Чтение онлайн

Аннет тут же пожалела, что вспомнила об этой городской легенде. Легко не верить в призраков, когда ты сидишь солнечным днем в компании друзей! А вот в темноте заброшенной клиники, где творились страшные преступления, мысли принимают другой оборот.

И тут, словно отклик на ее суеверные опасения, в глубине коридора раздались мерные шаги. Каждый шаг сопровождался металлическим поскрипыванием.

Бум – скрип — тишина. Бум — скрип — тишина.

Аннет поняла, что настоящего ужаса она до сего момента, по сути, и не испытывала. Разом ослабев, она опустила фонарик. Под ногой предательски брякнула какая-то железяка. Шаги и скрип на миг замерли, но тут же возобновились, и стали раздаваться чаще и громче, а затем в черной глубине коридора замерцало красное пятнышко света. Оно приближалось, росло, и Аннет невольно попятилась и опять зацепила каблуком выдавший ее местоположение железный предмет.

Предмет гулко прокатился по полу и оказался помятым ночным горшком; не раздумывая, она нагнулась и схватила его за круглую ручку – какое-никакое, а оружие! Горшок был ржавым, тяжелым и вселил в нее некоторую уверенность, которая моментально испарилась и сменилась тупым оцепенением, когда Аннет увидела, кто – или что — приближается к ней по коридору.

Если бы кошмар вырвался в реальность, чтобы пугать людей наяву, он выбрал бы облик существа, которое предстало перед Аннет.

Это был очень высокий человек на неестественно длинных ногах. Одет он был в мешковатые штаны и рубаху. Сквозь прорехи на рукавах и брючинах блестел металл. Из-под обшлагов веером, как зубья грабель для листьев, торчали железные пальцы. На голове у существа красовался мешок с двумя круглыми дырами на месте глаз и прорезью на месте рта. И дыры, и прорезь были аккуратно обметаны крупными стежками.

Аннет прекрасно рассмотрела все подробности, потому что от груди Железнорукого распространялся красный мерцающий свет, как будто под рубахой на месте сердца горел сигнальный фонарик.

Инстинкт подсказывал затаиться; авось, Железнорукий не заметит ее в тенях. Остатки же разума возразили, что такая затея обречена на провал, поскольку ночное видение наверняка входит в число базовых навыков любого призрака. Инстинкт с разумом согласился и настоятельно велел дать стрекача.

Одурев от страха, не разбирая дороги, с фонариком в одной руке и тяжелым горшком – в другой, Аннет бросилась прочь.

— Буууу! — загудел монстр и ринулся следом.

Туфли Аннет лихорадочно стучали по полу, им вторил металлический скрип механических суставов. Поначалу призрак не особо спешил, как будто ленился набрать нужную скорость, чтобы схватить глупую жертву и вырвать у нее сердце. Однако мало-помалу шаги участились, до Аннет донесся звук мерного дыхания преследователя. Судя по всему, в течение минувших двух столетий призрак поддерживал себя в отличной спортивной форме.

Коридор заканчивался, прыгающий луч выхватил приоткрытую дверь, за которой показалась лестница вниз. Аннет неслась к цели, и лишь в последний миг ей удалось затормозить перед препятствием – в полу перед дверью темнел широкий пролом, в который она непременно бы сверзилась, если бы не заметила вовремя.

Аннет повернулась на пятках и ахнула. Прямо над ней склонилась голова в мешке, подсвеченная снизу алым светом. В прорезях глумливо блеснули глаза.

– Буууу!
– - что было сил завыл призрак ей в лицо. Между стен заметалось жуткое эхо.

Не раздумывая, Аннет изо всех сил приложила горшком по обтянутому серой мешковиной лбу.

Призрак взмахнул руками-граблями, сделал пару шагов назад, покружился на месте, словно решив станцевать вальс, а затем осел на пол, лязгнув сочленениями.

Аннет выронила из руки горшок и ахнула. Железнорукий лежал навзничь, циркулем раскинув длинные ноги. В груди его продолжало помаргивать пятно света. Алые отблески плясали на стенах и потолке и придавали всей картине инфернальный вид.

Железнорукий оставался недвижным недолго; кряхтя, он оперся на локти, сел и произнес непечатное слово. Голос показался знакомым, что было странно: раньше с привидениями Аннет не водилась.

Дальнейшего развития событий она ждать не стала; с ловкостью перемахнула через пролом в полу, рванула на себя дверь и кинулась вниз, прыгая через две ступени.

Достигнув конца лестницы, притормозила и прислушалась: тишина. Железнорукий ее не преследовал, но это могло быть лишь временной передышкой. Нельзя забывать и о втором враге, который вполне мог ждать ее внизу.

Аннет вылетела в захламленный коридор, как две капли воды напоминающий тот, где произошла встреча с призраком. Прикинула: это левое крыло на первом этаже, куда она не смогла попасть из вестибюля.

Прислонилась к стене, стараясь отдышаться, а когда отдышалась, неожиданно для себя прыснула в кулак.

Нет, как хотите, но призрак Железнорукого – это чересчур! Глупые грошовые ужасы, сочиненные без особой фантазии. Будем надеяться, что она хорошенько его проучила. Теперь дважды подумает, прежде чем показываться людям на глаза.

Отсмеявшись, Аннет поудобнее перехватила фонарик и смело двинулась по коридору. Теперь она была настроена решительно и испытывала нечто похожее на азарт. Поэтому когда услышала голоса, наутек не бросилась, лишь фыркнула: подумать только, в этой заброшенной лечебнице народу больше, чем на базаре в воскресный день!

Ну, что еще приготовил для нее неведомый шутник?

Прошлась на цыпочках и прислушалась. За одной из дверей беседовали двое мужчин. Первый спрашивал, второй неторопливо разъяснял. Первый хохотнул, второй хмыкнул. Разговор тек неспешно, словно два друга сидели перед камином и обсуждали результаты скачек, попыхивая трубками и потягивая шерри. Такие дружелюбные, уверенные интонации свойственны людям порядочным, хорошо воспитанным и к дурным поступкам не склонным. Неужели ей наконец повезло, и она нашла тех, кто выручит ее из беды? Как знать. Швиц вон тоже оказался любителем классической поэзии.

Погасила фонарик, тихо потянула за ручку и заглянула в узкую щель, откуда сочился слабый свет. Аннет была уверена, что теперь-то уж ничто не сможет ее удивить, однако картина предстала столь поразительная, что захотелось протереть глаза и недоуменно выругаться.

За дверью прятался просторный зал, когда-то служивший комнатой для водных процедур. Рядами стояли низкие ванны, по темным углам свалены погнутые лохани, а вдоль стен тянулись ржавые трубы.

А посреди, на расчищенном от мусора пятачке, был разбит миниатюрный походный лагерь. Весело мигал огонек газовой горелки, на горелке кипел чайник. На полу два спальных мешка, подле громоздились походные мешки, фотоаппарат на треноге и непонятное оборудование. На раскладном табурете, смешно задрав колени, сидел черноусый господин. Он был уютно закутан в клетчатый плед, а в руках держал дымящуюся кружку.

Второй господин согнулся в три погибели. В вытянутой руке он держал мел. Пыхтя от усердия и блестя лысиной, господин вычерчивал на полу непонятные знаки. Наконец, он выпрямился, удовлетворенно хмыкнул и принялся вытирать руки платком. На полу красовалась кособокая пентаграмма, схематический череп с костями, астрологические символы и прочая абракадабра.

Лысый был сутул, длиннонос и мрачен; черноусый же был краснощекий, осанистый здоровяк.

– Думаешь, сработает, Вальдемар? – скептически поинтересовался черноусый, глядя на меловые рисунки на полу. – Железнорукий ответит на зов и придет?