельческих сел. Городища-усадьбы возникают не ранее начала XII в., в период интенсивного формирования на рассматриваемой территории феодальных отношений. Ряд городищ-усадеб функционируют и в позднем Средневековье. Примерами таких памятников могут быть, например, городища у с. Городище на оз. Тростенское (Луковня на р. Пахра, Тушков городок и др.) (АКР, 1994. С. 29–55).

Итак, чтобы понять возраст и характер поселения, мы должны проанализировать культурный слой археологических памятников и содержавшихся в нем находок, особенно тех, которые позволяют нам определить хронологические рамки бытования данных предметов.

Возникновение города должно было характеризоваться постройкой укреплений (собственно наименование «город» обозначает огороженное место). Однако по другим параметрам историки продолжают вести оживленную дискуссию.

В советский период, время торжества марксистских воззрений в исторической науке, большинство ученых, прежде всего М. Н. Тихомиров, Б. Д. Греков и Н. Н. Воронин, считали причиной появления городов роль внутреннего рынка, удовлетворяющего потребности сельскохозяйственной округи, то есть наличие отделенного от сельского хозяйства ремесла. Другие ученые указывали, что ремесленники селились прежде всего около замков феодалов или крупных племенных центров. Близка к данным воззрениям точка зрения А. Н. Насонова, отдававшего предпочтение социальным (наличие феодального принуждения) причинам возникновения города над экономическими. То есть ремесленники в зарождающихся городах должны были обслуживать феодалов и подвластное им население. В 70-е годы XX столетия В. В. Мавродин и И. Я. Фроянов, оспаривая взгляды М. Н. Тихомирова, указывали на первостепенное значение транзитных торговых путей.

И все-таки наступило понимание, что причины возникновения города могут быть многообразные. Об этом писали Л. В. Алексеев и М. Г. Рабинович. И даже выдающийся исследователь древнерусского зодчества Н. Н. Воронин, подводя, как он считал, итоги дискуссии о возникновении городов, в 1945 году призывал не останавливаться на единой схеме. (Воронин, 1945)

Итак, современные ученые выделяют следующие факторы, совокупность которых должна свидетельствовать о городском характере археологизированного поселения:

1. Наличие одной или нескольких укрепленных частей, с возможным расположением возле них неукрепленных селищ – посадов.

2. Выделение центра поселения – жилища феодала, собора, вечевой площади и. т. п., также должны выявляться элементы усадебной застройки членов городской общины.

3. Среди находок должны быть орудия труда ремесленников, сельскохозяйственный инвентарь в меньшем количестве, очень важно обнаружение привозных вещей и товарных пломб – свидетельство развитых торговых связей.

4. Свидетельством административного управления будут вислые свинцовые печати князей и церковных иерархов.

5. О наличии военного гарнизона и проходящих воинских контингентов расскажут находки оружия, доспехов, снаряжения коня и всадника.

6. Городам должен соответствовать определенный уровень культуры и богатства, поэтому среди выявленных артефактов должны быть памятники эпиграфики, орудия письма, книжные застежки и накладки, дорогая металлическая, стеклянная посуда, произведения прикладного искусства. (Русское градостроительное искусство: Древнерусское градостроительство X–XV веков. 1993. С. 28.)