Чтение онлайн

Эльф спохватился в тот самый момент, когда клейма на его руке слабо засветились. Во взгляде Мариан отразилось неподдельное изумление. Лириум, заструился по его венам, словно с ним ничего не происходило. Размытые линии выстроились заново, с кончиков пальцев сорвался небольшой голубоватый сгусток. Он перетек на кулак Хоук, на мгновение обволок его целиком и затем исчез.

— Холодно, — пробормотала Мариан и удивленно тряхнула рукой.

— Не болит? — спросил Фенрис, с удивлением переводя взгляд со своей ладони на Хоук.

Она не успела ответить.

— Значит, вот до чего дошло, — слова дались Орсино с трудом.

Старший Чародей огляделся по сторонам. Он хотел лучшего для Круга, но такую цену не был готов заплатить никто. Эльф поднял посох с земли и протянул его Мариан.

— Не знаю, победим ли мы в этой войне. — Со вздохом продолжил Орсино. — Но… спасибо вам, Защитница. — Он покосился на Андерса. Фенрис заметил, что маг так никуда и не ушел. — Вашего… друга я оставлю вам. Мне нужно вернуться в Казематы. Приходите туда, как только сможете.

С виска Целителя тоненькой струйкой стекала кровь, ссадина на скуле предвещала большой синяк. Волосы выбились из хвоста и спутано висели, обрамляя его полубезумное лицо. Казалось, он не ожидал, что Мариан поступит именно так.

Ведь Хоук била его до тех пор, пока он не захрипел. Сейчас её рука лишь мелко дрожала, Изабелла уже была рядом, придерживая девушку за плечо и тихо шепча какие-то бессмысленные успокаивающие слова. Варрик отошел в сторону Фенриса. Он собирался что-то сказать, но, к собственному удивлению, не нашел подходящих слов.

Все были растеряны и озадачены случившимся…

Орсино нетвердой походкой поплелся к переправе. Где-то в глубине трущоб все еще горело, слышался треск сухой древесины и стоны раненных.

Фенрис не боялся одержимого. Еще каких-то полчаса назад в Андерсе была угроза, но после случившегося… Казалось, отступник испугался самого себя. Словно все, что произошло, вышло для него полнейшей неожиданностью, и он вдруг очнулся от долгого сна.

Эльф подумал, что отчасти это действительно было так. Не Андерс, так Справедливость руководил всеми его поступками, вступая в дело в те моменты, где характер мага давал слабину. Случившееся привело к трагедии, однако, судя по сгорбленной, словно зажатой изнутри фигуре отступника, он и сам это прекрасно понимал.

Хоук убрала руку Изабеллы, решительно кивнула Фенрису и подошла к Целителю.

— Ты не скажешь ничего, чего я уже не сказал сам себе, — надрывно, с непривычной дрожью в голосе огрызнулся он. Мариан даже не начинала. — Я впустил в себя духа и изменился навсегда. Это справедливость, которой ждали все маги.

— Это дух толкнул тебя на такое? — Хоук опустилась перед отступником на колени и попыталась заглянуть тому в глаза.

— Нет… — Андерс отнял руки от лица и, столкнувшись взглядом с Мариан, снова опустил голову. — Когда мы слились, он перестал существовать. Мы стали единым целым. Теперь несправедливость в Круге претит мне также, как и ему.

Хоук тихо и с горьким сожалением рассмеялась. Она дотронулась до его колена, но Андерс резко одернулся.

— Если бы ты рассказал все мне, я бы поняла, — она произнесла эти слова почти шепотом.

— И ты смирилась бы с этим? – первым не выдержал Себастьян. — С ужасной смертью невинной верующей женщины? Которая знала тебя! Которая верила тебе и сотнями других?

— Я хотел рассказать, — продолжил говорить Андерс. — Но если бы ты помешала мне? Или, что хуже, решила бы помочь? Я не мог позволить тебе сделать это!

При последних словах Целителя Фенрис содрогнулся всем телом. Решила бы помочь? От одной только мысли об этом по спине бежал ледяной холод.

Если бы Мариан оказалась виновной, как бы ты поступил?

Он погнал эти мысли прочь. Тем временем Андерс продолжал.

— Надо открыть глаза всем. Тогда мы перестанем притворяться, будто Круг – это выход. А если я отдам за это жизнь… значит отдам. Может быть, тогда Справедливость наконец обретет свободу.

Хоук тяжело вздохнула и поднялась. Выражение ее лица в одно мгновение претерпело разительную перемену: из обессиленного и напуганного, оно вдруг сделалось решительным и в ее глазах сверкнула непоколебимая уверенность.

— Убирайся, — процедила она, и, не оглядываясь, зашагала в сторону переправы.

— НЕТ! — закричал вдруг Ваэль. — Нельзя позволять одержимому уйти! Он умрет, иначе я возвращаюсь в Старкхэвен!

Хоук развернулась на каблуках. В ее взгляде не было ничего кроме мрачной обреченности и гнева. Фенрис почувствовал, что растерялся. Он понимал, что в данной ситуации предпочел бы согласиться с Себастьяном, ведь тот был ему другом. Смерть близкого человека повлияла на поведение Ваэля, но речью руководило одно только желание мести, а Фенрис был слишком хорошо знаком с этим чувством. Он знал, что оно не вело ни к чему, кроме новой боли.

— Я вернусь с целой армией, и тогда этим малефикарам нечем будет править - от Киркволла камня на камне не останется!

— Не вмешивайся, Себастьян. — Пригрозила Хоук. Эльф понял, что она не шутит, Мариан крепко сжимала в руке посох и была готова воспользоваться магией.

— А я-то думал, что знаю тебя, Хоук. — с горечью в голосе выдавил Ваэль. — Я оставил Старкхэвен, чтобы служить Создателю, но Он отвернулся от Киркволла, потому что тут скрываются еретики. Клянусь тебе, — он сделал выдох на этом слове. — Я вернусь и найду твоего драгоценного Андерса и покажу ему, что такое настоящая справедливость!!!

С этими словами Себастьян зашагал прочь.

Варрик покачал головой и двинулся в сторону порта, чтобы выяснить, остались ли там лодки для переправы. Изабелла устремилась за ним. Авелин осталась, чтобы командовать солдатами: как капитан стражи, она единственная делала то, что сейчас было нужнее всего.

— Бороться за права магов… Это не входило в список моих планов на сегодня, — ворчал Тетрас, отыскивая глазами более менее пригодную лодку.

— Варрик! — Изабелла свистнула, — эта сгодится! Залезайте! — велела она и устремилась к канатам.

Завеса вокруг непривычно вибрировала. Фенрис обернулся в сторону берега и увидел, что вдоль небольшого пирса один за другим появлялись демоны. Эти создания продирались через трупы, упиваясь магией крови, которую теперь некому было контролировать. Убитых в одночасье людей стало слишком много, от этого столпы реального мира пошатнулись, давая Тени возможность проникать всюду, где ей хотелось. Один из демонов взвился вверх и неестественно выгнулся от удара широким мечом. Фенрис безошибочно определил размах и точность, с которой был совершен выпад.