Чтение онлайн

Римантас топал ногами, из глаз его лились слезы.

"Вот это я попал в переделку, - подумал Росс.
– Он все же сумасшедший. Ай-ай-ай, как неосторожно с моей стороны. Теряю бдительность. Что же делать? Он ведь донесет".

– Слышишь ты, пингвинье дерьмо, - зашипел Росс, стараясь казаться как можно более грозным.
– Я, как ты знаешь, пока еще комиссар по тотемизации, а ты, всего-навсего, аватар, причем без году неделя. И если я скажу, что ты в присутствии своего пингвина разгуливаешь походкой homo sapiens, то ты не пингвина изображать будешь, а котов на тулупы свежевать! Если не хочешь закончить жизнь нищим, то на ток-шоу сегодня вечером ты подтвердишь, что я знал этого пингвина с юности.

Росс размашисто пошел прочь. Затем обернулся и бросил для надежности:

– У меня есть свидетели. Помни об этом! До встречи на ток-шоу.

Про свидетелей он, конечно, соврал, но усомниться Римантас не посмеет.

"Кажется, подействовало, - подумал Росс.
– Когда дело касается жратвы, у них наступает ремиссия".

На ток-шоу Росс явился в отличной форме. Публика, отделенная от зрителей веревочным экраном, встретила его с воодушевлением.

– Поприветствуем наших гостей!
– воскликнул ведущий, едва лишь толстый пингвин в сопровождении Римантаса пересек веревочную ограду студии.

Публика, сидевшая на покатых валунах, поднялась на ноги начала ритмично двигать конечностями, скандируя в такт:

На позитиве - Я!

на позитиве - ТЫ!

на позитиве - МЫ!

на позитиве - ОНИ!

на позитиве - Э!

на позитиве - У!

на позитиве - Ы!

А, Э, И, О, У, Ы!

– Спасибо, спасибо, дорогие друзья!
– искрился ведущий.
– Сегодня в этой студии мы обсуждаем очень важный вопрос, который, без преувеличения, касается каждого из нас. Поводом к разговору послужил недавний скандал, разразившийся вокруг высказывания, которое одни считают спишизизтским, а сам виновник - комплиментом. Итак, какая разница между невинным комплиментом и спишизистским выпадом? Может ли одна и та же фраза оказаться невинным комплиментом в одной ситуации, и спишизистской инвективой - в другой? Как избежать недопонимания на рабочем месте? Об этом мы говорим с нашими гостями. Давайте поприветствуем Фёдора Росса, комиссара по вопросам тотемизации населения.

Публика взревела в восторге.

– И Римантаса Пингвинаса, - продолжал ведущий, - недавно назначенного на должность аватара верховного...

Его голос потонул в неодобрительном гуле зала.

"Чем-то он им не угодил", - подумал Росс, и мыль эта придала ему бодрости.

– Первый вопрос у меня к Вам, господин Пингвинас. Так как же все было на самом деле?

– Инцидент произошел в кабинете комиссара по вопросам тотемизации, - начал Римантас, - когда к нему на деловую встречу пришел Верховный Пингвин Острова Уэст обсудить модальности Закона о дополнительных мерах по пингвинизации и преодолению негатвиных последствий сегрегации. Едва лишь В.П. переступил порог, как господин Росс вскочил со своего места, обнял В.П. и посадил его к себе на колени со словами: "такой молодой пингвинчик, и уже занимает столь высокую должность".

По залу прокатилось неодобрительное У.

– Это сенсационное заявление, - торжествовал ведущий.
– Вы утверждаете, господин Пингвинас, что комиссар Росс не только унизил В.П. спишизистским высказыванием, но, воспользовавшись физическим превосходством, посадил В.П. себе на колени?

– Я ручаюсь за свои слова. Все именно так и произошло.

Угрожающей походкой ведущий направился к Россу.

– Что Вы можете на это возразить, господин комиссар?
– обратился ведущий к Федору, заглядывая ему в глаза словно в глубокий колодец.

– Ничего. Все именно так и было...

– Подонок! Негодяй!
– полетело из публики.
– Проклятый спишизист! В отставку! В от-став-ку, в от-став-ку!

К нему приблизился рослый малый и попытался взять за грудки. Росс, не вставая с седалищного камня, врезал ему ногой под подбородок. Увалень отлетел, сбив с ног костлявую бабу, норовившую выцарапать Россу глаза. От толпы отделилась горстка активистов и двинулась на Росса. В последний момент он схватил за ошейник пингвина и загородился им как щитом. Несчастная птица приняла на себя гнев, предназначенный провинившемуся чиновнику. С пронзительным визгом Римантас бросился спасать хозяина. Толпа отпряла. Росс медленно поднялся, отодвинул обнятого Римантасом пингвина и обвел активистов тяжелым взглядом:

– Кто еще хочет попробовать комиссарского тела?

Активисты опустили глаза.

– Ты?
– спросил Росс бородатую женщину?

– Может, ты?
– обратился он к гладко подбритому мужчине неопределенного возраста.

– А может, - он приблизил свое лицо к лицу Римантаса, - ты?

Стояла гробовая тишина. Даже ведущий, всегда радующийся скандалам в прямом эфире, опасался вмешиваться.

– А знаете ли вы, - продолжил Росс, обращаясь ко всем зрителям по обе стороны экрана, что мы знакомы с В.П. с самого детства? С его детства, разумеется.

Комиссар схватил пингвина за клюв и с силою потрепал его по голове.

– Так что ничего оскорбительного в моих словах не было.

– У!
– ответила аудитория.

– А знаете ли вы, что этот человек, - Росс вытянул руку в сторону Римантаса, - посмевший обвинить меня в спишизизме, не далее, как этим утром сопровождал В.П. к берегу и шел при этом человеческой, а отнюдь не пингвиньей, походкой?

– Э?
– пронеслось по толпе. Публика заволновалась.

– И этого человека, да, да, я подчеркиваю, человека, вы называете аватаром? Он, вместо того, чтобы действовать от имени В.П., который, как вы можете видеть, не считает мое обращение фамильярным, самовольно оклеветал меня.

– О!
– грянуло из темноты, и несметная толпа, прорвав экран устремилась на аватара. Росс попытался остановить линчеванье, но было поздно. Вокруг изуродованного тела кружился хоровод общественности.

"Кажется, у них сезонное обострение", - с отвращением подумал Росс на склоне холма, куда взбирался, чтобы не видеть побоища.

Вслух же он произнес:

– Так закончилась жизнь Римантаса Пингвинаса.

Он карабкался все выше и выше, но даже сквозь завывание ветра снизу доносилось счастливое:

На позитиве - Я!

на позитиве - ТЫ!

на позитиве - МЫ!

на позитиве - ОНИ!

на позитиве - Э!

на позитиве - У!

на позитиве - Ы!

А, Э, И, О, У, Ы!

Вторая бутылка

Верховный комиссар Острова Уэст по правам пингвинов Рахуй Путчдимон казался Россу весьма удобным попутчиком. Его тройной подбородок, нос пуговкой и влажные губы вселяли уверенность в том, что официальный визит на остров Безутешности не будет слишком напряженным и позволит Россу заняться главным. По сравнению с островом Уэст, остров Безутешности был настоящим материком: он занимал 6675 км^2 из 7215 км^2 архипелага и многократно превосходил ОУ по численности населения. Следовательно, вероятность найти вменяемого человека возрастала прямо пропорционально количеству населения. Условия жизни на ОБ были более суровыми, чем на ОУ, и Росс предполагал, что, возможно, в самом руководстве ОБ находились вменяемые люди, иначе как объяснить бесперебойное функционирование этого общества на протяжении стольких лет? Трудно представить себе, чтобы такое количество больных выживали без помощи хотя бы одного здорового. "Есть они там, наверняка есть, - думал Росс.
– не может не быть. Их мало, и они, как и я, подстраиваются, маскируются, изображают из себя идиотов, но они есть". Ледяные брызги обдали гребцов и пассажиров лодки. Росс хмуро посмотрел в пасмурную волну. "Увы, ОУ функционирует, - признал он с грустью.
– Хотя там все сумасшедшие. И покойный Римантас тоже". Федор тяжело вздохнул, ощупал бутылку под тулупом. Вторая. Вторая из пяти. Белая. Из-под водки. "Но среди оппозиции должны быть нормальные, - подбадривал себя Росс.
– Уж я-то их нащупаю".

Со стороны острова Безутешности ветер донес одобрительные "У!" и "А!". Вскоре взору предстала величественная сцена: берег был усыпан ликующими слушателями. Взоры стремились к утесу посреди бухты, на котором помещалось руководство. Верховный Правитель Суррогатин зычным голосом произносил монолог. Между берегом и скалой в лодках качались журналисты - вундеркинды с чутким слухом и хорошо поставленной речью. Они улавливали каждое слово оратора и доносили до аудитории, сопровождая фразы драматичными жестами наподобие языка глухонемых.