Арсенал Регрессора. Трилогия
Шрифт:
— Какие условия?
— Первое. Ты пройдешь со мной одно Искажение здесь, в Лондоне. Твои боевые навыки мне понадобятся.
— Хорошо, — кивнула она без колебаний. — Это справедливо.
— Второе. Ты никогда, ни при каких обстоятельствах, не раскроешь мою личность. Даже если тебя будут пытать, даже если предложат все богатства мира. Моя анонимность священна.
Рамона задумалась на секунду, потом кивнула снова.
— Согласна. Я не предам тебя.
— И Третье, — я сделал паузу для эффекта. — В будущем, когда я попрошу твоей помощи, ты поможешь мне один раз. Без вопросов, без отказа. Что бы я не попросил.
Рамона напряглась. Она была в отчаянии, но не была глупой.
— Что угодно? — переспросила она, и голос стал жестким, как удар хлыста. — А если ты попросишь убить ребенка? Или предать мою страну? Я готова на многое ради сестры, Костя, но я не стану чудовищем. Если ты ищешь бездумного палача — забери свою эссенцию обратно.
Я кивнул, принимая ее вызов. Это был правильный вопрос.
— Я не попрошу тебя идти против твоей совести или убивать невинных, — ответил я твердо. — Мне нужна твоя сила против врагов, которые угрожают нам всем. Но когда придет время, ты должна будешь довериться моему выбору цели. Она сверлила меня взглядом еще несколько долгих секунд, взвешивая каждое слово, пытаясь найти ложь.
Это условие было самым тяжелым. Карт-бланш на будущее, обязательство помочь в неизвестном деле. Рамона могла отказаться, сказать, что это слишком опасно, ведь там может быть что угодно. Но все три условия были посильными, и вполне честными.
Но она не отказалась.
— Хорошо, — голос был твердым. — Я согласна на все три условия.
Я убрал руку от флакона, позволяя ей взять эссенцию. Пальцы Рамоны дрожали, когда она подняла серебристый сосуд. Прижала к груди, словно боясь, что он исчезнет.
— Грасиас, — прошептала она. — Ты даже не представляешь, что это значит для меня.
— Представляю. Поэтому и делаю это.
Мы сидели молча несколько секунд. Рамона смотрела на эссенцию с благоговением, я наблюдал за ней. Будущая Санта Муэрте, одна из Девяти Королей, сейчас была просто отчаявшейся девушкой, которой дали надежду.
— Есть вопрос, — сказала она наконец. — Ты упомянул Искажение в Лондоне. Но здесь сейчас затишье. Я проверяла новости перед прилетом. Все крупные Искажения закрыты. Специалисты говорят, что еще несколько недель будет спокойно.
— Не недель, — я усмехнулся. — Часов.
— Что?
— Завтра утром открывается второе поколение Искажений. Крупнее и опаснее чем первая волна. Одно из них будет здесь, в центре Лондона.
Рамона уставилась на меня.
— Откуда ты знаешь? Даже правительства не могут предсказать, когда откроются Искажения.
— У меня свои источники. Просто следи за новостями завтра. Увидишь все сама.
— И ты хочешь, чтобы я прошла это Искажение с тобой? То, которое откроется завтра?
— Именно. Как раз проверим твои навыки в деле.
Она покачала головой с недоверием, но в глазах плескался азарт. Опасность не пугала ее, скорее возбуждала.
Мы пожали руки на прощание. Хватка у Рамоны была крепкой, уверенной. Она направилась к выходу, остановилась у дверей.
— До завтра, Костя. И еще раз спасибо.
— До завтра, Рамона.
Она исчезла за вращающимися дверями. Я вернулся в кресло, допивая остывший кофе. Первый шаг сделан. Талант Рамоны бесценен. И если завтра я бы еще мог справится без нее, то совсем скоро появится искажение, которое не сможет пройти ни один из Девяти Королей. Но Санта Муэрте может стать ключом к его прохождению. К тому же, верность Рамоны стоила больше любых денег.
Я поднялся, оставив щедрые чаевые официанту. Перед Искажением была еще работа.
Лондон вечером преображался. Уличные фонари зажигались один за другим, подсвечивая старинные фасады зданий. Деловые люди спешили домой после работы.
Я шел по узким улочкам Вест-Энда, изучая вывески магазинов. Большинство были обычными. Сувениры для туристов, дорогая одежда, рестораны с завышенными ценами. Но среди них попадались и другие заведения.
Антикварные лавки. Магазины редкостей. Места, где собирались вещи с историей.
Я нашел нужное через двадцать минут. Небольшая лавка на углу тихой улицы. Вывеска гласила «Curiosities of Ages Past» золотыми буквами на темном фоне. Витрина была заставлена старинными предметами: вазы, статуэтки, потертые книги, странные инструменты неясного назначения.
Колокольчик над дверью звякнул, когда я вошел. Внутри пахло пылью, старой бумагой и чем-то сладковатым. Полки тянулись до потолка, каждая забита вещами. Здесь не было порядка или системы. Римские монеты соседствовали с викторианскими часами, африканские маски смотрели на японские гравюры.
— Добрый вечер! — раздался бодрый голос из глубины магазина.
Из-за стеллажа появился пожилой мужчина лет семидесяти. Лысая голова, густые седые усы, круглые очки на носу. На нем был мятый твидовый пиджак поверх клетчатой рубашки.
— Чем могу помочь? Ищете что-то конкретное?
— Две вещи, — ответил я. — Серебряник Иуды. Реплика. И браслет римского вексилария.
Старик поднял брови, изучая меня с новым интересом.
— Специфичный запрос. Особенно Серебряник. Большинство коллекционеров избегают подобных предметов. Слишком мрачная история, особенно для религиозных людей.
— Меня не смущает история. Есть в наличии?
— Вам повезло, — он направился к дальней стене, где за стеклом хранились монеты и медали. — Я приобрел несколько реплик Серебряника пару месяцев назад. Удивительно качественные подделки, шестнадцатого века. Тридцать штук, как и в легенде.
Он открыл витрину, достал небольшую деревянную шкатулку. Внутри на бархате лежали серебряные монеты, потемневшие от времени. Каждая размером с пятирублевую, с выбитым профилем и надписями на латыни.
Око активировалось, информация наложилась на зрение.
[Серебряник Иуды (Реплика)]
[Реликт C-ранга]
[Одноразовое использование: «Разрушение Праведности»]
[При контакте с артефактом, связанным с честью/светом/верностью, разъедает его изнутри за 30 секунд]
[Работает ТОЛЬКО на «светлые» артефакты]
[После использования монета распадается в пыль]