Чтение онлайн

На следующее утро над линией фронта в зоне ответственности Jasta 11 появился неполный флайт 60 эскадрильи RFC (пять «Ньюпоров»). Англичане обнаружили и атаковали пару немецких разведчиков, но уничтожить их им помешали вовремя появившиеся германские истребители. Манфред атаковал «Ньюпор», оказавшийся ниже остальных. Вскоре британский летчик совершил вынужденную посадку и попал в плен. Он благополучно пережил войну и позже вспоминал, что, когда появились «Альбатросы», его аэроплан был уже поврежден огнем немецкого стрелка. Несмотря на это, победу записали Рихтгофену, который к тому времени давно стал национальным героем Германии. Пока командир гонялся за уже подбитым противником, его подчиненные «разобрались» с остальными, сбив три «Ньюпора».

15 апреля в британском секторе фронта погода испортилась, что снизило до нуля активность авиации. Сутки спустя немного распогодилось, и 11 немецкая эскадрилья снова встретилась в бою с 60-й британской. Из шести англичан сумели спастись только двое[2. Немцы заявили о трех победах, на четвертый «Ньюпор» претендентов почему-то не оказалось.], а германские потери составили один самолет: Фестнер совершил вынужденную посадку.

Следующие несколько дней опять стояла плохая погода, активные боевые действия возобновились только 21-го. Вечерний патруль Jasta 11 перехватил и сбил два В.Е.2, продолжив затем полет вдоль траншей. В это же время к линии фронта подошла шестерка истребителей из 29 эскадрильи RFC. Облачность позволила немцам незаметно подобраться к противнику. Когда «Ньюпоры» оказались над немецкой территорией, на них внезапно спикировали «Альбатросы», и через несколько минут три английских аэроплана упали на землю.

Вечером 22-го пилоты Jasta 11 во главе с Манфредом атаковали группу F.E.26 из 11 эскадрильи RFC, пытавшуюся провести фоторазведку. В этой стычке германцы одержали только две «официальные» победы, хотя наблюдатели с немецкой стороны не могли не видеть, как третий F.E., объятый пламенем, сел, едва перетянув через линию фронта. Остальным разведчикам тоже досталось: в четырех экипажах было пять раненых, один самолет совершил вынужденную посадку, а другой разбился на собственном аэродроме.

На следующий день Рихтгофен отправил матери письмо, в котором предупредил о скором приезде: по личному указанию кайзера ему было предписано покинуть фронт 1 мая. Причиной такой заботы со стороны императора было опасение лишиться вслед за Освальдом Бёльке еще одного аса №1. Прежде чем отправиться в отпуск, Манфред провел еще несколько боевых вылетов и 29 апреля добился личного рекорда, сбив за день четыре самолета. Около полудня он с двумя ведомыми атаковал тройку «Спадов»-7 19-й эскадрильи RFC. После длинной очереди «красного барона» один «Спад» разрушился в воздухе. Противник Лотара сумел благополучно посадить поврежденную машину и сдался немецким солдатам. Третьего англичанина[3. Это был командир эскадрильи майор Харви-Келли (H.D.Harvey-Kelly), - первый летчик RFC, совершивший посадку на территории Франции после начала войны, тогда он служил во 2 эскадрилье. В этом бою был смертельно ранен.] сбил Вольфф.

После обеда пятерка Рихтгофена-старшего снова поднялась в воздух. На этот раз «багаж» эскадрильи пополнили два F.E.2. В третьем вылете братья сбили по одному корректировщику из 12 эскадрильи RFC, которые опрометчиво действовали без какого-либо прикрытия. В это же время «на сцене» появились новые действующие лица: в бой вступили «Трипланы» 1 и 8 эскадрилий RNAS, а также «Ньюпоры» и «Спады» 40 и 19 эскадрилий RFC. RNAS недосчиталась двух «Трипланов» (по одному на эскадрилью), при этом место гибели летчика из 8-й примерно соответствует указанному в рапорте Манфреда (других претендентов нет), хотя тот и посчитал, что сбил «Ньюпор» (в германской сводке значится уничтоженный триплан).

На апрель пришелся пик интенсивности воздушной войны в 1917 году. Для германской авиации это был месяц славы, а для союзников - «кровавый апрель», они понесли большие потери, чем за любой другой период боевых действий (кроме августа-октября 1918 г., но тогда и самолетов с обеих сторон действовало гораздо больше). Всего немцы одержали 298 воздушных побед. Главными героями стали летчики Jasta 11, записавшие на свои счета 89 сбитых - абсолютный рекорд войны 1914-1918 годов. Основная заслуга в этом, без сомнения, принадлежала Манфреду, который не только отлично воевал сам, но и сумел воспитать сразу нескольких искусных воздушных бойцов.

Практически весь месяц 11 эскадрилья уничтожала английские самолеты без потерь со своей стороны, но 25 апреля она недосчиталась одного из своих лучших пилотов: стрелок «Сопвича Полуторостоечного» из 43 эскадрильи RFC сбил самолет Зебастиана Фестнера, который к моменту своей гибели успел одержать 12 воздушных побед (10 из них за последний месяц). Через два дня эскадрилья лишилась еще одного аса: Карл Шефер, одержавший к тому времени уже 23 победы[4. Всего одержал 30 побед. Погиб в воздушном бою 5.6.17.], стал командиром Jasta 28, сменив на этом посту бывшего командира 11-й обер- лейтенанта Ланга, которого теперь вовсе удалили с фронта (в дальнейшем руководил летной школой).

Большие успехи эскадрильи в целом и ее командира лично принесли Манфреду фон Рихтгофену новые награды и звания. 7 апреля Кайзер Вильгельм подписал приказ о присвоении ему звания ротмистр, всего через две недели после производства в обер-лейтенанты, в то время как в лейтенантах Манфред проходил более четырех лет. В апреле-мае сразу три немецких королевства и одно герцогство удостоили его своих орденов, сделав для этого исключение из правил, определяющих порядок награждения (обычно такие награды вручались только лицам, родившимся на территории данного королевства/герцогства или служившим в соответствующих национальных подразделениях германской армии). Барон получил Рыцарские Кресты[5. Традиционное название младшей степени западноевропейских орденов.] вюртембергского Ордена Военных Заслуги и саксонского Военного Ордена Св.Генриха - высшие награды этих королевств за доблесть. Прусское военное министерство ходатайствовало о высшем баварском Военном Ордене Макса-Йозефа для аса, но получило отказ. Вместо этого генерал-фельдмаршал принц Рупрехт Баварский подписал представление к меньшей по значению награде, но более высокой степени, чем было положено по званию - Ордену Военных Заслуг III Класса с Короной и Мечами[6. Максимум, на что могли расчитывать все остальные летчики - это IV степень.]. Кроме того, Рихтгофен был удостоен рыцарского креста I класса Ордена Герцогского дома Саксе-Эрнестина с мечами.

1 мая Рихтгофен-старший занял место наблюдателя в связном DFW C.V и отправился в давно заслуженный отпуск (самолет пилотировал один из его подчиненных). Вскоре они прибыли в Кёльн, где публика с большой помпой встретила своего кумира. На следующий день, в свой день рождения, Манфред был приглашен на ужин с участием императора и высшего генералитета. Затем он перелетел в Бад-Хомбург, где был представлен императрице. На этом «официальная часть» закончилась. Далее барон посетил несколько летных школ и авиационных заводов, где ознакомился с новыми истребителями, после чего наконец добрался до дома.

За то время, пока Манфред фон Рихтгофен был в отпуске, на участке фронта, занятом 6 армией, наступило затишье. Поэтому его 11 истребительная эскадрилья была переведена на север во Фландрию, которая была зоной ответственности 4 армии. Новой базой стал аэродром Харлебеке, район Куртре. Изменился также и личный состав, из прежней «звездной команды» остался один Карл Алльменрёдер, возглавивший эскадрилью после ранения Лотара, остальные пилоты, хотя и были достаточно умелыми, но большими успехами не блистали.

14 июня барон вернулся на фронт. По пути из Германии он сделал остановку в ставке кайзера, где в то время также находился болгарский царь Фердинанд, который лично вручил герою-союзнику Орден За Храбрость «IV степени II класса»[7. Вторая снизу степень ордена.]. Кроме того Манфред навестил в госпитале своего брата, который как раз собирался в отпуск для окончательного выздоровления.

18 июня Рихтгофен одержал свою 53-ю победу, сбив R.E.8. Около часа дня, когда был проведен этот воздушный бой, погибли три английских экипажа: на свои базы не вернулось два фото-разведчика из 9 эскадрильи RFC и один корректировщик из 53-й. К сожалению, в качестве места их гибели указаны только квадраты на карте, поэтому трудно сказать, какой из них был противником барона (а других побед заявлено не было). Обычно его жертвой считают один из самолетов 9 эскадрильи, однако англичане относят его потерю на счет зениток, в то время как R.E. из 53-й значится сбитым в воздушном бою.

Следующий успешный бой Манфред провел 23 июня, определив своего противника как «Спад», который «задымил и начал падать, уходя на запад». В районе Ипра в тот день действовали «Спады» 23 британской эскадрильи, которые также вернулись не с пустыми руками: вторые лейтенанты Коллис, Фаркуар и Шеперсон разделили между собой победу над «Альбатросом» D.V (категория «Destroyed in Flames»)[8. Для Роберта Фаркуара это была уже пятая победа, всего одержал 7. Погиб в воздушном бою 30 октября 1918 г.]. Если имеется в виду один и тот же бой (к сожалению, британцы не указали время), то обе стороны были, мягко говоря, не правы, так как в действительности никаких потерь зафиксировано не было[9. Часть источников указывает, что в бою был сбит (или скорее сел на вынужденную) Фаркуар, однако в сводке потерь этот эпизод упомянут не был, а серийный номер его самолета и дальше продолжал встречаться в документах эскадрильи.]. Иногда встречается предположение, что Рихтгофен мог сбить бельгийского аса Эдмона Тьеффри (10 побед) из 5 эскадрильи, но в действительности тот пересел на «Спад» только в конце августа. Кроме англичан, над Фландрией на «Спадах» летали также французские летчики, но они тогда потерь не понесли.