Чтение онлайн

Лишнее внимание, которое ему доставалось от Хоук и спутников, удивляло его. Попав в Вольную марку, он не раз поражался царившим здесь нравам. Большинство людей действительно были свободными. Но так ли это выглядело на самом деле?

Ему казалось, что здесь, в Киркволле и где бы то ни было, он всегда будет чужим. Его ненависть к магам была столь велика, что Хоук должна была отказаться от его компании, еще когда они помогли ему отвоевать поместье. Он ведь прямо сказал ей о своем отношении к магии. Сказал это с вызовом и спросил, чего она хочет добиться?

А со временем, еще больше запутывался в ее намерениях.

Зачем она сбагрила ему собаку? Могла бы попросить Авелин…

Вернувшись, Фенрис обнаружил в холле мешок с кормом для пса, который, судя по всему, успел принести Гамлен.

Пес радостно запрыгал вокруг, учуяв запах еды. Фенрис огляделся в поисках того, что подошло бы в качестве миски. Недолго думая, он взял с мраморного пьедестала большое фарфоровое блюдо и наполнил его. Пес довольно захрустел. Может эта тарелка стоит огромных денег? Подумав об этом, эльф усмехнулся. Ему было плевать на эту показную роскошь. В Киркволле всюду находились вещи или элементы декора, напоминавшие города в Тевинтере. Неудивительно, город ведь когда-то принадлежал магистрам. Тысячи рабов находились в шахтах, добывая камень. Маги строили здесь свои замки, украшали их невероятными статуями, покупали дорогую посуду, ковры и гобелены. Найдя еще блюдо, один в один, как и предыдущее, эльф наполнил его водой и поднялся наверх.

Устало скинув доспехи и меч, он уселся в кресло напротив камина. Угли почти истлели. Он откинул голову на спинку и почувствовал, мокрый нос пса, упирающийся в его ладонь. Непроизвольно, он потрепал Дэни за ухом.

— Тебе нравится твоя хозяйка, Дэни? — спросил он вдруг.

Пес наклонил голову, и заскулил.

— Скучаешь по ней? — Фенрис посмотрел на пса, — Пожалуй, если бы ты мог говорить, то рассказал мне много интересного, правда?

Собака тихонько тявкнула.

— Я тоже не особенно хорош в ведении диалогов… — устало пробормотал эльф.

Пес устроился возле кресла.

Фенрис посидел так немного и решил перекусить. Ему понравились местные овощи, в Тевинтере таких не было, а он был рад есть что угодно, что не напоминало о времени в рабстве. Кроме вина. Он прихватил с собой миску с кое-какой снедью, добавил туда несколько ломтиков вяленого мяса и ухватил бутылку Агриджио.

В спальне он подкинул в камин несколько поленьев и, дождавшись, когда пламя весело заиграло за решеткой, принялся за еду.

Представлял ли он себе, что когда-нибудь он сможет сидеть за столом, ужиная?

У Данариуса всегда было для него место. На полу. Фенрис непроизвольно потянулся к шее, вспоминая, как магистр защелкивал на ней металлический ошейник. Так было, когда эльф пытался сопротивляться его приказам.

Собака принюхалась и подошла к столу. Недолго думая, положила голову на столешницу и печально посмотрела на Фенриса.

— Что, опять голодный?

Собака вздохнула, провожая кусок мяса взглядом.

— Не проведешь, я знаю, что ты только что ел, — улыбнулся Фенрис, наливая себе вина.

Ему нравилось общаться с псом. Кто-кто, а Дэни точно не осудил бы его. Не сказал ничего сгоряча и выслушал бы что угодно.

Фенрис допивал вино уже сидя в кресле, напротив камина. Он думал о том, почему до сих пор не покинул Киркволл, ведь прошло уже больше полугода? У него никогда не было повода задерживаться где-либо дольше, чем того требовало время. За одними наемниками приходили другие, Фенрис шел вперед, не задумываясь, что будет.

Но постоянное бегство ни к чему не приведет, он знал, ведь этим он занимался уже три года. Если он хочет стать свободным, пора это прекратить. Здесь у него появились кое-какие связи и работа. Может, стоит остаться? И пусть Данариус посылает за ним кого угодно, в конце концов, ему надоест, и он придет за ним сам! А у Фенриса хватит сил, чтобы дать отпор.

Мабари лежал у него в ногах, возле кресла и довольно сопел.

Языки пламени, пляшущие в камине, напомнили ему танец, который он увидел на одном из пышных приемов в поместье магистра. Данариус любил удивлять гостей изысканной роскошью. Особенно он жаловал экзотических танцовщиц. Их выписали откуда-то из Антивы, Фенрис точно не помнил. Изюминкой выступления был их массовый, зрелищный танец, вокруг кинжалов и сабель, которые во множестве располагались на полу зала, лезвиями направленные вверх, сверкая в свете факелов. Когда Данариус выпивал слишком много, он добавлял магическое пламя, которое стелилось по полу, обжигая ступни девушек, но не позволяющее им прекращать танцевать.

Гости с нескрываемым восхищением наблюдали происходящее. Фенрис же, видел израненные ступни молодых девочек. Некоторым из танцовщиц было не больше шестнадцати на вид. Движения, отточенные под страхом смерти, им завязывали глаза черными лентами перед началом выступления. Девушки исполняли эту чудовищную пляску смерти, восхищая присутствующих, пробуждая в них страсть и дремавшую доселе похоть. Фенрис видел, как загорались глаза магистров, которые рассматривали юные тела, облаченные в тончайшие шелка. Они стелились по полу, минуя острые лезвия, придавая происходящему таинственность, словно творился какой-то ритуал. Большая часть танцовщиц, ночью, оказывалась в спальнях гостей.

Фенрис слышал, как некоторые из девушек плакали. Иногда, особенно провинившись перед хозяином, он оставался ночевать в бараках, с остальными рабами.

Наблюдать за сдавленными, тихими рыданиями маленьких девочек, возвращающихся после любовных утех, было почти невыносимо. Что с ними делали, Фенрис мог только догадываться.

Данариус не трогал его, ведь эльф нужен был ему невредимым и полным сил, чтобы защищать своего хозяина.

Эльф тряхнул головой, отгоняя эти отвратительные, преследующие его воспоминания. Посмотрел на собаку, улыбнулся непроизвольно, переведя взгляд на собственный портрет, выполненный рукой Хоук на стене.

Да уж… Насыщенный денёк у них выдался. Неплохо было бы подыскать какую-нибудь работу на время, взять пса с собой… Интересно, чего будут стоить слова Хоук, если наемники Данариуса все-таки заявятся за ним в Киркволл еще раз. Станет ли она помогать ему?

Как там она? Крошит черепа порождений тьмы? Нашла сокровище, которое стоит кучу денег?

Через две недели он услышал разговоры на рынке верхнего города. Гномы шептались о проваленной экспедиции, о погибших, и о вернувшемся, по имени Бартранд, который заработал невероятное количество денег, продавая какие-то древние артефакты.

Фенрис почувствовал, как у него похолодело в груди. Хоук? Она цела?

Мабари привычно стоял рядом с ногой эльфа, он чувствовал тепло, исходящее от его толстой шкуры. Потянувшись рукой, он почесал пса за ухом.

— Будешь брать или проваливай! — рявкнул на него старик, торгующий зельями.

— А остальные выжившие? Кто пришел с гномом?

— Девушка и какой-то парень, блондин, а с ними еще гном. Были вчера тут. Продали кучу товара.

У Фенриса отлегло от сердца, когда он понял, что с Хоук все в порядке.