Чтение онлайн

– Спасибо, миссис Френсис. В соответствии с нашими данными вы имели доступ к совершенно секретной информации, полученный вами сразу после того, как вас перевели на новое место работы из Управления перспективных исследовательских проектов Министерства обороны. Вы подтверждаете эти сведения?

– Да, я имела дело с закрытыми исследованиями и у меня есть - или уже был - соответствующий допуск.

– Где вы его получили?

– Допуск был мне выдан отделом специальной проверки в штаб-квартире Федерального бюро расследований на Пенсильвания Авеню 935, Вашингтон.

– Миссис Френсис, в прошлый раз мы уже говорили с вами о том, что нами проводится расследование, связанное с вашей деятельностью в исследовательском центре корпорации "Фьюче Текнолоджи". Скажите, с какой целью вы создали документ с секретной информацией, хранимый на электронном носителе в своем доме? Разве вы не знаете, что такого рода сведения нельзя выносить из центра или по памяти восстанавливать на любом носителе или в вербальной форме пересказывать кому бы то ни было, не имеющему соответствующего допуска?

Взор Джанет снова уставился куда-то в стол и она с явной неохотой ответила:

– Да, мне все это известно.

– Хорошо. Тогда объясните, почему вы создали документ о последних результатах исследований в форме отчета, с подробными пояснениями к тексту и даже расшифровкой отдельных терминов, используемых только внутри центра, где вы работаете.

– Таким способом я тренирую свою память и свою логику, - ответила Джанет и даже до некоторой степени в это поверила. Она хорошо усвоила из советов Пиррса, что давать признания можно только после удачной сделки с федеральным прокурором. Пока же она вправе защищаться, тем более ее адвокат получил материалы дела лишь сейчас и, соответственно, действовал без должной подготовки. Фостер ни единым движением лица не показал то, насколько ему не нравились подобные финты, когда обвиняемый и его защита такими простыми приемами пытаются оттянуть время. Впрочем, в некотором отношении время играло на руку и ФБР.

– Зачем же вы прятали носитель у себя под полом в своей спальне?

– Стоп, - вступил уже Пиррс и поднял руку, - на основании чего вы сделали подобное заключение?

– У нас есть оперативная видеосъемка на основании разрешения министра юстиции и специального суда по надзору за внешней разведкой.

– Об этом мне ничего не было известно, поэтому впредь я хотел бы обладать всей полнотой информации, касающейся дела моей подзащитной, - требовательным голосом произнес Пиррс и поддался чуть вперед, нависая над столом своей массивной фигурой.

– В материалах, которые вы получили подробным образом описано содержание видеосъемки, - возразил Фостер, сверкнув глазами так, словно замечание адвоката походило на оскорбление.

– Мне самому нужно будет ознакомиться с видеозаписью, - продолжал настаивать Гарольд, проигнорировав нотки раздражения в голосе следователя.

– Вы получите ее, - ответил Фостер и повторил свой вопрос для Френсис еще до того, как ее адвокат смог бы озвучить какую-либо новую претензию: - Итак, зачем вы хранили секретные данные на флэш-карте у себя под полом?

Продолжая глядеть на свои руки в наручниках, Джанет поучительным тоном, словно объясняла некую очевидную истину, произнесла:

– Как зачем? Каждый раз набирать текст заново? Это бессмысленно, потому что в памяти всего не удержать, а новые идеи появляются, как правило, тогда, когда пересматриваешь старые записи и находишь в них нечто, способное подтолкнуть в сторону ответа на искомый вопрос. Вот и все.

– Интересная версия, - хмыкнул Форест и взглянул на документы, разложенные перед собой.
– Вот только на вашей карте памяти никаких других данных, кроме отчета, не содержалось.

– Потому что я начала новую запись, поскольку завершила работу, связанную со старыми данными и чтобы не держать их на электронном носителе они были мною удалены. Да, я согласна с тем, что нарушила множество запретов и условий хранения секретной информации, здесь у меня нет никаких возражений.

"Умница", - подумал Пиррс. Он понимал, что без весомых доказательств ФБР не сможет в итоговом обвинительном заключении предъявить Френсис работу на иностранную разведку, о чем шла речь в материалах - точнее той их части, которую Пиррс успел прочесть. Проблема для спецслужб и обвинения в подобных случаях состояла в необходимости доказать вину обвиняемого путем раскрытия государственных секретов - иным способом добиться успеха невозможно, поскольку если такой связи обнаружено не будет, то вся линия обвинения развалится как карточный домик и может дойти до того, что суд вполне способен оправдать обвиняемую по всем пунктам. Гарольду Пиррсу об этом было прекрасно известно и он намеревался сполна воспользоваться имеющийся лазейкой для защиты Джанет.

Форест смотрел на нее немигающим взглядом, пытаясь по жестам Френсис увидеть какие-либо признаки лжи. Ее ложь для него была очевидной, хотя сам спецагент отлично понимал уязвимость самого обвинения. Следовало найти нечто более существенное, чем предъявление обвинений в выносе секретных сведений. Даже если Френсис будет подвергнута тесту на полиграфе, для суда этого может оказаться недостаточным. Фостер скептически кивнул головой и спросил:

– Тогда зачем вы вдруг решили вернуться домой, да еще и с нарушением всех правил дорожного движения? Хотя за вами этого никогда не числилось. Пересекли двойную полосу...

– Вы знаете, я хотела вернуться домой и стереть все на карте памяти, - голос Френсис немного дрожал.
– Когда я ехала на работу, то неожиданно подумала, что подобное отношение к столь важным сведениям является недопустимым, - ответила Джанет с максимально возможной искренностью, которую оказалась способной из себя выжать в этот момент. Она убрала спавшие на лицо волосы и ответила Фостеру пристальным взглядом. Немое противостояние продолжалось считанные секунды, но сам спецагент лишь едва заметно покривился и заглянул куда-то вглубь документов. Из микронаушника в его ухе послышался голос Харриса: "Сэр, можно начинать. Мы сошлись во мнении, что ее психологическое состояние оптимально".

Неожиданно для Пиррса Фостер вдруг отложил документы в сторону и сложил руки перед собой. Чуть ли не с улыбкой он посмотрел на сидевшую перед ним женщину.

– Миссис Френсис, - начал Фостер с едва уловимым лукавством в глазах, - ваше дело столь важное, что у нас есть основания подозревать вас в очень серьезном проступке перед своей страной. Поэтому мы будем вынуждены проверить все ваши контакты и разговоры со всеми, с кем вы общались как минимум за последние месяцы, а то и годы. Уверен, ваш адвокат предупредил вас об этом.

Фостер кивнул в сторону Пиррса. Тому совсем не понравился явно притворный мягкий тон, с которым спецагент проговаривал слова и давал разъяснения. У адвоката появилось нехорошее предчувствие.

– Так вот, - продолжил Фостер и перевел взгляд на Джанет, - в качестве свидетелей по вашему делу Бюро имеет право привлечь всех, кого пожелает нужным. Включая и ваших родственников.

Настала тяжела пауза и Френсис сжала руки в кулаки. Этот движение не прошло мимо внимания Фостера.

"Концентрация. Наша мадам пытается не выдать свое волнение и взять себя в руки. У нее плохо выходит"