Чтение онлайн

Во Франции подобные настроения не только не прекратились, а, наоборот, привели к тому, что наиболее недовольные белорусские солдаты и офицеры стали налаживать связи с французскими партизанами и, поодиночке или группами, переходить на их сторону. Наконец, в ночь с 26 на 27 августа, белорусский и украинский персонал 1-го и 2- го гренадерских полков подняли мятеж. Они убили немецких офицеров и унтер-офицеров и частично перешли на сторону «маки». Командование дивизии безжалостно подавило это выступление, казнив всех зачинщиков и распустив 2-й батальон 1-го полка. После этого оно, чтобы поднять дисциплину среди других ненадежных частей, перемешало батальоны остальных полков. Все солдаты, которые участвовали в мятеже, а также те, кто казался Зиглингу ненадежными (всего 2300 чел.), были удалены из дивизии и отправлены в строительные части на линию Зигфрида[28].

Однако самый большой удар по доверию Зиглинга к персоналу соединения нанес его друг Муравьев, который вместе со своим батальоном перешел на сторону союзников в ходе ноябрьских боев под Мюльхаузеном[29].

В конце концов, все эти события убедили немцев, что держать 30-ю дивизию во Франции крайне неосмотрительно. Поэтому, как уже говорилось выше, в декабре 1944 года она была отведена в Германию, где ее разместили на германошвейцарской границе в местечке Грайфенвор. Из-за дезертирства и тяжелых боевых потерь в дивизии на тот период оставалось всего 4,4 тыс. человек. Взвесив ситуацию, Главное управление СС 11 января 1945 года решило расформировать это соединение, а его кадровый персонал передать в другие части. Однако для начала гестапо арестовало нескольких наиболее патриотично настроенных белорусских офицеров и расстреляло их (именно под эту репрессивную кампанию попал капитан Микула)[30]. После этого началось распределение кадров дивизии. Немецкие офицеры и унтер-офицеры пошли на укрепление 25-й гренадерской дивизии войск СС (1-й венгерской) и 38-й моторизованной дивизии СС «Нибелунги». А все русские солдаты и офицеры были переданы в 600-ю (русскую) пехотную дивизию Вермахта (более известную как 1-я пехотная дивизия Вооруженных сил власовского Комитета освобождения народов России - КОНР)[31].

Оставшиеся белорусы послужили основой для создания нового формирования: Гренадерской бригады войск СС (1-й белорусской) - Waffen-Grenadier-Brigade der SS (weissruthenische Nr. 1). Ha 1 марта 1945 года структура этого соединения была следующей:

– Штаб бригады (Stab der Brigade);

– 1-й гренадерский полк (Grenadier-Regiment Nr. 1), в составе трех батальонов[* Основой для создания бригады должны были послужить 75-й и 76-й полки бывшей 30-й дивизии войск СС. Так, на базе 75-го полка создали 3-й батальон 1-го гренадерского полка бригады, а из 76-го полка - 1-й и 2-й батальоны. 10 февраля 1945 года полк получил новую номенклатуру и стал 86-м гренадерским полком войск СС (1-м белорусским) - Waffen-Grenadier- Regiment der SS Nr.86 (weissruthenische Nr. 1).];

– противотанковый батальон (Panzerjager-Abteilung)-,

– артиллерийский батальон (Artillerie-Abteilung);

– кавалерийский (разведывательный) эскадрон (Reiter- Schwadron)\

– запасной батальон (Feldersatz-Bataillon).

Командиром бригады продолжал оставаться СС-оберштурмбаннфюрер Зиглинг. Все командные посты в ней также занимали только немцы[32] (смотри таблицу):

Радослав Островский (в центре)

В декабре 1944 года все обязанности по созданию белорусских формирований были переданы в ведение Главного управления СС. А 24 января 1945 года в Берлине состоялось совещание между представителями СС (Ганс Зиглинг) и белорусских националистов в лице Белорусской центральной рады - БЦР (Радослав Островский и Константин Езовитов). В результате переговоров было принято решение о формировании новой дивизии войск СС, на этот раз - «чисто белорусской». При этом президент БЦР Островский и его «военный министр» Езовитов, соглашались сотрудничать с СС, только если будущее соединение создадут на следующих условиях:

1. Командиром дивизии должен быть немец;

2. Штаб - смешанный;

3. Командиры полков и ниже - только белорусы; однако, при каждом из них должен был находиться немецкий офицер связи;

4. Все команды - только на белорусском языке;

5. В названии дивизии обязательно должно быть слово «белорусская»;

6. Соединение может быть использовано только на Восточном фронте[33].

В результате, 9 марта 1945 года Гренадерская бригада войск СС была переименована в 30-ю гренадерскую дивизию войск СС (1-ю белорусскую) - 30. Waffen- Grenadier-Division der SS (weissruthenische Nr. I)[34].

Все вопросы по вербовке добровольцев для новой дивизии были возложены на БЦР. Но, поскольку среди военных их оказалось недостаточно, в начале марта приняли решение набирать в соединение так называемых «восточных рабочих» - белорусов, которые были вывезены со своей Родины для работы в Германии. Однако результаты такой вербовочной компании оказались незначительными. В одной из докладных записок Франца Кушеля, который принимал участие в наборе, по этому вопросу говорилось следующее: «Организация дивизии СС идет крайне медленно. Военный отдел БЦР сумел завербовать в дивизию только несколько сот человек. Из обещанной тысячи молодежи прибыли только около четырехсот человек, при этом часть из них не может быть солдатами по причине молодого возраста - 14- и 15-ти летние юноши. Кроме того, набранная в дивизию молодежь - самая плохая как в физическом, так и в моральном отношениях»[35].

Причины таких негативных результатов Кушель видел в общем военном положении Германии и недоверии к немцам по причине их предыдущей политики относительно белорусского вопроса. Не вызывала энтузиазма и личность Зиглинга, который опять был назначен командиром дивизии[36].

Не лучше обстояло дело и с командными кадрами. Как было сказано выше, все офицеры и унтер-офицеры - немцы и русские были переданы в другие соединения. Отчасти положение спас 1 -й Кадровый батальона БКА - белорусская коллаборационистская часть, дислоцировавшаяся в Берлине. Так, в течение декабря 1944 года из него в местечко Вайнергамер (юго-западная Германия), место формирования дивизии, в полном составе были переведены офицерская и унтер-офицерская школы. Однако следует сказать, что и в этом случае Зиглинг остался верен себе. Всех прибывших офицеров-белорусов он выделил в особую группу и отправил на переподготовку, а унтер-офицеров распределил на разные хозяйственные должности. Со временем белорусская офицерская школа была низведена Зиглингом до уровня унтер-офицерской, а унтер-офицерскую он вообще ликвидировал[37].

В итоге, как из-за недостатка личного состава, так и по причине отсутствия необходимого вооружения, из всей планируемой дивизии был сформирован только один полк - 75-й гренадерский полк войск СС (1-й белорусский) - Waffen-Grenadier-Regiment der SS Nr. 75 (weissruthenische Nr. 1)[* Изменение нумерации полка с 86-го на 75-й произошло по причине того, что к этому времени такой номер уже был закреплен за 32-й моторизованной дивизией СС «30 января».]. Он состоял из одного фузилерного и двух гренадерских батальонов, частей дивизионного подчинения и имел следующий командный состав[38] (смотри таблицу):

Командующий ВВС КОНР генерал-майор В.И. Мальцев с офицерами КОНР

В начале апреля 1945 года Организация дивизии фактически прекратилась. Поэтому ее единственный полк было решено передислоцировать в южную Германию, где в это время немецкое военно-политическое руководство вынашивало планы по созданию так называемого «Альпийского редута». В результате, 15 апреля СС-штурмбаннфюрер Франц Геннингфельд, который, фактически, исполнял обязанности командира дивизии, получил соответствующий приказ. Надо сказать, что такой поворот устраивал и руководство белорусских националистов. Только оно решило использовать его по-своему: находясь в южной Германии, было удобнее сдаться американским войскам и, таким образом, избежать пленения Красной Армией. 21 апреля полк прибыл в местечко Айзенштайндорф (Чехия). Здесь его руководство вступило в переговоры с находящимся неподалеку штабом командующего Военно-воздушными силами КОНР генерал-майором Виктором Мальцевым. Власовцы также направлялись навстречу американцам. В ходе этих переговоров Кушель, являвшийся после исчезновения Геннингфельда, фактически, командиром белорусской дивизии, и Мальцев договорились о совместном переходе линии фронта на следующих условиях: