Чтение онлайн

Я прищурился.

– Учитель говорил, что боевая магия опасна, поэтому от нее в итоге решили отказаться.

– А он говорил тебе, чтo эти заклинания в большинстве своем рассчитаны на массовое поражение противника?
– прищурился Нииро.

– Да.

– о том, что они одинаково эффективны против как живой, так и неживой материи?

– Тоже.

– Так как ты сам считаешь, почему ее запретили?

Я пожал плечами.

– Слишком сильное оружие нужно или держать под полным контролем,или уничтожить. Но поскольку контролировать магов Смерти – дело довольно хлопотное, а возможная угроза с их стороны весьма серьезна, то Орден принял решение свести ее к минимуму.

Еще бы. Только представьте себе действие Праха в масштабе города или целого государства… надо думать, что Орден в какой-то момент запаниковал. Я бы на их месте точно занервничал, особенно , если бы знал, какой процент адептов Смерти сходит с ума в процессе обучения.

– Путей у них было всего два, – одобрительно кивнул старик. – Или вырезать нас поголовно, а затем регулярно уничтожать по мере появления новых адептов,или же сократить объем получаемых нами знаний. Поскольку тотальное уничтожение грозило смутой, а некоторые наши умения оказались полезными, то первый путь после был признан нецелесообразным. После этoго программа обучения подверглась жесткой пeреработке, а магов Смерти превратили в придаток службы королевского сыска. И натаскивают лишь на те навыки, которые могут пригодиться системе… разумеется, я говорю о тех адептах, кто обучался официально.

Я сделал непроницаемое лицо.

– Твой случай – исключение, – бесстрастно продолжил Нииро, мельком покосившись за окно, где солнце уже вступило в свои права, уверенно осветив медленно просыпающийся город.
– Которое стало возможным лишь потoму, что твой учитель отказался от официального звания мастера и даруемых им привилегий.

– Вы хорошо его знали? – быстро спросил я, пристально следя за реакцией собеседника.

– Мы были врагами, – равнодушно отозвался маг. – Так сказать,идейными противниками, которые не могли сойтись во мнениях относительно некоторых принципиально важных вопросов. В том числе, по поводу обучения преемника. Кстати, я был рад услышать, что в кoнце концов Этор изменил свое мнение… Но одновременно с этим я и огоpчен, потому что некоторые принципы он так и не пожелал пересмотреть . Он ведь редко утруждал себя объяснениями, верно?

Я усмехнулся.

– Только когда я чересчур надоедал с расспросами. В остальном учитель считал, что я до всего должен доходить своей головой. И предпочитал теории практику.

– Вот и я о том же, - вздохнул Нииро.
– Иначе ты не спрашивал бы меня о Тьме… Этор, кстати, чувствовал и понимал ее лучше многих. Хотя, возможно, на тебя у него просто не осталось времени.

Я невесело улыбнулся.

Пожалуй, в этом есть доля истины – день и час своей смерти учитель определенно знал. И, вполне вероятно, пожертвовал менее ваными вещами ради самого, ка он посчитал, главного. Возможно, поэтому мое обучение стало таким разрозненным. Я умел призывать до десятка духов одновременно, мог легко перемещаться за пределы мира живых, неплохо ориентировался во Тьме, был способен перехватить и удержать практически любой след, включая мертвый – на это меня натаскивали отдельно. Многое я просто знал, как и что нужно делать, однако порой мог только догадываться, почему надо поступить так или иначе.

Признаться, в последнее время отсутствие полноценной теоретической базы ощущалось особенно остро, а нехватка элементарных знаний, которые дают на первых курсах университета, вынудало идти на неоправданный риск. И в этом смысле Верль и поселившийся в нем Нииро стали для меня настоящей находкой.

Никто ведь не думает, что я решил обосноваться в этом занюханном городишке без причины? И не надеется, что славящийся своим упрямством старик вдруг согласится поделиться со мной опытом или собранными за годы практики книгами, без которых я чувствовал себя как без рук?

Маги Смерти вообще особенные. Это я могу судить по себе. Рано или поздно Тьма оставляет в наших душах свой след. В ком-то он проявляется очень рано, в ком-то, напротив, довольно поздно, но по большей части те пороки, что сидят в нас с детства, к концу жизни становятся настолько выраженными, что нередко приводят к печальным последствиям.

Мастер Нииро, к примеру, был патологически жаден, сварлив и завистлив. А также самодоволен, подозрителен и весьма недоверчив.

Я успел многое о нем выяснить за те три года, что прошли со времени моего появления в Верле. Исподволь, аккуратно и постепенно собирал нужные слухи. Старательно избегал разговоров с коллегами. Практически никогда не заходил в эту часть города и демонстративно отстранялся от сотрудников Управления, всячески подчеркивая свою езависимость . Заказы выполнял по минимуму, лишь бы было на что жить . И сделал все, что бы старому мастеру стало известно о моем появлении.

Конечно, не ради того, чтобы в один прекрасный день напроситься в ученики – для беспрекословного послушания я стал уже слишком стар, а ничего иного Нииро бы не принял. Однако у меня получилось привлечь его внимание,имя старого врага ещё сильнее подогрело его интерес, а уж когда я, отыскав достойный повод, явился к нему за советом,то без особого труда получил приглашение на повторный визит.

Я не солгал ему, сказав, что учитель оставил меня без наследства – я действительно ушел налегке и все ещё отчаянно нуждался в наставнике. Мне нужны были книги, знания, опыт… все то, что ни у одного мага Смерти не выпросишь даром и, тем более, не получишь силой. Даже к одряхлевшему старику нельзя было прийти с просьбой о помощи или выкрасть необходимое – в лучшем случае остался бы ни с чем, как Йен. В худшем – уже объяснялся бы с Фолом по поводу всей глубины своих заблуждений.

Люди нашей профессии очень трепетно хранят свои секреты. И единственная возможность получить у них желаемое – это полюбовно договориться, предложив взамен за оказанную услугу нечто такое же ценное, что могли передать мне.

Проведя шесть лет на крохотном островке посреди бескрайних болот, я хорошо усвоил эту истину. И сейчас, глядя на одряхлевшего мастера Смерти, прекрасно понимал, как сильно мне повезло отыскать его на бескрайних просторах лтории.

– Я прожил долгую жизнь, - внезапно сказал Нииро, отворачиваясь к стене. – И видел много такого, о чем не каждому можно рассказать. Но когда пришло время, и я начал задавать те же вопросы, что и ты,то понял одну важную вещь: на самом деле Тьма очень разная, мальчик. И для каждого надевает отдельную маску, в которой, как в зеркале, отражается то, что мы храним глубoко внутри. Я знал магов, которые, входя в Нее, видели увядающий лес и населяющих его немыслимых чудищ. Для кого-то Она оборачивалась знойной пустыней, кто-то, оказавшись посреди бурной реки, был вынужден всякий раз бороться с течением. кто-то упорно попадал на заброшенное кладбище и регулярно смотрел на могилу с собственным именем. Как бы странно это ни звучало, но каждый находит во Тьме что-то свое, Артур Рэйш… почему? Вряд ли кто-то может дать однoзначный ответ. Но когда ты в следующий раз пожелаешь Ее призвать, то подумай : что такого Она могла увидеть в ТЕБЕ, что ей пришлось надеть именно эту маску?