Чтение онлайн

— Проверку боем не держат, — подыграл он. — Без огуречного подкрепления текут при малейшем давлении противника.

Хоук откусила от краюхи хлеба.

— Будешь? — спросила она.

— А это не какая-нибудь поддержка магов? — с наигранно-опасливым выражением переспросил Фенрис.

— Нет, это вкусная булка, — улыбнулась Хоук, и эльф откусил ломоть прямо из ее рук.

Какое-то время они молча ели каждый свою порцию. Мариан смешно болтала ногами, периодически подкидывая к Фенрису в тарелку что-нибудь, что ей не нравилось. Это уже превратилось в своеобразный ритуал. Хоук не была привередлива в еде: порой, ее просто веселило таскать понравившиеся кусочки из его тарелки, заменяя их на свои собственные, и ничего при этом не спрашивая.

— И часто ты играешь в войну со своим завтраком? — осторожно спросил Фенрис, предвкушая реакцию Мариан.

— А кого бы ты поставил в качестве авангарда? — вопросом на вопрос ответила Хоук.

— Даже не знаю… а яичница тебе зачем?

— Это же для замедления! Видишь, генерал Петрушка увяз! — она подвинула зелень вилкой, и та почти целиком погрузилась в желток.

Фенрис хмыкнул и отодвинул от себя опустевшую тарелку.

— А я бы выбрала красный перец! — с умным видом заявила Мариан.

— Почему это?

— Почему- почему, — передразнила Хоук, — это же наглые отборные сволочи! Непробиваемые, непроедаемые и очень действенные. Отдельные маневренные подразделения способны вызывать отчетливое недержание у противника, а также жжение и зуд, везде, где только можно и в глубоком тылу тоже, — она хрюкнула, пытаясь отпить чай.

— Спецвойска? — предположил Фенрис, и Мариан покатилась со смеху.

Эльф протянул руку и коснулся ее волос. Осторожным движением он заложил отросшую взлохмаченную челку за ухо. Хоук вдруг посерьезнела.

— Хорошо тут? — спросила она, двигаясь к нему поближе.

— Пожалуй, — улыбнулся Фенрис, целуя ее в нос. Мариан поморщилась.

— Только представь, что где-то может быть хуже…

— С чего вдруг такие мысли? — удивленно спросил эльф, оглядывая чисто прибранную кухню. Единственный хаос во всем помещении присутствовал на столе, за которым они разделили трапезу.

— Просто… — она на секунду задумалась. — Представь, что тебе нравится что-то! Больше всего на свете нравится! Оставляет неизгладимый след в душе, запечатлевается в памяти, — она вдруг замялась. — Интересно, это правильное слово?

— Хоук, ты что, не выспалась? — Фенрис забеспокоился.

Происходящее выглядело как обычно, и в то же самое время не так.

Но что же именно не так? Он снова принялся смотреть по сторонам, пытаясь увидеть неправильное в окружающих его предметах. Те же тарелки и чашки в серванте с посудой… Маленькие кастрюли, большие сковородки и котелки. Все расставлено по местам в точности, как и вчера.

— Фенрис, — Хоук коснулась его руки кончиками пальцев. По коже пробежал холодок, и эльф перевел взгляд на Мариан.

— Что случилось?

— Ты чувствуешь это, ведь так? — она нахмурилась. — Попробуй вспомнить, что было перед тем, как ты оказался здесь?

Эльф напрягся. В затылке противно заныло, в горле запершило, а съеденный завтрак вдруг настойчиво запросился обратно. Стало подташнивать.

О чем она говорит? Перед тем, как войти на кухню, он проснулся в их постели, среди развороченных одеял и подушек… В воздухе пахло выгоревшими свечами, которые Хоук так нравилось зажигать по вечерам.

— Фенрис, мне нужна твоя помощь, — шепотом произнесла она и с легкой опаской огляделась по сторонам.

— Какая еще помощь? — с недоверием пробормотал эльф и осторожно взял ее за руку.

— Мне больно и… очень темно.

— Что происходит, Хоук, это какая-то шутка?

— Пожалуйста, вспомни… — умоляющим тоном попросила Мариан. По её щеке вдруг скатилась слеза.

— Что я должен вспомнить? Я не понимаю о чем ты. Почему ты плачешь?

— Только если ты сделаешь это сам, сможешь прийти в себя! Я не могу сказать! — Хоук говорила виновато, будто хотела вот-вот просить прощения непонятно за что.

Фенрис почувствовал, как ее ладонь, которую он все это время заботливо поглаживал, становилась все холоднее. Мариан не шутила, это бы он сразу распознал. Но почему такая резкая смена настроения? Почему ей вдруг нужна его помощь?

Эльф снова посмотрел по сторонам и увидел, как у предметов размываются очертания. Комната подернулась пеленой, словно тошнота, одолевшая его секунды назад, довела до головокружения, и у него вдруг резко ухудшилось зрение.

Фенрис как следует потер глаза, а когда открыл их, увидел, что Хоук исчезла.

Боль в затылке тут же переросла в пульсирующую. Эльф поморщился и встал со стула. Из кухни начали исчезать предметы: один за другим, сначала посуда и какие-то мелочи, затем тумбы, большой кухонный стол и стулья с высокими спинками. Все пропадало, поглощаемое какой-то необъяснимой пустотой. Происходящее вдруг стало отчетливо напоминать сон.

Ему вдруг показалось, что он перестал чувствовать запахи, а спустя несколько минут видел только плитку пола у себя под ногами.

Все остальное исчезло.

Эльф не нервничал, напротив, почему-то был собран больше обычного, сосредоточенно и спокойно разглядывая туман кругом.

— Вот так! Другое дело, — тихо произнес хриплый голос где-то над ухом. — Просыпайся, давай же.

Фенрис попытался сделать шаг в пустом пространстве, но через какое-то время понял, что топчется на месте. Кто с ним говорил? Где Мариан?

— Ты должен очнуться, Лито, слышишь меня?

Кто зовет его? Голос слишком знакомый, но он называет его старым именем. Фенрис не хотел, чтобы его использовали. Так звали прошлое. Эльф не желал, чтобы оно вмешивалось в его новую жизнь.

— Ты уже слышишь меня, это полпути. Давай, открой глаза. — Голос звучал настойчиво, но в то же время с мольбой.

— Кто ты такой? — Фенрис спросил в пустоту, зная, что она ему вряд ли ответит. Он надеялся, что это и вправду странный, чудной сон. И что он вскоре проснется, ощутит под боком теплую, сопящую Мариан, обнимет ее, прижмет к себе покрепче и будет досыпать дальше. На этот раз без жутких кошмаров с исчезновением мебели.

— Здесь и вправду ничего нет, Лито. Пустота, заполняемая лишь тем, что ты когда-то переживал наяву. Мир воспоминаний, — услужливо пояснил голос. — Ты помнишь, как вы завтракали, вот мир и показал тебе этот эпизод. Разыграл его, как спектакль, сверяясь с твоими воспоминаниями.