Чтение онлайн

Карвер вызвался подежурить. Эльф еще раз взглянул на его силуэт, едва различимый в тусклом сиянии единственного факела, и сам забылся зыбким сном.

Когда он открыл глаза, младшего рядом не было. Факел, который они приспособили, воткнув в щель между огромными валунами, почти затух. По осунувшемуся лицу гнома было заметно, что этот переход вымотал и его. Бесконечные бои с порождениями тьмы – эти твари оказались много сильнее тех, что по словам Варрика, им доводилось видеть на Глубинных тропах. Карвер тоже заметил, что гарлоки будто бы взбесились. Возможно, тот самый Корифей придавал им такую необыкновенную выносливость?

Фенрис приподнял Хоук, подправил плащ под ее голову, а затем аккуратно встал.

Карвера нигде не было видно, и это настораживало. Эльф пожалел, что не мог чувствовать порождений так же, как младший. Он пользовался лишь слухом и зрением – и эти два чувства сейчас подводили: кругом было очень тихо и слишком темно. Осторожно ступая, Фенрис пошел прямо на факел. Тряпки, которыми было обмотано толстое древко выгорели дотла. Эльф выругался и отправился дальше. Он прислушивался, в надежде, что Карвер подаст сигнал, но в подземелье глухо раздавались лишь его собственные шаги.

Он набрел на брата Хоук неожиданно. Тот стоял на отвесном берегу возле подземной речки, расправив обе руки в стороны. Позади валялся снятый нагрудник доспеха и ножны с мечом. На Карвере была только рубашка и штаны, подвязанные поясом.

Эльф среагировал молниеносно. Пришлось сделать рывок, чтобы успеть одернуть младшего назад, предотвращая неизбежное. Парень махнул руками по воздуху, словно уже оказался в воде.

Фенрис ругнулся, хлопая Карвера по щекам. Тот не приходил в сознание.

Эльф опустился на колени. Голова младшего запрокинулась, изо рта тонкой струйкой потекла слюна. Он вдруг всхрапнул и тихо зашептал что-то. Фенрис наклонился и разобрал отрывистые фразы.

— Вода такая теплая, сходи искупайся, сынок. Там Бетани и Мариан! Вернешься, накормлю тебя твоим любимым супом, — Фенрису показалось, что лицо Карвера тронула тень улыбки, затем он нахмурился, — нельзя, не слушай их, не ходи в воду. Там что-то есть...

— Карвер! — позвал эльф, и глаза младшего распахнулись.

— Фенрис? — он сел и в ужасе огляделся, — как я... здесь оказался?

— Я нашел тебя на этом обрыве. Ты чуть было не сиганул туда.

— Создатель милосердный, — лицо брата посерело. Он умоляюще посмотрел на эльфа, — сестре не говори.

— Это был Зов? — спросил Фенрис, помогая младшему с доспехом.

— Не уверен. Определенно что-то похожее, но я не слышал этого раньше...

— Корифей? — предположил эльф.

— Надеюсь, что нет. Только не говори ей, — Карвер кивнул в сторону их стоянки.

— Ты так уверен, что это не повторится снова? — эльф нахмурился.

— Я ручаюсь за себя. Не беспокойся. И... не беспокой ее.

Фенрис напряженно выдохнул. Спорить с ним – было все равно, что спорить с Мариан. Бесполезно и местами совершенно бессмысленно. Схожесть брата с сестрой всецело заключалась в упрямстве и в нежелании признавать собственные слабости. Однако они оба беспокоились друг за друга.

Эльф чуть кивнул головой, и на лице Карвера отразилась слабая улыбка.

— Спасибо. Я этого не забуду, — бросил он и зашагал к месту их временной стоянки.

Фенрис пошел следом, надеясь, что Карвер оправдает свои слова, и эльфу не придется следить в бою за ними обоими.

— Интересно, кто такой этот Корифей? — усмехаясь, спросила Мариан, когда сняла еще одну печать. — С таким именем он просто обязан в какой-то момент выдать зловещее “муа-ха-ха”. Точно знаю. — Она глянула на Фенриса, но тот лишь покачал головой. — Нет, я серьезно! — продолжила она. — Снова кровь? Почему именно кровь, а не плевок, скажем? Или не клочок волос?

— Ты уверена, что хотела бы встретиться с плюющимся магом? — переспросил Варрик.

— Для разнообразия – вполне! — Хоук засмеялась, и Фенрис вздохнул с облегчением. Кажется, краткий сон пошел ей на пользу.

Не улыбался только Карвер. Он шел позади, и эльф то и дело поглядывал в его сторону. Младший знал, что Фенрис следит. Встречаясь с ним взглядом, брат лишь отрывисто кивал головой, как бы подтверждая, что с ним все в порядке. Пока что.

— Когда-нибудь я отправлюсь в приятное местечко, где не будет древних зол, ужаса, кошмарных эпидемий и безумия. Например, на пляж, — весело продолжала рассуждать Хоук.

— Именно в тот день, когда ты пойдёшь на пляж, на горизонте возникнет армада свирепых демонов-пиратов, — добавил Тетрас, и они рассмеялись уже вместе.

Фенрис улыбнулся краешком губ.

Их не сломили толпы порождений тьмы и ловушки. Казалось, эта парочка шутила всегда. В какой-то момент эльф понял, что это даже начинало успокаивать его.

— Слушай, почему, когда ты рассказываешь про наше бегство из Лотеринга, я там выгляжу круглой дурой? — спросила вдруг Мариан.

— Хоук, ты же не влезаешь ни в какие рамки! — Варрик уклонился от ее дружеского тычка. — Надо было добавить тебе пару недостатков, просто чтобы на человека была похожа, — хохотнув, добавил он.

— Не влезаю? Хочешь сказать, я жирная? — Мариан сделала вид, что закатывает рукава.

— Точно. Именно так я и рассказываю. “Хоук обрушилась на врага, как огромная запеканка в мясной подливке”. Так оно эффектнее звучит!

— А почему в мясной-то? По-моему, лучше в шоколадной, — заметила Мариан и гном развел руками.

— Всем не угодишь, — смеясь, заметил он.

— Кстати, я слышала, обо мне ходят истории... личного характера, — загадочно улыбаясь, начала Хоук.

— Ты же Защитница Киркволла. Люди интересуются всем, что с тобой связано. И всеми, кто с тобой связан, — он покосился на Фенриса, — я никому не говорил про твою связь с тревожным тевинтерским эльфом. Ищи болтливый язык ближе к дому.

— С тревожным тевинтерским эльфом? — повторил Фенрис. Раздался дружный взрыв хохота.

— Ну да, а что? Я всегда стремлюсь к точности.

— Почему тревожным?

— Ну хорошо, скажем, что ты был напряженный.

— Я спокойный.

— Нет, напряженный. Натянутый, как струна, — не унимался Варрик.

— Я абсолютно спокоен, — заметил эльф.

— Зануда, — хохотнула Мариан, и Фенрис улыбнулся.

После того, как Хоук сняла последнюю печать, их настигли стражи. Ларий предупредил, что они слушаются Корифея, но выяснилось, что возглавляла отряд лишь сумасшедшая по имени Джанека. Женщина желала оставить разумное и могущественное порождение тьмы в живых, и рассказала также, что Малькольм Хоук налагал печати при помощи магии крови. Эта новость ошарашила Мариан – она не поверила.