Артефакт 2: Грозовые сумерки
Шрифт:
Мы бежим всю ночь. От боли я не могу отключиться, невидимый зов действует как нашатырь. Это невыносимо! На ноги я уже не смотрю, не хочу видеть, в каком я состоянии. Сквозь пелену, мои глаза обжег рассвет. Сетчатку глаз защипало, я моргаю. Мое тело уже полностью покрывает черная паутина. Рискую взглянуть на лодыжку, и захлебываюсь ужасом. Она начинает разлагаться. Куски плоти гниют и отпадают, запах гниющего мяса невыносим. Начинаю молиться, представляя, каких сейчас моих друзей. Лиса шепчет мне на ухо ободряющие слова срывающимся голосом. Она сама не верит в то, что говорит. Я чувствую ее слезы на своем плече. Они немного охлаждают мою кожу, но приносят невыносимую душевную боль.
Я стараюсь увидеть остальных. Ванька не смотрит на меня, отворачивает голову, но сжимает поводья своей лошадки так, что кулаки белеют. Гор на спине у Вара рыдает, повторяя, что я выживу. А Вар...
А Вар бежит на всех парах, словно стараясь опередить мою смерть. Периодически он бросает на меня взгляд, а потом прибавляет ходу, обгоняя даже Дракулу. Я хочу расплакаться, видя его таким, в панике, если бы во мне осталась хоть немного жидкости. Я плачу про себя.
Бег не прекращается. Солнце в зените опаляет мою кожу. Иногда я теряю сознание, и мне кажется, что я в адском огне. Когда я выныриваю из кошмара, то стараюсь рассмотреть свои ноги. От одной ноги осталась только кость. Я утешаю себя. Мне кажется, что мы уже близко.
Вскоре слышу, что мы прибыли в болотистую местность. От земли чувствую прохладу, которая меня успокаивает. Я знаю, мы совсем близко. Слышу, как копыта лошади Ваньки и лапы Вара начали утапливаться в болотной жиже. Дракула бежит по болоту как по суше. Я жду, когда смогу, наконец, провалиться в спасительный обморок, но продолжаю старательно вглядываться вперед.
Неожиданно перед нами показывается неказистая избушка. Я как могу фокусируюсь на ней. Я знаю, что цель достигнута. На пороге стоит неопрятная женщина с безумным взглядом и заляпанная кровью. Увидев нас, она рассмеялась и раскинула руки, словно для объятий. Уходить в забвение я временно передумала, нас ждет что-то очень необычное, и пропустить это представление было нежелательным. Тем временем женщина кинулась к нам.
— Ты вернулся ко мне! Любимый мой!
Глава 27
Вар
Он бежал со всех ног. Кровь колотила в висках, и казалось, будто он горит внутри. Если Хель умрет, это будет его смертным приговором. Видеть, как её тело чернеет и разлагается, было для него нестерпимой и извращенной пыткой. Невозможность помочь ей усиливала боль! Он готов был разорвать того, кто наложил это проклятье.
Когда впереди появилась избушка с женщиной на пороге, она казалась ему смутно знакомой. Он рванулся к ней, чтобы вцепиться в её горло и убить, но она раскинула руки, и он был вынужден резко затормозить. Страшная догадка мелькнула в его голове.
— Ты вернулся ко мне! Любимый мой!
О боги, Нави и Прави, этот кошмар не мог стать явью! Варгас резко замотал головой, отказываясь верить и пытаясь прогнать страшное виденье. Но виденье не исчезло, оно не спешило уходить и было более чем реальным. Остальные подъехали к нему и аккуратно сняли Хель с коня. Даже эта нехитрая манипуляция лишила девушку ещё одного куска плоти. Хель стонала, но уже так тихо, что её стоны было трудно различить. Варгаса разрывало от боли, ужаса и первобытного страха.
— ТЫ! — Вар задыхался. — Влада?
— Вспомнил меня, моя любовь! — Влада захлопала в ладоши. — Я знала! Ты любишь меня, прибежал ко мне! Теперь мы будем счастливы, и боги снимут твоё проклятие.
— Я здесь, чтобы снять проклятие с Хель! — Внезапно Варгас закричал. — Сними его! Я здесь не ради тебя!
Ванька и Лиса помогли поднести к нему Хель, которая смотрела мутными глазами, еле мотая головой. Её руки повисли как тряпичные, а на ногах она уже не стояла. Да и сложно стоять, когда от ног остались лишь кости и ошмётки гнилой плоти. Все друзья были враждебно настроены к болотной ведьме по имени Влада, и только Хель смотрела безразличным взглядом на ведьму. Жар-Птица, все ещё не вернувшая себе свой огонь, яростно и злобно кудахтала, вырываясь из рук Ваньки, видимо, желая расклевать лицо новой знакомой. Ведьма махнула рукой, и черные цепи обвили птицу, удерживая её и лишая магии! Лиса дернулась, но что-то в безумном взгляде ведьмы заставило её оставаться на месте. Птица притихла.
— Нееет! — Весело замотала головой Влада. — Ведь она мешала! Мешала! Мешала! Она заставила тебя забыть меня! Это Навьи козни! И вот смотри, она умирает, и ты вспомнил свою Владу!
Вар не выдержал и бросился к ведьме, чтобы перегрызть ей горло. Даже если это означало смертную казнь ему, на божественном суде. Он не смог приблизиться к ней. Ведьма, смеясь и глумясь, протянула руку, и колдовская паутина взметнулась перед ним. Вар словно влетел в ловушку. Он метался внутри этой невидимой сети, пытаясь выбраться, но чем больше он бился, тем плотнее становилась паутина. Волк проклинал женщину, но это не помогало, она лишь гоготала в ответ.
Ведьма не успела опустить руки, как на неё обрушились травки и заклятья Лисы. Девушка вычислила момент, когда ведьма отвлеклась на Вара, чтобы нанести удар. Но вся её магия разбилась о невидимый барьер. Влада снова махнула рукой, и невидимая паутина теперь обвила Лису, начиная душить.
Ванька и Гор рванулись на помощь, но их постигла та же участь. Иван не успел достать Кладенец, как запутался в магической паутине.
— Какие назойливые. — Ведьма нахмурилась. — Они тебя зачаровали? ГОВОРИ!
— Да пошла ты! — Прорычал Вар. — Я убью тебя!
— Нееет! — Ведьма погрозила пальчиком. — Ты вспомнишь нашу любовь, вспомнишь! А сейчас гости дорогие все в дом. Мы возьмем и эту Навью мерзость, чтобы попировать потом на ее костях. А ты пока обратишься для меня! Я хочу тебя!
Вара передернуло. Он сделал очередную попытку вырваться, но безрезультатно. Тем временем Влада повернулась и пошла в дом, поманив пальчиком. Друзей потянуло за ней, словно невидимая нить влекла их в избу. Та же нить потащила Хель вместе со всеми. Вар завыл, видя, как по земле от Хель остаются сгнившие ошметки. Девушка была без сознания.
Болотная ведьма даже не повернулась. Она пошла в дом, виляя бедрами, будто веря, что привлекла внимание бывшего возлюбленного.
— Заходите, заходите! — она, пританцовывая, распределила всех по местам. — Варгас, обращайся ко мне!
Хель
Я начала постепенно ощущать себя. Вынырнув из небытия, я чувствовала, что я существую. Ощущение ног, рук, тела, головы — все вернулось. Боль ушла. Я могла шевелить конечностями, дышать было легко. Жара больше не мучила, и мое тело приносило мне удовольствие. Я чувствовала себя удивительно хорошо, но меня охватывал страх открыть глаза и оглянуться. В моем воображении проклятье сняли, и я поправилась. Однако меня настораживало то, что я не слышала голоса друзей. Полежав еще немного, я решила рискнуть и осмотреться.
— Черт!
Нет, я не поправилась. Я лежала на высохшей траве, на берегу мертвой реки. Мое тело выглядело материальным и живым. Я либо умерла, либо была близка к этому. Удручающе легко я поднялась на ноги и огляделась, ища подсказок, что делать дальше. Взглянув на реку, я попыталась разглядеть лодку Смерти. Лодка была на месте, но Смерти не было. Я приблизилась. Лодка манила меня сесть в нее, мои мысли стали медленными и рассеянными, а беспокойства отошли на второй план.
— Хрена лешего я все забуду и сяду в эту проклятую лодку. — прошептала я, щипая себя, чтобы не начинать забывать. Когда мое сознание снова стало ясным, пришло время узнать, что происходит.