Чтение онлайн

Через минуту я уже кричала на Арнольда:

– Ну-ка повтори то, что ты только что сказал! Я просто не могу поверить своим ушам, – требовала я объяснений от Арнольда.

И Арнольд повторил свою фразу. Медленно, слово в слово он сказал:

– Всие, что мине надо от жинщины, – это чтобы она поддерживала миня на все сто процентов и ничего бы ни трибовала для сибя взамен.

С каждым сказанным словом я дюйм за дюймом становилась все меньше и меньше, пока в конце концов не превратились в карлика.

– Я так и знала! – кричал оставшийся после меня карлик. – Ты просто использовал меня все это время. Я была лишь любовницей, служанкой, швеей, кухаркой, секретарем, конферансье, посыльным, поверенным в делах, учителем и лучшим другом. А кем ты был для меня? Будь ты проклят!

Вне себя от обуревавших меня чувств, я взбежала по лестнице. Здесь у меня было время прийти в себя и свыкнуться с мыслью о том, что этот вечер мне придется провести одной. «Пробыть весь вечер в одиночестве». Внутри у меня все клокотало от ярости. «Барбара, пришло время уйти! Пора вырваться из лап этого бессердечного человека и обрести себя. Нужно во что бы то ни стало покончить с его властью над собой! Пять лет и девять месяцев – вполне достаточный срок, чтобы понять: он никогда не женится на тебе. Да ведь он даже не понимает, что мне приходится переживать! Давай же, решайся! Ты можешь уйти от него. Ты должна уйти от него. Ты должна быть сильной, как в тот раз, когда ты от него уже уходила. Обрети саму себя, Барбара. Ты должна стать женщиной!»

Где-то в глубине души я ощутила присутствие духа, и внутренний голос сказал мне: «Настало время попрощаться с несбывшимися мечтами».

Настраивая себя на самостоятельную жизнь, я всеми силами пыталась замаскировать свою неуверенность. Мне было двадцать шесть лет, и я была так же далека от брака с Арнольдом, как и в день нашей с ним встречи. Более того, я никак не могла отделаться от ощущения бесцельности собственной жизни. По всей видимости, мне еще только предстоит отыскать источник, который придаст мне уверенности. У меня уже есть законченное образование, которое позволяет мне заниматься преподаванием и рассчитывать на определенный уровень дохода. Ко всему прочему, я недавно получила в свое распоряжение инструмент саморазвития и личностного роста. Да и, откровенно говоря, я была достаточно яркой девушкой, из которой со временем вышла бы замечательная женщина, хороший друг и член семьи. Но мне еще предстоит научиться жить и действовать самостоятельно.

Могу сказать, что мой путь к свободе был полон слез и мне было чрезвычайно грустно оттого, что в моей жизни больше не будет и тени Австрийского Дуба, который защищал меня и помогал мне. Скоро у меня не останется дерева, на которое можно вскарабкаться и осмотреться по сторонам, и не будет больше листьев, на которых мне так приятно было записывать и коллекционировать свои мысли.

Как бы то ни было, я отмахнулась от грустных мыслей по поводу будущего и пошла на вечеринку в отвратительном, как и мое прошлое, настроении. На вечеринке я слишком часто прикладывалась к спиртному и в конце концов объявила своим друзьям, что с этого момента они будут избавлены от жалоб на моего эгоистичного молодого человека. После сделанного заявления я, униженная, поехала к себе домой.

Но где сейчас мой дом, ведь мы порвали с Арнольдом? Внезапно пришедшая мысль о доме не на шутку испугала меня.

Я стены разведу руками, 1973

Некоторое время мы избегали разговаривать друг с другом, и каждый из нас втайне дулся на несправедливо нанесенную обиду. Так продолжалось до тех пор, пока однажды вечером, под речь диктора местного телеканала о перебоях в поставках газа, Арнольд не начал, как и прежде, расчесывать мои длинные волосы. Улегшись в кровать, я поставила будильник и механически обменялась поцелуем с Арнольдом, которым он, кстати сказать, не преминул воспользоваться для примирения. Однако, несмотря на все домогательства с его стороны, я оставалась холодной и безучастной, но моя холодность не остановила его. Арнольд начал ласкать меня своей правой рукой, и в этот момент я сказала себе: «Ну уж нет, на этот раз у тебя ничего не выйдет».

Больше всего в тот момент мне хотелось сбежать, и поэтому, прислушавшись к своим внутренним желаниям, я в бешенстве ретировалась из постели. Опешивший Арнольд, впервые столкнувшись с отказом в любовных играх, сначала посмотрел на меня удивленным взглядом, а затем просто повернулся ко мне спиной. Увидев его поведение, я остановилась на полдороге в ванную комнату, вернулась и устроилась на своем одиноком уголке кровати. Сидя в постели, я размышляла над тем, каким образом лучше всего обставить разрыв наших отношений. Однако эти размышления лишь еще больше расстроили меня, и я впала в какое-то оцепенение. Из этого состояния я вышла лишь утром, когда делала завтрак.

Предаваясь своим размышлениям, я приготовила для нас завтрак, и, когда Арнольд вошел на кухню, он пророкотал:

– Я больши никагда не буду приставать к тибе подобным образом.

– Арнольд, – ответила я ему, – ты же знаешь, если мы не будем спать вместе, то быстро разбежимся. Секс – это единственное средство, соединяющее нас.

Нарочито холодным тоном, глядя ему в лицо, я сказала то, что хотела произнести уже много лет:

– Нам с тобой надо решить, каким образом лучше всего закончить наши отношения.

В ответ – тишина. Я потихоньку занимаюсь приготовлением завтрака. Каждый из нас пытается как-то убить время, но в итоге мы не получаем ничего, кроме голодных желудков, дежурных фраз и плохого настроения.

После ничего не значащего разговора повисает многозначительная тишина.

В предстоящие выходные я должна была прилететь к Арнольду в Мексику, но мы с ним договорились, что в этот раз мы впервые изменим наши общие планы. Перед отлетом Арнольда в Мексику мы появимся вместе, пытаясь хоть как-то сгладить разрыв наших отношений. Необходимость поездки в Мексику лишь усугубляет наш разрыв, но мы решаем отложить все важные разговоры до его возвращения.

Спустя пару дней я проснулась от раннего звонка – это Арнольд звонил мне из Мексики. Во время того разговора мы с Арнольдом как-то неуклюже пытались объяснить свое поведение и клялись, что не можем жить друг без друга. К нашему общему сожалению, мы отлично понимали, что расстаемся не по причине притупления чувств друг к другу, а из-за совершенно разных целей в жизни. Арнольду нужно было время для очередного этапа в своем развитии, ведь бодибилдинг был для него лишь началом, и сейчас ему требовалось не меньше сил, чем тогда, когда надо было добиться выдающихся успехов в этой сфере. Как нетрудно догадаться, у него не было никаких причин для того, чтобы каким-то образом совместить наши разные жизненные цели. А мне нужно было время, чтобы собраться с мыслями и определиться со своими дальнейшими шагами. Конечно же, мне хотелось утвердиться в роли хорошего преподавателя, чтобы в непредвиденном случае иметь твердую почву под ногами. Более того, к своим тридцати годам я хотела иметь детей и любить их отца, как это было принято в семьях с традиционным укладом. Однако надо признать, мне пока не встретился тот, кто бы мог соответствовать всем моим требованиям.

Рассказы, как известно, передают информацию об архетипе неудачных отношений. И когда такая ситуация происходит с тобой, никто в целом мире, кроме близкого человека, не в состоянии тебя понять. В моем случае мне пришлось довольствоваться простым серебряным кольцом да сладкими объятиями для облегчения моих страданий. Сейчас мы с Арнольдом просто сосуществовали рядом и, понимая, что у нас нет общего будущего, строили планы нашего расставания. Через пару недель мы решили, что, пока Арнольд будет занят на съемках в Алабаме, я буду жить в его доме, исполняя роль управляющего делами. После его возвращения со съемок я должна буду уехать, но куда – я пока еще и сама не знала.

Незадолго до отъезда Арнольда на съемки фильма Stay Hungry Салли Филд пригласила его на вечеринку, которую она устраивала для участников съемочной бригады и актеров. Нам пришлось нарушить нашу договоренность относительно раздельного существования, и на эту вечеринку мы пришли вместе. Пока все наслаждались вечером, я с грустью думала, что присутствую при одном из поворотных моментов в жизни Арнольда. При этом мне было понятно, что я никогда не буду его женой, которая могла бы гордиться его карьерой, а так и останусь девчонкой, помогавшей ему в постановке правильного произношения. И хотя на тот момент никто из присутствующих не мог бы предсказать будущее Арнольда, я тем не менее уже представляла свой собственный вариант, описание которого я позаимствовала из любимой маминой песни: «Все, что должно случиться, обязательно произойдет, но будущее нельзя предугадать».