Арсенал Регрессора. Трилогия
Шрифт:
Она медленно потянулась к револьверу.
– Шесть выстрелов, Маска. Шесть камер. Патрон гарантированно в одной из них. Ты должен нажать на крючок шесть раз подряд. Ты уже проиграл. Нет смысла продолжать.
Её пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони.
– Один из этих щелчков убьёт тебя.
Я смотрел на револьвер. Око показывало: артефакты мертвы. Моё поле удачи на нуле. Я был таким же уязвимым, как любой обычный человек, решивший сыграть со смертью.
Шесть выстрелов. Гарантированная смерть. Я взял оружие.
– Просто признай поражение, – Кассандра подалась вперёд, почти умоляюще. – Я не хочу…
Но я поднял револьвер к виску. И улыбнулся.
Кассандра замерла. Её рот приоткрылся, глаза расширились до предела. Она видела человека, который смотрел в дуло пистолета и улыбался.
– Ты… – она не могла подобрать слов. – Ты ведь улыбаешься сейчас под маской?
– А что мне ещё делать? – я пожал плечами, удерживая ствол у головы. – Плакать? Умолять? Это было бы скучно. И не в моём стиле.
Её дыхание сбилось. Она смотрела на меня так, будто видела впервые.
– Ты безумен…
– Возможно. Но ты ведь именно этого хотела, правда? Кого-то, кто не сломается. Кого-то, кто посмотрит смерти в лицо и рассмеётся ей в ответ.
Я положил палец на спусковой крючок.
– Ну что, начнём?
Но у меня был план. План, который не зависел от удачи. Я поднял револьвер к виску.
Щёлк. Пусто.
Кассандра вздрогнула. Её пальцы впились в край стола так, что дерево затрещало.
– Знаешь, что я понял за эту игру? – спросил я, глядя ей прямо в душу.
– Что?
– Ты не хочешь, чтобы я умер.
Она замерла. Её глаза расширились.
– Что за чушь…
Щёлк. Второй выстрел. Пусто.
– Твой талант работает на подсознательном уровне, – продолжил я, не опуская оружия. – Ты не контролируешь его полностью. Он защищает то, что тебе дорого. Или то, что тебе интересно.
– Ты мне не дорог! – выкрикнула она.
Щёлк. Третий. Снова пусто.
– Может, и нет. Но ты заинтересована во мне. Ты одержима мной. Ты хочешь узнать, кто я. Хочешь понять, как я сломал твои Весы. Хочешь… – я сделал паузу, понизив голос, – почувствовать тот поцелуй, который подтвердили Весы.
Её дыхание сбилось. Щёки вспыхнули румянцем.
– Это манипуляция…
Щёлк. Четвёртый. Пусто.
– Возможно. Глубоко внутри ты не хочешь, чтобы игра заканчивалась.
Кассандра смотрела на меня так, будто я ударил её по лицу. Её губы дрожали. Глаза блестели влагой. Были ли это слёзы ярости или отчаяния? Я не мог сказать наверняка.
– Ты… ты так уверен, что твои артефакты смогут перебить мой талант? – её голос срывался.
Я усмехнулся.
– Мои артефакты истощились еще раунд назад.
Она побледнела ещё сильнее, став похожей на призрака.
– Что?..
Я поднял револьвер для пятого выстрела. Щелчок словно гром пробил тишину комнаты. И там тоже было пусто.
Кассандра сжалась. Она явно не хотела продолжать, но её гордость и статус не позволяли ей всё отменить. Она была заложницей собственной игры.
Оставался лишь шестой выстрел. Последний.
Шесть камер. Шесть нажатий. Патрон гарантированно в одной из них. Пять пустых щелчков уже прозвучали. Математика была беспощадна. Шестая камера содержала пулю. Это был факт.
– Ну что, проверим, чья воля сильнее? – спросил я.
Кассандра открыла рот, чтобы что-то сказать. Её лицо исказилось маской ужаса. Рука дёрнулась вперёд, словно она хотела вырвать револьвер из моих пальцев.
Я нажал на крючок.
– НЕТ!
Её крик разорвал тишину комнаты, полный отчаяния и страха.
Но выстрела не прозвучало. Был щелчок, похожий на прошлые, но более глухой.
Я медленно опустил револьвер и положил его на стол. Открыл барабан. Латунная гильза поблёскивала в шестой камере. Патрон был там. Боёк ударил по капсюлю. Глубокая вмятина на металле доказывала это. Смерть была здесь, в миллиметре от меня.
Но выстрела не последовало.
Кассандра сидела неподвижно, прижав ладони ко рту. Её плечи сотрясала крупная дрожь.
– Как… – прошептала она, не веря своим глазам. – Как это возможно? Осечка? Этот револьвер… он никогда не даёт осечек. Это реликт. Он не может заклинить!
– Твой талант сработал, – сказал я мягко. – Но он сработал на меня. Потому что ты этого хотела.
Она подняла на меня взгляд. В её глазах было что-то надломленное. Стена высокомерия и неприступности рухнула.
– Я не хотела…
– Хотела. В тот момент, когда закричала «нет», ты отдала свою удачу мне. Твоё желание защитить меня оказалось сильнее механики реликта. Ты заставила невозможное стать возможным. Ведь именно так работает твой талант, верно?
Я указал на вмятину на капсюле.
– Боёк ударил. Порох должен был воспламениться. Но твой талант решил иначе. Ты защитила меня от пули, которую сама же зарядила.
– Ты использовал меня, – это был не вопрос. Констатация факта.
– Да.
Я встал из кресла, обошёл стол и остановился рядом с ней.
– Я выиграл, Кассандра. Два-один.
Она молчала. Её плечи опустились. Впервые за всё время нашей встречи она выглядела… побежденной. Но потом что-то изменилось. В глубине её глаз снова вспыхнула искра.
Её губы изогнулись. Сначала едва заметно, потом шире. Это была улыбка. Безумная, отчаянная, восхищённая улыбка.
– Я ещё не проиграла, – произнесла она.
Прежде чем я успел среагировать, она схватила револьвер со стола.
Крутанула барабан одним резким движением.
Приставила ствол к своему виску.
Щёлк.
– Кассандра, хватит, ты истощена!
Щёлк.
Щёлк.
Она жала на спуск снова и снова, с пугающей скоростью. Её глаза горели безумием, волосы разметались.
– Я не могу проиграть! Я не умею проигрывать!
Щёлк.
Щёлк.
Пять выстрелов. Все пустые. Она замерла. Ствол всё ещё был прижат к виску, вдавливаясь в кожу. Палец лежал на курке. Грудь тяжело вздымалась.