Чтение онлайн

Вика опустила глаза вниз и увидела, как под её ногами то и дело переворачивались плоские камушки извилистых дорожек. С одной стороны эти коричневые плиточки состояли, конечно же, из камня. А вот с другой… И не каменными они были вовсе, а очень даже живыми. На них жили персонажи множества сказок. И на какой не посмотришь, всех их объединяла дорога дальняя. На одной, мама провожает свою дочку — Красную Шапочку в гости к бабушке.

На другой плиточке-карте искуснейшей работы сани едут по заснеженной дороге. Да вот странность какая: никого в их упряжке-то и нету. Сами по себе бегут они по, свежевыпавшему, скрипучему снегу. А вокруг ни души. Лишь снега вечные да морозы лютые. Но вдруг, остановились они, замерли у красивейшего дворца, вылитого из прозрачного голубого льда. И хозяйка тех саней, Снежная Королева, в сопровождении своего верного слуги, взобралась на ступеньку и заняла своё почётное место, за спиной возницы.

На третьей же карте, по извилистой, петляющей то тут, то там лесной тропинке катился Колобок. А за ним, не отставая ни на метр, бежала хитрая Лисичка-Сестричка.

— Выходит, он и от неё ушёл. Скользкий тип, этот Колобок. А в той версии, которая до нас дошла, его лиса всё же съела, — ухмылялся Илья.

— Ты забыл? Мы в «Ассоциалии».

Ради интереса Вика прикоснулась к той плиточке, на которой Снежная Королева ехала в санях и осматривала свои владения. В ту же секунду она одёрнула руку.

— Ты чего? — спросил Илья.

— Представляешь! Она холодная. До этого я видела карты, слышала шум ветра на них, даже аромат дождя и ванили уловила. А вот тепло или холод не ощущала. Словно маленький мир в этом квадратике живет.

— Слушай, а у меня вот какая мысль сейчас промелькнула. А что, если мы здесь и Виталика карту найти можем? Тематика тут везде одна — дорога и путешествия. А он, на сколько я знаю, очень любит путешествовать.

— Давай! Надо всё просмотреть! Ты тогда по этой тропинке иди до конца, а я на соседнюю перейду, — предложила Вика.

Илья с радостью согласился.

Но картинки на другой тропе отличались от предыдущих. Здесь уже не было ни малейшего упоминания о сказках. Какие только сюжеты не попадались Вике на том пути. И собачьи бега там были, и подвесная дорога, сплетённая почему-то из спагетти. Вытоптанная тропинка через поле подсолнухов, глядя на которую казалось, что сам шагаешь по ней. И не видно конца и края тому полю. А вот возле одной карты Вика несколько минут стояла, словно заворожённая неземной красотой. И на самом деле, картинка была о неземном. На тёмно-синем небосводе, за сотни тысяч километров от Земли виднелся Млечный путь. Его бесчисленное количество звёзд и планет, кружились в одном, по истине вселенского масштаба, хороводе. Где-то загорались новые светила, а где-то угасали старые. Но перед смертью они взрывались, выбрасывая немыслимое количество энергии и давая начало сверхновой яркой звезде.

Наблюдая за рождением новых светил, Вика проговорила:

— Смерть не бывает бессмысленной. Как никогда я теперь понимаю, на сколько она логична.

Илья подошёл к ней поближе. Посмотрев на карту, он никак не мог понять, что хотела тем самым сказать Вика.

— Ты о чём?

— Да, — махнула она рукой, — Не важно. Просто мысли в слух. Ты ничего не нашёл подходящего?

— Нет. И малейшего намёка на то, что Ленка или Виталик могут быть в этом секторе.

— Это-то меня и пугает.

— Почему?

— Во всех предыдущих сегментах я стояла перед выбором. А здесь его почему-то нет.

— Ну не может же Ленка быть Красной Шапочкой или звездой Млечного пути! И, уж тем более, подсолнухом! А Виталик? Он слабо похож на гончую из забега или Снежную Королеву.

— Да, не похож, — задумалась над его словами Вика. — Ни на сани, ни на звезду, ни на подсолнух. А почему не похожа на подсолнух?

Илье показалось, что Вика спрашивает саму себя. И вдруг её пронзила догадка. Так может пронзить только сталь обнажённого кинжала или меч рыцаря, защищавшего честь, дорогой его сердцу, дамы.

— Подсолнухи! — воскликнула Вика и побежала к плетённой, всё из того же белого ротанга, калитке сада. — Нам нужно попасть в музей!

Не теряя времени на объяснения, Вика распахнула калитку и оказалась в зале знаменитого художественного музея.

Как и в красной комнате, здесь повсюду, вместо картин, висели карты. Заключённые в золотистые рамы, они жили своей жизнью. Люди, животные, растения, даже небесные светила на них двигались и исполняли какие-то, известные только им, роли.

— Что мы ищем? — спросил Илья.

— Подсолнухи! Мы ищем подсолнухи. — Вика жадно впивалась своим взглядом в каждую картину.

Но пока подсолнухов не было видно. В первом зале, куда они попали, висели картины Поля Гогена. Обнаженные полностью или слегка прикрытые незамысловатой одеждой, женщины, большинство из которых почему-то были похожи на перуанок из Южной Америки, жили своей жизнью на тех картинах.

— Что это за стиль? И кто автор этих картин?

— Не знаю, — пожала плечами Вика. — Наверное, кто-то из знаменитых.

— Про которого мы не знаем, — усмехнулся Илья. — Они все какие-то однотипные.

— Что ты имеешь ввиду?

— Ну вот смотри. Первая карта. На ней голая женщина сидит и что-то шьёт.

— Ну да, так и есть, — согласилась с ним Вика.

— На следующей карте голая женщина просто лежит, судя по всему, в каком-то борделе, и поглядывает в сторону других барышень. На третьей карте полуобнаженная женщина индейской внешности держит у груди какой-то плод. А рядом, на соседней карте, тоже смуглые южно-американки, как мне кажется, собирают плоды в саду. И заметь, они тоже почти нагие.

— А ты посмотри на эту карту! — Вика указала в сторону.

На стене висела картина кисти того же художника, что и предыдущие. Только голых девиц на ней уже не было. А совсем наоборот. На деревянном кресте был распят Иисус Христос. Только вот, почему-то, цвет его кожи казался жёлтым. Или, так оно и было. Глаза свои Спаситель уже закрыл. Оплакивая Христа, под крестом, в горестном унынии сидели три женщины. На головах их были белые накидки. А руки свои они сложили перед собой, в молитве о душе мученика, принявшего смерть на кресте.

— Может быть, эта карта — ассоциация с Виталиком?

Илья подошёл поближе и тоже принялся рассматривать картину. Немного подумав, он сказал:

— Нет, конечно, очень благородно с его стороны было принять участь Ленки. Ты ведь поэтому предположила, что эта карта может…

— Да, — быстро ответила Вика, — Эта карта сильно выделяется из всех остальных, которые, ты правильно заметил, имеют много общего между собой, помимо стиля. А ещё три женщины… Я, Ленка и Анюта.

— Знаешь, Виталик правильно поступил. В этом нет никаких сомнений. Но он, при всём при этом, не святой. Поэтому, если хочешь знать моё мнение, то эта карта не его. А то, что этот сюжет сильно выделяется среди остальных… Ты думаешь, игра подкинула бы тебе такую подсказку?