Astia vala femundis
Шрифт:
— Моя жизнь не спектакль, — обиженно ответил эльф, все еще пытаясь шагать. Пол под ногами исчез, ему казалось, что он ступает на твердую поверхность, но на самом деле, шел в пустоте.
— Твоя жизнь принадлежит тебе, ты прав. Но попробуй подумать о чем-нибудь, как это живо воплотится здесь.
— Где я? — раздраженно переспросил Фенрис. Топтать пустоту ногами порядком поднадоело.
— Вот и нужный вопрос. Думай, Лито. Как ты сюда попал? — голос не унимался в попытках достать его.
— Почему ты зовешь меня так?
— А разве тебя зовут как-то иначе?
— Мое имя Фенрис.
— Прости, я не знал, что ты сменил себе имя, — виновато ответил голос.
— Я сюда попал… из спальни? — эльф начал предложение с уверенностью, но закончил вопросом. В голове вдруг промелькнула странная вспышка, некий фрагмент из памяти. Будто бы он бежит за чернотой и потом долго куда-то падает. Ему кажется, что он умирает, но потом велит себе держаться до конца, ведь ему надо спасти.
СПАСТИ ХОУК.
Фенрис открыл глаза и с шумом втянул в легкие воздух. Тот показался ему каким-то странным, словно он не дышал долгое время и отчего-то разучился делать это правильно. Эльф сел на земле, отчаянно пытаясь прийти в себя, но выходило плохо. Перед глазами все плыло, сердце выпрыгивало из груди и стучало где-то в горле.
— Вот так, другое дело, поздравляю, ты здесь без чьих-либо усилий, в здравом уме и … пока еще не очень твердой памяти.
Эльф повернул голову в сторону звука. Слева от него слабо мерцало голубоватое сияние, то самое, за которым он шел... Вот только — куда?
Что случилось с Хоук? Он ловил себя на мысли, что сердце болезненно сжималось всякий раз, как он произносил ее имя. Мариан. Что-то не в порядке. Мариан. Ей больно и страшно! Имя билось в висках.
Фенрис огляделся по сторонам. Он был в каком-то странном лесу. Деревья кругом серые, без листвы, с крючковатыми ветвями, словно высеченные из камня. Они окружали его в хаотичном порядке и росли прямо из твердой, холодной земли. Ни травы, ни кустов: ничего кроме угловатых растений вокруг не было. По растрескавшейся, холодной, поверхности стелились облака желтоватого, будто подкрашенного чем-то тумана. Это место казалось противоестественным, равно как и воздух, которым эльф пытался дышать. Он поступал в легкие, но был каким-то неправильным. Ветер здесь не дул, ветви деревьев были устремлены к небу и застыли в неизменном положении.
Фенрис задрал голову и не увидел ни единого намека на облака. Какая-то серая, безжизненная масса плыла там, где должна быть небесная синева.
Все чужое.
Как эльф ни старался, он даже не мог различить запахов. Это напугало едва ли не сильнее, чем само пробуждение в непонятном месте. Он не хотел лишаться одного из чувств.
— Добро пожаловать, Фенрис. Хотя, мне все же было бы куда привычнее звать тебя Лито, если ты не против.
Эльф снова посмотрел в сторону голубоватого мерцания. Оно начало трансформироваться и приобретать форму человеческого создания. Менялись размеры, скелет оплетали мышцы, на них вырастала кожа. Она покрывалась одеждой, сотканной из стелящегося по земле тумана. Фенрис заворожено наблюдал, как фигура в капюшоне села на колени и обхватила себя руками. Голубоватое мерцание стихло, от темной ткани вверх поднимались витиеватые струйки серого тумана. Создание медленно подняло голову и откинуло от лица капюшон.
Приветливо сверкнули голубые глаза, губы тронула едва заметная, печальная полуулыбка. Кожа на щеках натянулась, проступили резко очерченные скулы и красноватые сосудистые сеточки на лбу.
— Ну, вот мы и встретились, да? — Силиус улыбнулся и поднялся с земли.
Фенрис ошарашено наблюдал за тем, как парень деловито отряхивает мантию, а затем внимательно разглядывает свои ладони. Все будто навалилось разом: эльф до сих пор не мог уложить в голове, как здесь оказался. Хотя, с появлением Силиуса, все же дал себе отчет, что точно не может быть в мире живых.
Силиус выглядел в точности таким, каким Фенрис запомнил его в ту страшную ночь. Очень бледный, с жидкими темными волосами, которые он всегда зачесывал назад. Его лицо с глубоко запавшими глазами выглядело серым и потухшим. Вокруг глаз контрастно выделялись сероватые, болезненные круги, тонкие, вечно поджатые губы и по-орлиному острый нос. Разве что крови, стекающей по щеке, как в ту ночь, больше не было. И улыбался он весьма живо. Слишком, учитывая, что должен быть мертв.
— Я в Тени, да? — спросил эльф и сразу же понял, что задал очень глупый вопрос. Он мог бы догадаться и раньше, но появление Силиуса изменило в его сознании какую-то часть. Она будто отбросила его в прошлое, на много лет назад, в те дни, когда они часами разговаривали о всякой ерунде, гуляя в полях Сегерона.
— Ты не просто в Тени, — Силиус подошел ближе, и Фенрис обратил внимание, что из-под мантии парня выглядывали грязные босые ступни. Как будто тот ни разу в жизни не носил обуви.
Силиус, однако, не придал значения пристальному взгляду эльфа и невозмутимо продолжил.
— Ты здесь физически. Чувствуешь? — он коснулся его плеча. Лириум вспыхнул и с легким покалыванием спустился по линиям татуировок от шеи до кончиков пальцев.
— Больно? — с тревогой спросил Силиус, разглядывая узоры на теле эльфа. Тот помотал головой. — Это сделал Данариус?
— Я уже знаю, что ты был его сыном, — Фенрис попытался встать. Пульсирующая боль в голове, кажется, была как-то связана с падением. Он провел рукой по затылку и нащупал там здоровенную шишку.
Силиус отступил на шаг, по-птичьи склонив голову вбок.
— Почему ты не сказал мне об этом сразу? Почему оставил мучиться с догадками? Я потерял целый кусок памяти! — с подступающей к горлу злостью, Фенрис вдруг осознал, что он действительно не спит, а все происходящее не плод его воображения. — Ты умер, я попал к нему в телохранители, убивал невинных людей, чтобы потом получить вот это! — Фенрис вытянул вперед руки, демонстрируя парню лириумные шрамы. — Моя мать умерла, я чуть не убил собственную сестру, потому что думал, что она меня предала! — он выпалил эту тираду на одном дыхании, сжимая и разжимая кулаки, словно готовился к чему-то.
Вот только к чему? Если он в Тени, то бежать здесь все равно некуда.
Силиус лишь покачал головой. Он выглядел усталым и напряженно вслушивался во что-то, кроме слов Фенриса.
— Я уже видел, что произошло. Порылся в твоей памяти. Прости! — он предупредительно поднял руки вверх, словно заранее сдавался. — Если ты хочешь прибить меня на месте, поверь на слово, это будет не лучшим решением в твоей ситуации!
— Я не собираюсь тебя убивать, каффар! — Фенрис разозлено фыркнул. Мир в его голове постепенно обретал прежние границы. Он вспомнил, как попал в поместье. Вспомнил, какой долгий путь проделал, чтобы оказаться здесь…
— Где Мариан!? — с угрозой в голосе спросил эльф, сделав шаг по направлению к Силиусу.
Тот теперь казался таким маленьким и хрупким. Спустя столько лет Фенрис, само собой, стал выглядеть иначе, чем когда они познакомились. Его плечи раздались вширь, тело обросло мышцами, годы суровых тренировок и контроля над духом дали ему крепкую атлетически сложенную и подтянутую фигуру. Но парень, стоящий в этот момент напротив, остался точно таким же, как и был когда-то! Словно его смерть в башне на Сегероне произошла только вчера.