Чтение онлайн

Отпустив Афину, они низко поклонились и, сопровождаемые Бриареем, вышли вон. Громовержец подошел к коленопреклоненной богине.

– А теперь поговорим, шлюха!

Гневно нахмурив брови, Афина начала подниматься.

– Мне не о чем с тобой говорить!
– В ее голосе звучала восхитительно возбуждающая ярость.

– Есть о чем, - процедил Зевс.

Он навалился на богиню и овладел ею так, как хотел - сзади и грубо. Она поначалу противилась, но затем покорилась его воле, хотя и не сдалась окончательно. Ее упругое мускулистое тело дышало яростной силой, бедра пружинисто отвечали на каждое движение мужчины.

– Сними оковы, - попросила она, когда Зевс разжал свои объятия.

– Ты не будешь больше делать глупости?

– Нет, - пробормотала Афина, движением тела оправляя задравшуюся тунику.

Зевс освободил ее руки и помог подняться. Афина выглядела поблекшей, ярость ее поугасла.

– Мне понравилось, - внезапно призналась она.

– Я знал, что так случится. Сильному иногда хочется быть слабым, охотнику - жертвой, мужчине - женщиной. Выпьешь вина?

Богиня кивнула. Они выпили по чаше доброго фалернского, доставленного Посейдоном с потопленного бурей корабля.

– Как ты узнал о нашем замысле?
– спросила Афина.
– Я поняла это сразу, как только увидела Бриарея.

Громовержец не стал темнить. Это было не в его интересах. Афина была нужна ему не как враг, а как надежный союзник, и ее надлежало сделать таковым.

– Фетида случайно подслушала разговор Аполлона и Геры.

– Трепачи! Как я только могла связаться с таким отребьем!
– Богиня внимательно взглянула на своего отца.
– Завтра разговоры об этом пойдут по Олимпу и дальше.

– Нет, все будет тихо. Вы будете молчать, это в ваших интересах. Бриарей сейчас же отправится обратно в Тартар, к тому же он не большой любитель поговорить.

– А Фетида?

– Эту глупышку я сошлю к людям и выдам замуж за смертного.

– Разумно!
– похвалила Афина.
– Незачем выносить сор из избы.

– Незачем, - согласился Зевс и погладил свою многомудрую дочь по покрытому испариной бедру.
– Надо как-нибудь повторить это.

– Не выйдет! Ты должен помнить, что я - богиня-девственница!

– Я помню.
– Громовержец усмехнулся.
– Вот еще что, передай Аполлону, что Асклепий знал о заговоре и пытался предупредить меня. Пусть заткнет своему сыну глотку.

– Хорошо. У него сегодня паршивое настроение и всегда острые стрелы. А все же жаль, что мой план не удался. Он был неплох!

– Жаль...

И оба - отец и дочь - рассмеялись.

9. ОЛИМП. ФЕССАЛИЯ - 2

Он проник в опочивальню уже на рассвете. Точно в соответствии со своими привычками. Но тот, к кому он пришел, был готов к подобным визитам. Он заблаговременно оставил свое ложе и, подкравшись к нежданному гостю, хлопнул его по плечу.

Гость неторопливо обернулся. Его лицо было скрыто белой маской, а под свободными одеждами явно проступали жесткие углы брони.

– Ты чутко спишь, бог эллинов!

– Стараюсь не попасться врасплох, о солнечноликий Ахурамазда!

Они обнялись. Больше по привычке, чем от сердца.

– Ну, здравствуй, отец.

– Здравствуй, сын.

Ахурамазда посмотрел в глаза Громовержцу. Тот ответил улыбкой. Но гость с Востока знал, что улыбается лишь маска, искусно, до мельчайших подробностей имитирующая человеческое лицо. Тот, кто стоял против него, не любил улыбаться.

Эта маска представляла собой лицо сорокалетнего мужчины, красивого, уверенного в себе, умудренного опытом. У него были прямой нос и окладистая, в меру длинная борода. О глазах сказать что-либо определенное было невозможно, но сейчас они казались черными.

В этом миру его знали как Зевса, бога сияющего неба. Иногда его называли Громовержцем. Иногда Кронидом или Кронионом по имени свергнутого и заточенного в мрачном Тартаре отца.

А раньше его звали иначе. Он, как и его гость, сменил множество имен и еще больше обликов. Он и сам не помнил точно - сколько.

– Я пришел к тебе...
– начал было Ахурамазда, но Громовержец перебил его.

– Не здесь.
– Он указал рукой на ложе, на котором разметалась во сне обнаженная хрупкая девушка.
– Пойдем в мой кабинет.

Гость не возражал, и они перешли в соседнее помещение. Ахурамазда немедленно устроился в одном из золоченых кресел, Зевс сделал несколько пассов руками, словно разгребая воздух в разные стороны, затем сел напротив.

– Теперь можешь говорить спокойно.

– Как обстоят наши дела?

– В целом нормально, но не совсем так, как бы хотелось. Многие города склонны покориться без боя. Очень помогает пифия, которая дает благожелательные для нас пророчества...

Ахурамазда нетерпеливо махнул рукой.

– Знаю.

– Твоих рук дело?
– удивленно спросил Зевс.

– Да, я побывал в Дельфах со своими людьми.

– Ловко!
– На лице Зевса была улыбка, но Ахурамазда почувствовал, что его собеседник недоволен.
– Мог бы зайти ко мне в гости.

– Я спешил.

Зевс недоверчиво хмыкнул, но ничего не сказал. Ибо с его гостем не то, чтоб говорить, но даже думать было небезопасно. Какое-то время он собирался с мыслями, а затем продолжил свой рассказ.

– Но Аттика, Пелопоннес и некоторые западные области думают защищаться.

– Наш друг никак не образумится?

Зевс покачал головой.

– Никак. И не только он. Но его роль, пожалуй, самая значительная.

– Ну что же, придется подобрать ему сосну повыше. Достаточно попортил крови, - процедил Ахурамазда.

– Не так давно он был у меня. Я записал нашу беседу. Хочешь посмотреть?

– Давай.

Матовый шар над столом тускло засветился и в нем появилось изображение комнаты, в которой они находились. Только в комнате, что показывал шар, на месте Ахурамазды сидел совершенно другой человек.

– А он почти не изменился, - заметил восточный бог.

– Я сказал ему точно те же слова. Впрочем, сейчас все услышишь сам.

Картинка начала двигаться, и из шара послышались голоса. Первую фразу произнес Зевс.