Чтение онлайн

Они смеялись, подшучивали друг над другом. Аннет неотрывно наблюдала за Максимилианом и получала от этого огромное удовольствие. Ей нравилось в нем абсолютно все: как он прищуривает глаза, когда слушает ее болтовню, как улыбается – немного криво, правым уголком губ, — как крошит хлеб длинными пальцами и бросает его уткам.

Максимилиан поглядывал на нее с открытой нежностью. Он подвинул стул ближе, чтобы было удобнее обнимать Аннет за плечи. На счастливую парочку, завидуя, поглядывали официанты и другие посетители ресторана. И все было прекрасно, пока Аннет не решила поведать Максимилиану о своих вчерашних приключениях в Луна-парке.

Рассказывала безо всякой серьезности, небрежно опускала детали и старалась представить все как смешную нелепицу. Действительно, что за бред: испугалась невесть чего и забралась на игрушечный корабль с матросами-коротышками, где рыжебородый скелет в камзоле охраняет фальшивый клад! Да еще потом за борт свалилась, вот неуклюжая! И промокла насквозь, и, растерялась, а потом все же нашла выход и сделала то, на что вообще не считала себя способной! Правда, она молодец?

— Молодец, – согласился Максимилиан таким тоном, что Аннет перестала улыбаться и осеклась.

Его словно подменили: брови сошлись на переносице, лоб прорезала вертикальная складка, а глаза метали молнии.

– Молодец, -- повторил он, бросив салфетку на стол и сцепив пальцы. – Не послушалась меня и среди ночи отправилась с ненормальной Луизой в заброшенный парк, где чуть не погибла. Как понимаю, инстинкт самосохранения у тебя отсутствует напрочь?

– Прекрати, Максимилиан! Помнится, кто-то вчера пообещал никогда не устраивать мне сцен? Да и было бы о чем сердиться! Все это недоразумение. Чья-то глупая шутка, я теперь в этом уверена! Посуди сам: если бы меня хотели убить, давно бы убили. Все это отдает детской игрой, согласись! Посиди я в бутылке подольше, думаю, появился бы и сам шутник или его сообщник и вызволил меня. Я почти жалею, что не дождалась его и не вывела на чистую воду.

– Даже если это и игра, то мы не знаем, кто и зачем ведет ее и чего желает добиться. Ты действительно могла вчера погибнуть. И позавчера, в театре, и два дня назад.

– Не думаю.

– Ты вообще редко думаешь, – заметил Максимилиан, и Аннет возмущенно замолчала.

– Сегодня я иду с проводником на место гибели Вальвазора, – продолжил он, словно не замечая ее негодующего лица. – Не знаю, что я рассчитываю увидеть, но побывать там стоит. Говорят, дорога туда уже вполне проходимая, а после обеда можно будет добраться и до Фрибура. Озеро и река вошли в берега. Сегодня наш последний день в Механисбурге.

Аннет ничего не ответила – чтобы Максимилиан хорошенько почувствовал, как сильно он ее обидел своей резкостью. Независимо дернула плечом и отвернулась. Если хочет, чтобы она отправилась с ним на прогулку в горы, пусть извинится и уговаривает.

– Мне придется оставить тебя одну, – сказал он, хмуря лоб. – Обещай, что запрешься в номере и никуда не выйдешь. С собой не возьму, не проси: туда три мили в одну сторону по гористой местности.

Сначала разочарование хлестнуло ее, как кнутом, но после его последних слов Аннет встревожилась:

– А если с тобой случится то же, что и с Вальвазором?! – воскликнула она. – Ты же подозреваешь, что его гибель – не случайность. Максимилиан, прошу, не ходи. Давай проведем этот день вместе. А еще мы хотели исследовать заброшенную лечебницу. Я уверена, что вход в потайную мастерскую именно там! Ужасно хочется найти клад. Ну, пожалуйста, Максимилиан!

– Прости, – он взял ее за руку и покачал головой. – Я обещал родственникам Вальвазора, что побываю на месте его гибели. В лечебницу мы не пойдем. Поиграли в кладоискателей и хватит. Глупости это все. Я свой клад уже нашел, – он улыбнулся и поцеловал ее пальцы. – Обещаю, в столице я о тебе позабочусь. Решу все твои проблемы. Тебе не о чем беспокоиться!

Аннет понурилась, но спорить не стала. Ей стало неприятно: позабочусь – что это значит? Уж не собирается ли он сделать ее своей содержанкой? Вот еще выдумал! Это гадко и возмутительно. Знакомые девушки из квартала «Десять муз» – натурщицы, хористки, начинающие актрисы – грезили о том, чтобы найти щедрого, состоятельного «папочку», который будет их всячески баловать и оберегать от невзгод. Аннет подруг за это слегка презирала, а своей независимостью гордилась. Она не знала, как сложатся ее отношения с Максимилианом в столице, и размышлять пока об этом не собиралась. Сейчас все хорошо, а разочароваться она всегда успеет.

– Давай сходим в музей, – попросила она.

– Зачем? – удивился Максимилиан. – Думал, ты сыта автоматонами по горло.

– Я их просто ненавижу, – горячо призналась Аннет. – Но вчера я читала о Жакемаре, и мне пришла в голову одна мысль. Хочу ее проверить. Использовать свой талант, вдруг увижу еще что-то интересное.

– Хорошо, – согласился Максимилиан, доставая бумажник, чтобы рассчитаться с официантом. – А я бы хотел побеседовать с Луизой. Любопытна ее роль в том, что случилось с тобой вчера, и почему она вела себя так странно.

– Мне кажется, я знаю, почему, – нахмурила лоб Аннет, – а еще мне кажется, что ей в жизни сильно не повезло. Будь с ней помягче, ладно?

Максимилиан неопределенно хмыкнул, подал Аннет руку, и они двинулись к театру «Мимезис».

Жизнь в городе текла своим чередом. Неспешно прогуливались нарядные господа, дворники махали метлами, убирая остатки конфетти с мостовой, продавец мороженого прикладывал к вспотевшему лбу брикет льда, а часы вызванивали привычные мелодии. Было жарко, воздух дрожал над мостовой, будто тысячи привидений бродили по городу, невидимые под ярким солнцем.

Когда они подошли к похожему на волшебный ларец зданию, в котором разместились городской театр, библиотека и музей, их ждало разочарование.

Дверь в библиотеку была заперта без всякого объявления с объяснением причин, на стук никто не отозвался. Запертым оказался и вход в музей.

– Идем, – Максимилиан потянул Аннет прочь.

– Погоди, – отмахнулась она и поманила его за собой. – Давай-ка заглянем в окно со стороны розового сада…

Они забрались вглубь колючих зарослей. Максимилиан поглядывал на Аннет с любопытством, но пока ни о чем не расспрашивал. Однако когда она встала на цыпочки у окна и потянула за деревянную ставню, встревожился:

– Не кажется ли вам, госпожа Вик, что вы заигрались в шпионку? Лезть в запертый музей без приглашения – плохая идея. Это называется «проникновение со взломом». Из тюрьмы я тебя вытаскивать не буду, не надейся.

– Ты скучный, нудный, пыльный антиквар, – пробормотала она. – Мне кажется, я здорово в тебе ошиблась. Где твой авантюрный дух? Не разочаровывай меня. О, повезло! Окно не заперто. Стой на страже, я быстро.

Он чертыхнулся и протянул руку, чтобы схватить ее и силой увести, но она поставила ногу на выбоину в кладке, уцепилась за подоконник, подтянулась, в два счета оказалась внутри и рассмеялась от удовольствия, глядя на негодующее лицо Максимилиана.