Чтение онлайн

Ализе смотрела вроде бы на него, но в тоже время его не видела, ее мысли занимал один вопрос, который она ему тут же задала.

— Даххарст, ты не мог не знать, как я восприму твои слова. Ты не мог не знать, как мне будет от этого больно. Ты не мог не знать, что наши отношения изменятся после этого. Я думаю, что тебе разумнее было бы сказать мне все это уже после рождения ребенка, или когда он только зародился бы во мне, но ты сказал это сейчас. Почему?

Даххарст дернулся, словно желая ответить, но промолчал, что-то обдумывая, а потом каким-то успокоенным тоном сказал:

— Ты все равно узнала бы об этом. Любой вопрос о твоих родителях, который ты мне обязательно бы задала, привел бы нас к этому разговору. Вот так, как, например, сегодня.

Но Ализе его снова не слушала. Случайно упомянув о ребенке, она забыла о себе и о своей обиде, все ее мысли были теперь об этом нерожденном малыше.

— Даххарст, — перебила она мужа, — но ведь если бы этот ребенок родился, он стал бы изгоем?

— Почему — изгоем? — удивился Даххарст.

— Потому что не один ты догадался бы, что этот малыш может обладать как магией Светлых, так и магией Темных одновременно. Ты думаешь, его не попытались бы похить?

— Я бы его защитил, — угрюмо возразил Даххарст, но Ализе снова не слушала его.

— Ты хочешь, чтобы наш малыш, только родившись, стал объектом охоты, чтобы он и мы вместе с ним прятались, скрывались, убегали, чтобы вместо счастливого и радостного детства наш малыш каждую минуту переживал страх и беспокойство, совершенно не понимая, почему это с ним происходит?! Ты хочешь такого детства для этого малыша? — Даххарст как-то странно дернулся, было видно, что такая мысль даже не приходила ему в голову.

Вдруг Ализе вспомнила часть рассказа Даххарста о тех таинственных Жрецах, сумевших в незапамятные времена уничтожить Темного. И на нее накатила волна ужаса. Жрецы не стали бы воровать их необычного ребенка, они его просто убили бы. И смертный приговор ему был бы подписан с той секунды, как они узнали бы о его рождении.

— Даххарст, — прошептала она пересохшими губами, — жрецы ведь убьют его, найдя хоть через сколько лет, неужели ты этого не понимаешь?

Даххарст упрямо сжал губы.

— Пока они его найдут, он с нашей помощью сможет стать настолько сильным, что они будут ему не страшны.

— Ты желаешь нашему ребенку такой жизни? — поразилась Ализе и тут же твердо добавила: — Нет, Даххарст, этот ребенок не будет рожден.

Он быстро взглянул на нее, ожидая продолжения и уже зная, что она скажет дальше, зная, что ее слова разрушат последний мостик, что еще соединял их. И он приготовился.

Однако Ализе не торопилась. Что-то ее еще беспокоило, какая-то недоговоренность.

— Ты обещал сказать, почему моя мама хотела убить нас с братом, — тихо напомнила она Даххарсту.

— Она узнала о помолвке, узнала о дружбе твоего отца с моим, узнала об их попытках соединить высшую магию Темных и Светлых. Сначала она хотела вас забрать с собой. Эллентиэль не отдал, вот тогда она, полная фанатичной ненависти, понимая, что не сможет помешать мужу, хотела с помощью вашего убийства не допустить рождения нашего с тобой ребенка.

— Знаешь, я не чувствую к ней ненависти, — неожиданно сказала Ализе. — Я понимаю чувства, что двигали ею, и я даже очень довольна, что она так поступила с отцом. Мне его нисколько не жаль. Он использовал маму, использовал меня, не думал ни о моих, ни о маминых чувствах, полностью захваченный своей бредовой идеей! — Ализе еще немного подумала. — Кстати, а ты знаешь, что не у всех детей Высших Светлых проявляется родовая магия, и даже если проявляется, то с разной силой? Например, у короля и королевы только у одного из трех детей ярко выражен этот Дар, у двух остальных он почти не проявился. Так что…

Она не договорила, но и так было понятно — Ализе хотела сказать, что не было никакой гарантии, что их общий с Даххарстом ребенок станет избранным, способным объединить обе силы.

— Я вернусь в Академию, буду жить в своей комнате, и прошу тебя не беспокоить меня и не терзать. Ты же понимаешь, что после всего, что я узнала, я не смогу быть с тобой.

Ализе говорила спокойно, взвешенно, без истерик и слез. Даххарст молчал. Ализе открыла портал и через мгновение оказалась в Академии.

Ализе бежала по коридору общежития и мысленно кричала изо всех сил: «Саннаэтель!». Брат был единственным во всем мире, кто ни разу не предал, не обманул ее, и которому она безоговорочно доверяла.

Саннаэтель с Ранхгартом едва вошли в здание, как Саннаэтель услышал истошный крик сестры.

— Ализе зовет меня, — на ходу крикнул он Ранхгарту и бросился навстречу сестре.

Саннаэтель думал, что Ранхгарт, согласно своему воспитанию, поймет, что его присутствие в подобной ситуации излишне, и немедленно удалиться. Не тут-то было. Ранхгарт, догадавшись, что с Ализе что-то случилось, немедленно бросился вслед за Саннаэтелем, правда, чуть поотстав, старясь не привлекать к себе излишнего внимания. Возможно, такой поступок был неприличным, но Ранхгарт быстро оправдал себя тем, что он слишком много отдал сил, чтобы воссоединить Ализе с мужем, и значит, он имеет право знать, что случилось. И быть может даже чем-то помочь.

— Саннаэтель! — крикнула Ализе, бросаясь на шею брата и заливаясь слезами. В его присутствии она могла быть слабой и беспомощной, сбросить с себя маску твердости и спокойствия, которую ей с трудом удалось сохранить при расставании с мужем.

— Даххарст тебя обидел? — быстро спросил Саннаэтель. Ализе закивала головой, отвечая на его вопрос.

— Он тебя ударил? — раздался за спиной Саннаэтеля голос Ранхгарта. Ализе теперь отрицательно мотнула головой. Но Ранхгарт уже привлек внимание Саннаэтеля.

— Ранхгарт, думаю, ты понимаешь, что нам с сестрой надо поговорить наедине, — начал Саннаэтель.

Темный хотел возразить, но Ализе первой встала на его защиту.

— Пусть останется, это и его касается, — всхлипнула девушка.

Саннаэтель и Ранхгарт слушали ее рассказ, не перебивая, пока она не дошла до той части, в которой отцы, Даххарста и ее, решили попробовать объединить, соединить оба вида магии.

— Какие же мы идиоты! — взвился Ранхгарт. — Нам такая мысль даже не пришла в голову! А могли бы до этого додуматься. Это должно было бы стать первым, о чем мы вообще должны были бы подумать!

Он хотел продолжать в том же духе, но увидев полные гнева глаза Ализе и Саннаэтеля, быстро ретировался, даже не дослушав, что еще Ализе рассказал Даххарст.

Ализе только начала рассказывать брату о короткой и так плохо закончившейся любви их родителей, как в этот момент наивысшего драматизма в дверь просунулась голова Ранхгарта и деловито поинтересовалась, в каком из своих замков обитает в данный момент Даххарст. Ответом послужили одновременно полетевшие ему в голову подушка и увесистая ваза. Подушку швырнула Ализе, ну а вазу — его лучший друг. Голова Ранхарта немедленно скрылась, но его обиженный таким недоброжелательным отношением голос продолжал канючить и выклянчивать нужную ему информацию.