Атланты, Воин
Шрифт:
– Пусть попробуют доказать!
– буркнул бархатный голос.
– Ответим как всегда. Мол, пожелал остаться в нашем городе и найти его нет никакой возможности. Ведь купец, хе-хе, не проговорится!
– Мыдники спрячут его следы!
– Давай следующего!
– велел обладатель бархатного голоса.
Скрипнула дверь, затем послышались легкие шаги.
– А, Менандр! Ты как всегда бежишь на запах денег.
Голос Менандра:
– Здравствуй, сиятельный архонт!
– Здравствуй, здравствуй!
Менандр! У Скилла возникло сильное желание не только слышать, но и видеть. Не заботясь о чистоте хитона, он опустился на колени и медленно приоткрыл печную заслонку. Его глазам предстала зала, богато украшенная фресками и бархатными портьерами. Посреди залы за столом сидели трое в красных хитонах, перед ними, заискивающе улыбаясь, стоял Менандр.
– Ну, какие дела у тебя?
– спросил обладатель бархатного голоса, сидевший посередине. Лицо его, изборожденное морщинами, выдавало властность.
– Все в порядке, светлейший архонт. Он забыл обо всем на свете, кроме наших вечеров.
– Менандр хихикнул.
– Слушает, словно баран, мои побасенки да тискает девчонок. Думаю, он вполне созрел и с ним можно покончить.
– Думаю здесь я!
– резко оборвал Менандра архонт.
– Пусть все остается по-прежнему. Нам приказано, чтобы он жил в Серебряном городе. За него щедро платят. Надеюсь, он не слишком надоел тебе?
Менандр переступил с ноги на ногу.
– Честно говоря, меня от него тошнит.
– Так вырвись!
– захохотал бархатный голос.
– Ладно, снисходя к твоим мучениям, мы удваиваем плату. Держи.
Архонт бросил Менандру туго набитый мешочек. Юноша ловко поймал его и оценивающе подкинул на ладони.
– О, благодарю тебя, сиятельный архонт!
Бархатный голос небрежно махнул рукой.
– А теперь можешь идти. Придешь как всегда через пять дней.
– Через пять дней, - эхом отозвался Менандр. Низко поклонившись, он вышел.
– Ну что скажете?
– спросил обладатель бархатного голоса.
Сидевший справа от него тощий как жердь человек пожал плечами. Заговорил сидевший по другую руку толстяк.
– По-моему здесь все ясно, - сказал он тоненьким голоском.
– За него платят, пусть живет сколько угодно.
Толстяк хихикнул:
– А перестанут - камень на шею и в реку!
– Однако он порядком надоел Менандру и его компании, - напомнил бархатный голос.
– Ребятки могут сорваться.
– Пока им платят, они будут выполнять наши приказы!
– грозно пискнул толстяк.
Сиятельный архонт не стал возражать.
– Следующий!
Любопытства ради Скилл выслушал и этого посетителя. Он оказался таким же подлецом, как и его предшественники. Дальнейшее скифа не интересовало. Он знал уже достаточно много. Услышанное открыло ему глаза. Калгум был прав - Серебряный город ловил гостей в свои невидимые тенета, а затем безжалостно расправлялся с ними. Интересно, думал Скилл, карабкаясь по отвесной стене вентиляционной шахты, а кто за него платит? Ариман? Но ведь это не его город. Кто-то другой? Но Менандр... Каков подлец! Неужели и Лаоника заодно с ним? Неужели?!
Оставшись незамеченным, Скилл спустился с крыши и отправился к поджидавшему его купцу. Из домов доносилась тихая музыка. Но теперь она раздражала скифа. Он кратко пересказал Калгуму суть услышанного.
– Так я и думал!
– воскликнул купец.
– Нам надо срочно бежать из города.
– Нет!
– возразил скиф.
– Сначала я сведу кое с кем счеты.
– С Менандром?
– С ним. А, может, и не только с ним!
– И чего ты этим добьешься? Серебряный город кишит подобными Менандрами. Я завтра же возвращаюсь домой. Если хочешь, мы можем покинуть город вместе.
Скилл упрямо покачал головой.
– Нет, я уйду через день.
– Ну что ж... Удачи тебе! На всякий случай: где ты остановился?
– Я снимаю комнату в трактире "Сон Аполлона". Но не ищи меня там.
– А где же?
– Дом со львом. Около храма Нике. Знаешь?
– Найду, если понадобится. Прощай!
– Прощай, купец.
Этой же ночью Скилл объявил "друзьям", что завтра он покидает город. Менандр обеспокоился.
– Тебе у нас не понравилось?
– Что ты!
– улыбнувшись широко как только мог, воскликнул Скилл. Все было просто великолепно! У меня никогда в жизни не было таких преданных друзей. Но человек не всегда волен распоряжаться своей судьбой. Меня ждут важные дела.
– Жаль...
– Менандр попытался принять равнодушный вид, но было заметно, как за маской безразличия проскальзывает беспокойство.
– Но хотя бы перенеси свой отъезд на день, чтобы мы могли достойно проводить тебя.
– Хорошо, - согласился Скилл. Предложение Менандра как нельзя лучше соответствовало его планам.
На следующее утро он поцеловал искренне огорченную, как ему показалось, его предстоящим отъездом Лаонику и вышел из дома. Отойдя совсем немного, он вернулся и спрятался меж колоннами храма Нике. Менандр не заставил себя долго ждать. Убедившись, что он идет в Городской Совет, скиф опередил доносчика и повторил вчерашний трюк.
Судя по всему Менандр был не на шутку напуган решением Скилла покинуть город. Его голос подрагивал. Встревожились и архонты. Выслушав Менандра, они долго молчали, затем обладатель бархатного голоса сказал:
– Придется принять меры. Задержи его сколько сможешь. Побольше вина. Пусть порошок забвения усыпит его разум. Под утро к тебе придут мыдники. Отдашь им скифа. Они знают как с ним поступить.
Зоркие глаза скифа не оставили без внимания, что при упоминании о мыдниках Менандр задрожал всем телом и едва не грохнулся в обморок.
Когда доносчик ушел, архонты еще долго не могли успокоиться. Толстяк причитал, что их ждут крупные неприятности, бархатный голос подавленно размышлял. Трезвее всех мыслил жердь, заявивший:
– Теон, пусть мыдников будет не менее десяти. Этот скиф расправился с драконом Аримана. Он лучший в мире лучник.
Бархатный голос усмехнулся и заметил:
– Даже лучшему в мире лучнику не совладать с призраками. Но пусть будет по-твоему. Кроме того я сейчас же прикажу мыдникам взять под контроль все выходы из города. На тот случай, если скиф попытается бежать, не дожидаясь завтрашнего утра.