Чтение онлайн

Стучу в нужную дверь, получаю разрешение войти. Привычно охватывает охранный вихрь и, убедившись, что тёмного начала в нас нет, отлетает к камину.

В течение недолгого визита и разговора с абонессой о произошедшем в Замке барона — о большей части событий ей и так известно — она возвращает мне оберег с советом носить, не снимая. Делает акцент, что в будущем его сила пригодится.

Опять провидица? Беззвучно скрежещу зубами. Экономка дома Грёжес Сарис Марис — моя мать. Откровение, с которым трудно смириться. Стараюсь вообще об этом не думать. Достаточно того, что сейчас она не в особняке — ухаживает за Алевтиной Грёжес. Маг обнаружил мать в темнице барона, но трудно сказать, как среагировал. Когда я спросила, он лишь сухо заметил: «Она в плачевном состоянии, но жизни ничего не угрожает…» Что касается моего отношения к собственной матери… Я могу её ненавидеть, но игнорировать советы провидицы опрометчиво.

Застёгиваю цепочку и скрываю капельку за лифом платья. Настоятельница Храма Амунаи протягивает мне кожаный мешочек. Видимо, опять провидица просветила о цели предстоящего визита. На сегодня смирюсь. Пепел изумрудного феникса, крайне редкой птицы семейства Фэк`са, теперь у меня, можно приступать к ритуалу. Первый в списке, как ни странно, Нэрьярд Висталь, и лишь потом — Её Величество.

Покинув Настоятельницу Храма, я в сопровождении Мага направляюсь в главную залу обители. Переступив порог, приближаюсь к крылатому монументу и задираю голову. Впервые, если не считать посещения замирья, не испытываю страха. Разобравшись в переплетении своих и души-альху воспоминаний, я избавилась от причины ужаса. Сейчас меня беспокоит только одно — как поведёт себя воплощённый монарх? Тема измены до сих пор открыта…

Обернувшись, протягиваю руку. Маг опускает на мою раскрытую ладонь коробочку из красного дерева. Приподнимаю покрытую лаком крышку, и на мгновение ослепляет яркое нефритовое сияние.

— Оживился, — замечает Маг.

— Не то слово, — морщусь, когда жаром опаляет пальцы. Взяв семя, возвращаю коробочку.

Теперь дело за малым — найти выемку на рельефной поверхности статуи.

Она обнаруживается у правого виска в окантовке спиралевидного локона волос. Высоковато. Прежде чем сообщаю о возникшей проблеме, меня подхватывают за талию и поднимают вверх. Охнув от неожиданности, быстренько вдавливаю сияющее семя в предназначенное для него углубление. Торопливо снимаю с пояса кожаный мешочек, зачерпнув немного магического пепла, покрываю им полыхающую поверхность, особое внимание уделяя стыкующим краям. Завершив, опускаю ладонь. Нужная фраза срывается с губ самопроизвольно:

— Каменный идол — хранитель души — дыханье прими и живи во плоти…

Ухнувшая сверху вниз тяжёлая магическая волна сшибает Мага с ног. Вскрикнув, лечу следом, громогласно припомнив своих любимцев: Рэка и тьму.

Своевременный тандем всесилен!

Маг подхватывает меня в последний момент, ставит на ноги и утягивает за свою широкую спину. Возводит магический барьер, принимающий на себя мощный удар. Поверхность идёт рябью. Нарастает гул.

Зажимаю уши и подпрыгиваю на месте, когда с треском открывается портал, сквозь который видна подъездная аллея особняка Грёжес. От стоп каменного Нэрьярда Висталя к фонтану метнулись алые нити, они оплетают статую Ари Шамэи и, повалив набок, волоком втягивают в зал. Раздаётся жуткий скрежет. Красивый пол теперь изрезан отвратительными бороздами. Портал закрывается. Барьер, возведённый моим защитником, опадает.

Крылатая статуя короля, подобно таящему маслу стекает к основанию, образуя лужу. Вот однородная масса закручивается по спирали к центру и устремляется вверх, раздаётся вширь — лепится человек. Поначалу не очень похоже, но постепенно он принимает вид высокого мужчины с чёрными, как ночь, глазами и тем самым лицом, в которое хочется чем-нибудь запустить. В нём столько высокомерия, присущего Магу, встретившему в кабинете абонессы при выкупе, что прибить на месте — меньшее из зол.

— Ну, здравствуйте, — Нэрьярд Висталь оглядывает нас. Собственная нагота его явно не волнует, а вот коробочка с семенем души супруги — очень даже. Король величественно манит Мага пальцем. — Дай на минутку.

И тот направляется к нему, бросив мне:

— Смирно постой.

Получив желаемое, монарх вынимает семя. Удерживая за грани между указательным и большим пальцами, он поднимает его к свету. Внимательно вглядывается в переливающуюся мягкую голубизну.

— Истинная невинность, — выносит он вердикт. Теперь глядит на меня. — Верни её!

От приказного тона руки чешутся придушить высокомерного мужчину. Зреет острое желание послать короля куда подальше. Жаль, не выход. С ветерком подлетев, вырываю сферуалу из недостойных пальцев. Указываю на поваленную женскую статую.

— Поставьте вертикально!

Королевская надменность изучает меня. Королевская надменность решает послушаться, припахав за компанию Мага. Совместными усилиями они выполняют то, о чем я просила. Холодный взгляд голого монарха снова направлен в мою сторону. Нэрьярд Висталь отвешивает шутовской поклон, приглашающий действовать.

Передёргиваюсь. Раньше догадывалась, а сейчас уверена — не на Мага я ярилась, а на этого... Скрежеща зубами, обследую статую. Семя души прохладное и совсем не сияет. Её Величество передумала возвращаться? А ещё я нигде не вижу необходимой выемки. Может, во лбу?

Попросив Мага поддержать, встаю на постамент в надежде обнаружить искомое. Крылья вдруг приподнимаются, полностью скрывая верхнюю часть лица статуи.

Вскрикнув от неожиданности, соскальзываю с угла и сваливаюсь прямо в руки Мага. Быстро высвободившись из его объятий, улавливаю понятную волну эмоций от королевы. Оказывается, несмотря на разделение, мы до сих пор связаны. Она, видите ли, обижена. Очередная порция мыслеформ вгоняет в уныние.

— Просите прощения! — стремительно разворачиваюсь к монарху, ожидающему проведения ритуала преображения в сторонке. — Пока не извинитесь, ваша супруга отказывается воплощаться.

Никогда бы не подумала, что в Ари Шамэи может взыграть детство. Век живи — век учись. Понять природу супружеских взаимоотношений невозможно.

Нэрьярд Висталь вскидывает бровь. Руки складывает на груди.

— Крылья сломать? — голос до мурашек ледяной.

Король былого криво ухмыляется, когда каменные «опахала», дрогнув, подаются вниз, открывая выемку в центре лба. Ошарашено моргнув, бросаю быстрый взгляд на Мага. Он пожимает плечами.

— Их личное дело, — замечает философски.

А затем поддерживает меня, пока пристраиваю семя, обмазываю пеплом и произношу нужные слова. На этот раз никакой отдачи. Эффектное возрождение, видимо, присуще только мужчинам. С Ари Шамэей всё иначе. Появляется ощущение, что королева была лишь припудрена, и теперь лёгкий налёт впитывается в плоть, заигравшую живыми красками. Крылья отделяются на мгновение, уменьшаются, становятся тоньше и ложатся на спину красивым серебристым рисунком. И никакой наготы. Тело прикрыто белым сари. Сняв верхнюю его часть, оставшись в юбке и блузе, Её Величество протягивает широкую ленту ткани супругу, заставляя прикрыть исподнее.

Голос её непререкаем.

— Тебе придётся извиняться, и не раз!

Обмотавшись на манер юбки, Нэрьярд Висталь подаётся вперёд и нежным жестом отводит прядь женских волос за ухо.

— Несомненно, Ари. Несомненно.

Я искренне рада, что в этот момент появляется абонесса. Честно говоря, наблюдать за нежностями этих двоих желания нет. Без лишних разговоров супруги следуют за Настоятельницей Храма, предложившей сопроводить их в дом за небольшой рощей около реки, где они смогут восстановить силы и поговорить.