Чтение онлайн

"А он действительно молодец", - добавил я про себя.

Золотов торжествовал.

– В наше время нелегко, - театрально проговорил он, встретить ценителя поэзии - истинного, - добавил он.

– Вы меня явно переоцениваете, - отозвался я на встречную похвалу, - А вы знаете, у меня к вам дело, и непростое, оно касается непосредственно вас, - определился я.

– Дело? Вы мне еще больше начинаете нравиться, - Золотов развалилися на стуле напротив меня.
– Говорите, я весь внимание, - уважительно потребовал он.

– Пожалуй, начну с того, что представлюсь вам: я должен перед вами извиниться, даже, скорее, немного огорчить, но не одна ваша супруга Ветистова - ведьма, в данном случае.

– Что? Вы тоже?

– Нет, я не колдун, как вы решили подумать. Я сенсетив, энергетический интуит, так сказать.

– Обалдеть! А что это такое?
– воскликнул Золотов и хлопнул ладонями себя по коленям.

– Понимаете, - слегка призадумался я, - э-э, м-да, сейчас объясню: природа меня одарила способностью воспринимать в какой-то мере некоторые структурные связи между прошлым и будущим, другими словами, определять причинно-следственную связь.

– Как это?
– озадачился стихотворец, продолжая не понимать меня.

– Ну вот, собственно говоря, мы и подошли к делу, на примере которого вам станет определенно ясно, что же такое причинно-следственная связь, но как я ее вижу, вам предстоит убедиться чуть позже, когда вы проследуете по результатам моего совета.

– Все, я готов слушать, - сказал Золотов, но глянул на часы.
– А-а, - отмахнулся он, - хрен с ними, не пойду сегодня больше горланить, говорите... как вас?..

– Меня зовут Гриша, - подсказал я.

– Ага, - кивнул стихотворец, - говорите, Гриша.

– Так вот, постольку поскольку я неравнодушен к вашему творчеству, - заговорил я и подумал: "Не слишком ли деловито и поучительски я изъясняюсь, может, стоит и попроще, а то заподозрит что-нибудь Золотов, не поверит, мало ли что ему на ум взбредет".
– Так вот, - повторился я после непродолжительного раздумья, - я ведь, Игорь, знаю, отчего у вас жизнь теперь наперекосяк пошла.

– Так-так, - оживился он и наклонился поближе ко мне, умный вы человек, я чувствую.

– Что Бог дал, то и мое, я всегда говорю - лишнего у Бога не возьмешь, лишнее не потеряешь.

– Классно сказано!
– изумился мой собеседник.

– Ведь я не зря сегодня подошел к вам на улице, когда я прочел вашу подборку стихов в коллективном поэтическом сборнике...

– "Счастливый сон", шесть стихотворений, - вставил Золотов, - ну-ну, и что?

– Я прочел эту подборку и сразу же все понял - вам специально сделано, чтобы вы были несчастны.

– Вот гады! Это точно, - засуетился Золотов, - Вы знаете, это точно! Сто процентов правды, а я думаю, что же такое, не пишется мне и невезуха с ножом к горлу каждый день. А как же они, сволочи, сделали?

– Очень просто, вы помните свое стихотворение о памяти друга?

– Третье, - подсказал стихотворец, - третье по счету в подборке.

– Именно в этом стихотворении вам все и сделано.

– Стоп, - остановил меня Золотов, - сейчас я достану сборник.
– Стихотворец кинулся к ближайшей книжной полке и вертуозно извлек оттуда небольшой целлофановый пакет, в котором аккуратно был завернут в газетку его поэтический сборник. Он снова уселся напротив меня на стул и заперелистывал эту книжицу.
– Вот, - остановил он страницу, - мой титульный лист, все шесть стихотворений здесь.

– Но нам нужно третье, - ненавязчиво подсказал я.

– Да, третье, - словно получивши установку, подытожил Золотов и аккуратно стал отлистывать первую страницу, - раз, два, три, - вот оно, - отсчитал он и драгоценно подал сборник мне в руки, - только я вас прошу, страницу не загибайте, озаботился он.

– Да нет, что вы, я отношусь к поэзии с прилежанием, особенно к хорошей поэзии, - и Золотов приготовился растаять в удовольствии, когда я вздохнул полной грудью, чтобы прочесть стихи:

Передам дыхание по кругу

Но жалко, что не все, и в том беда...
– продекламировал я с выражением, Золотов блаженствовал.

– В этих строках и зарыта собака, - уверенно сказал я.

Золотов скривился, словно ему прищемили палец.

– Опечатка, - оправдался он, - редактор гад, верстки не дал вычитать, там по-другому:

Передаем дыхание по кругу,

Но жалко, что не все, и в том беда...

Это так я выразился о смерти своего друга, - осведомил меня стихотворец, - а они все испоганили, через опечатку эти строки от моего лица прозвучали, ну и где же тут сделано, как?

– Я не буду вдаваться в подробности энергетического мира, но скажу вам одно... Но тут, огрызнулась замочная задвижка в прихожей, и в следующее же мгновение послышался торопливый голос: "Игоре-ок, Игорь Владимирови-ич!"

– Ветистова, это она, - шушукнул мне на ухо Золотов, точно почуяла, что вы здесь.

– О-о, у нас гости?
– все еще из прохожей раздавался голос среди какой-то неопределенной возни.
– Игорек, у нас гости?
– вопросил голос еще раз.

– Да, Ветистова, у нас сенсетив, - отозвался стихотворец.
– Потом договорим, - снова шепнул он мне, - она скоро уйдет, у нее в это время вечно дела.

– Ой, вы меня извините, - бегло заговорила Ветистова, вошедши к нам в комнату, - я так избегалась, столько дел, и везде я нужна. Вам Игорек не рассказывал, чем я занимаюсь, извините, как вас зовут, а я занимаюсь мертвецами, это вы и представить себе не можете, насколько это опасно и сложно, мы разыскиваем мертвецов по фотографии, но, правда, не всегда и мертвецов: бывает, и просто пропавших без вести.

– Меня зовут...
– попытался я вставить фразу.

– А вы знаете, какой гениальный мой Игоречек, это восходящая звезда. Недавно целых шесть стихотворений опубликовали у него. Вы не читали?

– Читал, Гриша меня зовут, - тут же вдогонку добавил я, боясь, что мне так и не дадут представиться.

– Стоп... Гриша, - на мгновение Ветистова задумалась и приложила правую руку ладонью ко лбу, левую слегка отвела в сторону.
– Так, - сказала она.
– Гриша, Гриша, Гриша, ой, как же там, сейчас, одну минуточку, дайте сосредоточиться, все, мне все ясно, - снова оживилась она, - вы сенсетив.

– Ну да, я об этом уже говорил Игорю, а Игорь...

Но Ветистова снова перебила меня: