Аусвельмские охотники
Шрифт:
***
Эрну разбудил стук захлопнувшейся двери. Она вскинулась, недоуменно моргая спросонок, и первое, что поняла, - что все-таки ухитрилась уснуть. Удивительно, но в этом ей не помешали ни мысли о предстоящем испытании, ни продолжившие чаепитие коллеги. С ее плеч сполз на пол чей-то плащ: она подобрала первый попавшийся под руку, не разбираясь.
Дверь хлопнула оттого, что вошел Кайс. Со своей обычной вежливой, но несколько отстраненной улыбкой он поздоровался с присутствующими и поинтересовался у Нича, который только что дремал в кресле, насчет обстановки. Нич, прежде чем ответить, душераздирающе зевнул.
– Погоди, не убегай на свою площадку. Там работенка для тебя наметилась.
– Хорошо, зайду на Башню, - интонация Кайса не изменилась совершенно.
– Ладно, не ходи, - Нич с неохотой выбрался из кресла.
– Я сам поднимусь.
Он поплелся к задней двери. Тем временем Кайс вытащил со стеллажа свою сумку и несколькими быстрыми, точными движениями проверил содержимое карманов, затянул завязки, застегнул пряжки, потом скатал валиком плащ и приладил его к сумке снаружи. Эрна же до сих пор сонно хлопала глазами.
Вскоре появились Нич и Сиэннэ. Нич стремительно пролетел дежурку насквозь, не оборачиваясь, помахал рукой, ни к кому конкретно не адресуясь, пробормотал скороговоркой «Пока-пока-пока» и исчез за дверью. Сиэннэ остановилась у карты, и немедленно к ней присоединился Кайс. Тогда только Эрна спохватилась, тихонько сползла с лежанки, стараясь, чтобы на нее не обратили внимания, и принялась искать в общем бардаке свою сумку и плащ.
Из кармашка узких брюк Сиэннэ торчал какой-то предмет, похожий на толстый и длинный карандаш. Она достала этот предмет, сжала в ладони, чем-то щелкнула... и из ее кулака внезапно выскочило что-то тоненькое, вроде учительской указки, только безумной длины. Такой штукой она запросто могла ткнуть в стену под самым потолком. Чем она, собственно, и занялась.
– Вот здесь вышел.
– Кончик указки царапнул обширное зеленое поле невдалеке от границы с более северной Сойнской землей.
– Ползет сюда.
– Указка поползла по диагонали на юго-восток.
– Теперь здесь.
– Постучала по другой точке, довольно далеко от первой.
– Давно вышел?
– деловито осведомился Кайс, внимательно изучая карту.
– Еще до полуночи.
– Медленный. Идет строго прямо?
– Почти. Заметила только два отклонения от прямой: здесь и здесь.
Указка обрисовала изгибы маршрута, и Кайс пристально вглядывался в эти точки.
– Огибал скалы. Значит, идет по земле. А вот реки, похоже, форсирует вброд. Или же умеет плавать. А идет, видимо, вон туда.
Кайс, не имея указки, ткнул пальцем куда-то вверх, но Сиэннэ отлично его поняла.
– Да, строго на город, - подтвердила она.
– Чует людей, надо полагать. Дня два. Чуть больше.
– Оттуда и начну, - решил Кайс.
Приятно было наблюдать за работой профессионалов. Четкие, скупые движения, лаконичные фразы, полное взаимопонимание, абсолютная сосредоточенность. Эрна так залюбовалась, что забыла о том, что сидит на полу возле раскрытой сумки, и когда они обернулись, предстала перед ними в этом неприглядном виде.
– Ты тоже идешь?
– Кайс вздернул брови, отчего по его высокому лбу поползли многоэтажные складочки.
Эрна вспыхнула. Эти двое - Нич и Сиэннэ - так уверенно говорили ей, что ему эта мысль немедленно придет в голову... А если он вовсе не собирался брать ее с собой? Вдруг ему, такому великолепному, никакая помощь не нужна? А ей вовсе не хотелось напрашиваться, не хотелось казаться излишне самоуверенной, да что там, вообще не хотелось туда идти!
– А это хорошая идея, - вдруг просиял Кайс.
– Так он от нас точно не скроется.
– Мы тоже так подумали, - флегматично заметила Сиэннэ.
– Тогда собирайся, - одобрительно кивнул Кайс и вновь занялся своей сумкой, рассовав по карманам что-то еще, похоже, какие-то продукты.
Вскоре охотники вышли из конторы и зашагали по улице к выходу Теневой Тропы. Поначалу все шло точно так же, как в прошлый раз, в компании Нича. Кайс уверенно выбирал Тропы, и Эрне оставалось только не отставать. Теперь только им пришлось сделать на один переход больше: в дальний городишко, куда она направлялись, прямого пути не было. Но это отняло разве что минут на пять больше, и то лишь потому, что в городе, где они вышли в первый раз, пришлось спрашивать дорогу.
Конечный пункт назначения оказался настоящим захолустьем. На сей раз, при свете дня, Эрна могла разглядеть безрадостные серые стены домов, обветшавшие заборы, грязную колею, тянущуюся в сторону далеких гор. «Тьфу, - подумала Эрна про себя, - такой городишко и спасать-то не хочется!». А потом поспешила вслед за своим спутником, который, уже успев определить по компасу направление, зашагал по этой отвратительной колее в сторону леса.
Городок, или, скорее, большая деревня, словно вымер. Никто не попался навстречу, и Кайс одобрительно сказал, что это хорошо. А то увидят охотников, еще испугаются, поймут, что где-то близко айзё. А Эрна мстительно подумала, что пусть испугались бы, ничего страшного. Мстительность ее, конечно, происходила всего лишь оттого, что это глухое место напомнило ей родную деревню. От воспоминаний о доме у нее всегда портилось настроение, и она немедленно перенесла свое раздражение на единственный находящийся рядом объект - Кайса. Ишь, какой заботливый, думала она. Прямо на лбу написано: «Я очень хороший мальчик». Ужасно бесит, когда кто-то из кожи вон лезет, чтобы быть настолько хорошим. Причем Эрна отдавала себе отчет, что Кайс бесит ее по единственной причине: он является живым воплощением того, что она всеми силами пытается изжить в самой себе. Больше ничего плохого он ей не сделал, но от этого почему-то раздражение только усиливалось.
Едва они немного углубились в лес, Кайс остановился, сбросил с плеча сумку и вынул из нее длинный кожаный тубус. Из тубуса он извлек несколько тонких листов, изрисованных подробнейшими картами, выбрал одну из них и принялся изучать, держа на весу.
– Посмотрим, как долго мы сможем пройти по этой дороге, - сказал он.
– Нам нельзя далеко отклоняться от прямой линии. Если дорога свернет, придется ломиться через кусты.
На взгляд Эрны, разбитая колея, в которой она ежеминутно оступалась, не являлась тем местом, где хотелось бы задержаться подольше. Но, изучив взглядом окружающий дорогу колючий кустарник, она согласилась, что колея лучше.
– Идет прямо до холмов, - объявил ее спутник.
– Потом поворачивает, а потом и вовсе заканчивается. Но я надеюсь, что в холмах хотя бы не будет колючек. Ладно, идем.
Он снова спрятал карты и зашагал дальше. Солнце ползло все выше и выше, становилось жарковато. Эрна украдкой вытащила флягу и теперь по глотку отпивала из нее воду. Кайс был совершенно неутомим. Он все шел и шел, казалось, он не нуждается ни в отдыхе, ни в пище, ни даже в воде. Эрна вспомнила, что не успела позавтракать, и это обстоятельство с каждым шагом тревожило ее все больше. Но она гордо решила для себя, что не будет заикаться об остановке. Этот зануда не вынудить ее ни о чем его просить. Пусть не думает, что он тут самый крутой. Но когда желудок мучительно заныл, Эрна не выдержала. Осторожно выудила из кармана сумки сухарь и с хрустом откусила половину. Кайс обернулся на звук.
– Проголодалась? Давай остановимся. Давно бы сказала. Я вечно забываю поесть.
«Вот потому и тощий такой», - мысленно прокомментировала Эрна.
Они сели на обочине, и Кайс вытащил из своей сумки свежий хлеб, колбасу и сыр. Эрна изумилась: подобные вещи не входили в стандартный набор охотника. В ее котомке хранились только сухари, крупы, консервы. Очевидно, он прихватил это в последний момент, пока она собиралась. Неужели только ради нее? Ведь изначально он ничего подобного не укладывал, она это видела. Ели в молчании. Кайс рассеянно поглядывал по сторонам, думая о чем-то своем, а Эрна все косилась на него, рассматривая. Если отсюда, сбоку смотреть, то вроде не такой уж и смешной. Нос такой острый, длинный и весь в конопушках. Нет, все-таки смешной.