Чтение онлайн

Во Франции один из основных центров производства бронзовых орудий находился в Дуэ. В 1670 году объем литейного производства составлял 144 орудия мелкого калибра или 96 canons de batterie (пушки для батарей) в год. В Испании XVII века центром производства бронзовой артиллерии была Севилья. Согласно официальным данным, датированным 1679 годом, в Севилье производилось не более 36 пушек среднего калибра в год.

Необходимы тщательные исследования цен на медь, железо, олово и уголь в разных частях Европы. Причем, имея дело с такой информацией, исследователям следует быть очень внимательным при выяснении качества сырьевых материалов, о которых идет речь, поскольку разница в ценах весьма значительна. Когда профессор Манков утверждает, что в России в 1600 году соотношение меди к железу было 1:11, возникает вопрос, о какой именно меди и о каком железе идет речь.

В Швеции соотношение между «сырой медью» и «железом высокого качества» было 1:9 в 1580 году и 1:10 в 1600 году. Соотношение между «сырой нефтью» и «листовым железом» было 1:5 и в 1580 году, и в 1600 году. Список цен на шведскую сырую медь и листовое железо в Амстердаме в 1624-1694 годах был опубликован профессором Постумусом. На основании информации Постумуса я подсчитал соотношение между ценами на медь и железо в Амстердаме (см. таблицу далее). Как нетрудно заметить, соотношение довольно сильно колеблется. Из другой собранной мною информации явствует, что соотношение стоимости меди и железа значительно ниже в Италии и на юге Германии, чем в Швеции, Голландии и Англии, и это объясняет, почему итальянцы так медленно и неохотно переходили на железные пушки.

Цены на орудия легко собрать, но никто и никогда не проводил их систематического исследования. Представляется, что они быстро росли во время так называемой ценовой революции. В 1630 году чугунные пушки из Суссекса оценивались в 3,5-4 раза выше, чем в в 1546-1548 годах. Конечно, цены на орудия варьировались в зависимости от их веса и калибра, места изготовления и имени производителя. В 1671 году сын Кольбера сообщил отцу, что цены на чугунные пушки в Голландии сильно различаются в зависимости от того, где и кем они изготовлены. О стоимости транспортировки артиллерии и маркетинге известно очень мало или вообще ничего.

Другое исследование, обещающее интересные результаты, касается роли государства в производстве артиллерии и боеприпасов.

В отношении истории предпринимательства XVII век предлагает много интересного материала для исследований. Жизнь и деятельность легендарного Луи де Геера (1587-1662) неплохо описаны в трудах Дальгрена и Бридвельта. Другой примечательный «предприниматель», хотя он скорее инженер, чем бизнесмен, – де Бех (1573-1629) из Льежа. Де Бех, эмигрировавший в Швецию в 1595 году и ставший инспектором королевских заводов, дал первый толчок развитию шведской промышленности вооружений, вынудил де Геера распространить свою деятельность на Швецию (1615) и стал его преданным партнером (1619). Некоторую информацию о жизни предприимчивых валлонов можно найти в работах Дальгрена и Бридвельта.

Финансовая, коммерческая и промышленная деятельность семейства Марселис, особенно касающаяся создания литейных цехов в России, изучена Амбургером. Немногое известно о семье Трип, особенно о двух братьях – Элиасе (1570-1636) и Якобе (1575-1663). Они были известными в Амстердаме и Дордрехте купцами, причем занимались по большей части пушками, медью и железом. Элиас импортировал чугунные пушки из Англии и России, где он был партнером в голландской компании, производившей артиллерию. За трехлетний период (1656-1658) он вывез из Швеции в Голландию не менее 2031 чугунной пушки общим весом 2350 метрических тонн. В 1640 году Петер Трип в компании с Габриелем Марселисом, Лоренсом де Геером и другими продавал пушки и боеприпасы португальским посланникам. Позднее в том же десятилетии Хендрик Трип – сын Якоба и его брат взяли в аренду завод в Джулите, Швеция. Некоторую информацию, но далеко не полную, о семействе Трип можно найти в работах Дальгрена и Барбура.

Стоит упомянуть о том, что для расширения дела перечисленные выше купцы вовсю практиковали политику выгодных браков. Так, сын де Беха Шарль женился на Иде де Геер, дочери Луи. Элиас Трип был женат на Марии де Геер, а Якоб Трип – на Маргарете де Геер. Сын Элиаса Адриан женился на Ариане де Геер, а сын Якоба Хендрик – на Джин де Геер. Но только бизнес всегда остается бизнесом, и семейные узы оказались недостаточно прочными, чтобы предотвратить жестокие схватки между группировками.

Англичане Брауны – Томас и его сын Джон, Мариотты и фон Триры из Западной Германии были величайшими (в своем роде) торговцами пушек, но их деятельность недостаточно изучена. В литературе можно найти лишь краткие упоминания о них.

Особое место в списке в перечне торговцев пушками по праву занимает Мануэль Таварес Бакарро – человек, создавший производство в Макао. Его пушки продавались по всей Азии.

Отец Винченцо Мария ди Санта Катарина ди Сиена был итальянским миссионером, который в 1655 году отправился в Индию. Рассказ о его путешествии содержит много интересных наблюдений о странах Востока, их обычаях и населении. В одной из глав своей книги отец Винченцо Мария дает точную информацию о турецком военно-морском флоте и подчеркивает два момента, о которых я уже упоминал в этой книге. Во-первых, что турки эффективно использовали артиллерию только в осадных операциях, а во-вторых, что в военно-морских сражениях они в основном полагались на тактику абордажа и тарана. Далее приводится перевод этой главы, названной «О военно-морских силах и артиллерии турок». «Военно-морские силы этой империи, по моему мнению, сильно отстают от сухопутной армии. Причем дело вовсе не в нехватке людей, леса или других вещей, необходимых для создания мощного флота. Скорее речь идет об отсутствии таланта, способностей и желания у местного населения. Изобилие леса на берегах Черного моря, в Греции и в Азии дает возможность строить галиоты и любые другие военные корабли с такой легкостью, о которой можно только мечтать. Леса занимают огромные площади и близко прилегают к воде, что делает их использование еще более удобным. Возле них располагаются большие деревни, свободные от обычных обязательств и обязанные вместо этого готовить лесоматериалы или транспортировать их куда необходимо. Посему достаточно отдать приказ, и через несколько дней в назначенном месте будет столько леса, сколько необходимо для любых, даже самых грандиозных целей. На Черном море много мест, где строят галеры и другие корабли. В дополнение к этому в империи имеется три большие судоверфи – в Константинополе, Галлиполи и Суэце. В первой имеется 144 крытых ангара, в других – несколько меньше, на каждой, кроме последней, султан содержит более тысячи плотников, получающих регулярное жалованье, – их число варьируется от случая к случаю. Эти люди занимаются только постройкой разных кораблей – и ничем другим.

Необходимое им железо поступает из Самачо – населенного пункта в Греции, расположенного недалеко от города Салоники, где его добывают в шахтах. Канаты изготавливают в Константинополе. Стоимость рабочей силы минимальна (мне об этом сказали очень хорошо информированные люди). За снаряжение галеры главный мастер получит не более 14-15 секвинов. Офицеры могут требовать, чтобы работа была выполнена за любую цену, которую они пожелают заплатить. Из всего изложенного ясно, почему, когда бы ни была в очередной раз разгромлена турецкая армада, она очень скоро возрождается заново. Ведь этому не препятствуют ни расходы, ни недоступность строительного материала, ни нехватка рабочей силы. И лишь один факт представляется чрезвычайно важным: все корабли построены очень плохо, и срок их жизни невелик: уже через три-четыре года они утрачивают мореходные качества. Дело в том, что лес всегда рубят в неподходящее время, например в начале лета, когда древесина пропитана соками, поэтому дерево быстро гниет или съедается червями. Более того, лес идет в дело непосредственно после вырубки, когда древесина еще не высохла, поэтому корпуса кораблей рассыхаются так сильно, что часто дело не доходит даже до спуска на воду: корпуса остаются гнить на берегу, покрытые трещинами и совершенно бесполезные. Следует также отметить, что рабочие, которым султан платит отнюдь не щедро, экономят на железе, из-за чего корпуса оказываются настолько непрочными, что зачастую корабли тонут, даже не достигнув Константинополя.

Султан использует на своих галерах по четыре человека на весло: сначала своих собственных рабов, которых зимой содержат в лагерях, специально построенных для этого, затем заключенных и, наконец, людей, из Азии, откуда ему доставляют столько народу, сколько он потребует. Он обязал к этому многие поселения и при желании может обязать еще больше. В таких поселениях из каждых десяти жителей выбирается один, который должен отправиться на службу к султану или послать вместо себя другого человека, но за свой счет. Султан платит каждому рабу и каждому азиату 25 султанинов, которыми они должны обходиться до тех пор, пока не вернутся в порт. Больше они ничего не получают, за исключением некоторых съестных припасов. Такая плата называется Avarishe и поднимается через налоги на тех землях, откуда не берут детей. Для оборудования галеры три султанина собирают с каждого очага, при этом очагом считается четыре дома. Между прочим, азиаты очень плохо приспособлены к работе на море: почти все подвержены морской болезни, многие не могут переносить трудностей. Поэтому нередко бывает, что все гребцы армады поражены разными недугами, и, если бы не помощь рабов, которые привычны к морю, она оказалась бы совершенно бесполезной. Чтобы обеспечить флот моряками и солдатами, султан держит на службе много тысяч человек, чья работа заключается в выполнении любых приказов капитана. Эти люди не обладают ни храбростью, ни силой духа, ни опытом, да и к службе на воде не привычны, поэтому, если корабль попадает в жестокий шторм, такими «матросами» очень трудно управлять и заставить делать то, что приказывает капитан. Им бы выжить.

На каждой галере 70 или более (до 100) солдат, провизией их обеспечивают острова Лесбос, Негрпонт и другие, расположенные рядом. На эту службу привлечены 3000 владельцев феодов, а также множество янычар, идущих добровольно…

…Турки мало используют артиллерию, и, как мне представляется, она их не интересует и не имеет в их глазах ценности – разве только для осадных операций. В морских сражениях они целиком полагаются на абордаж и таран. В любой схватке они стремятся как можно скорее протаранить корабль противника, надеясь на свое численное преимущество. Немногие орудия, которые они все же установили на своих кораблях, куда чаще стреляют каменными ядрами, чем железными. Турки уверены: камень, разлетаясь на много мелких осколков при попадании, причинит больше вреда. Они хранят свою морскую артиллерию в Пера, где она и изготавливается, а сухопутную артиллерию в Константинополе. Медь на ее изготовление поступает с шахт Александрии. Оттуда также они получают необходимое количество пороха. Мне кажется, что, имея больше орудий и умея лучше с ними обращаться, христиане обладают величайшим преимуществом».