Чтение онлайн

Я кивнул, впечатлённый.

— И что, дальше? Никакого отдыха? — спросил я, глядя на ящера.

Тариус ухмыльнулся шире, показав острые зубы.

— После этой миссии я уж точно отдохну. Вот только закончим то, ради чего собрались.

В этот момент двери зала с шипением разъехались, и в помещение ввалился Рорших, таща за шкирку Макса.

Рыжий выглядел жалко: плечи ссутулены, волосы растрёпаны, глаза бегают, как у загнанного зверя. Его лицо было бледным, а в каждом движении сквозил страх перед неизвестностью, который он пытался скрыть за напускной бравадой.

Рорших, хрюкнув, швырнул его в центр зала, но подальше от стола. Свиномордый вытянул руку, его маленькие глазки сузились.

— Оружие отдай, — рявкнул он, в голосе не было ни капли уважения.

Макс дёрнулся, его руки задрожали, но он всё же вытащил свои мечи и раздражённо бросил их на пол.

— Подавитесь.

Клинки звякнули, отражая свет голографических панелей. Я смотрел на происходящее и думал, что такое вижу впервые.

Суд над Авалоновцем за трусость.

Если это вообще можно так назвать.

Лориан, сидящий рядом, наклонился ко мне и тихо прошептал:

— Честно сказать, слышал о таком, но вижу впервые. Трусость на E-ранге — редкость. И Блок могут поставить только Авалоновцы C-ранга и выше.

Я кивнул, заметив, как Бранди хмыкнул, достал из кармана флягу и сделал глоток. Его глаза, полные презрения, не отрывались от Макса. Тариус поднялся с кресла, его чешуя блестела под светом, а движения были плавными, уверенными.

Он подошёл к Максу, который уже начал нервно озираться.

— Почему ты сбежал во время битвы у генератора щита? — спросил ящер, его голос был спокойным и ровным. — Отвечай, таков протокол.

Макс сглотнул, его лицо исказилось. Он выпрямился, пытаясь выглядеть увереннее, но голос дрожал.

— Я не сбежал! — выкрикнул он и заметался. — Это… Я… Просто…

Я лишь усмехнулся, смотря на эту сцену.

Макс резко повернулся ко мне, его лицо покраснело от гнева. Он ткнул в мою сторону пальцем.

— А он почему здесь вообще сидит? Мы вместе начинали! — заорал он. — Этот парень жив и не боится только потому, что Геракл выдал ему навык берсерка! Врубил свой режим и пошёл крошить всех направо и налево! А я? Я просто думал о выживании, что с того?!

Капитаны за столом расхохотались, их голоса гулко разнеслись по залу. Тариус покачал головой, его жёлтые глаза сузились.

— Геракл не просто помог парню по «доброте душевной», — спокойно сказал он. — Геракл дал ему силу-испытание, которая тебя бы разорвала с первого применения. Это не только дар, но и огромный риск. Отвечай на вопрос!

Макс сжал кулаки, его глаза метались, голос сорвался на крик:

— Да, я отступил, но не струсил! Сделал это, чтобы выжить! Какого чёрта мы должны драться с C-рангами, будучи на E? Это бред!

Тариус сделал едва уловимый жест рукой, и Макс замолчал, словно язык проглотил. Ящер шагнул ближе, его аура давила, как невидимая стена.

— Иггдрасиль не терпит трусов, — начал Тариус, его голос стал холодным. — Трус подставит другого под смерть, даже если это не произошло на этой миссии. Ты будешь навечно изгнан на первый слой Авалона. Твой уровень — тринадцатый, навсегда. За убийство любого Авалоновца, на миссии или нет, — тройной штраф. Ты теперь «Изгнанник», вечный служитель первого слоя, выполняющий миссии без права на развитие. И не думай не возвращаться в Авалон, иначе он сам за тобой придёт, и тебе это не понравится. Капитаны, имеются ли у вас возражения?

— Нет, — хором ответили мы разом, и тут рыжий сорвался с места и сделал несколько шагов вперёд:

— Жека, ну ты хоть скажи ему! Мы же вместе начинали!

А я смотрел на него, поджав губы и понимал, что всё это правильно. Поэтому просто промолчал.

Тариус положил руку в районе солнечного сплетения Макса, туда, где находилось ядро. Его руки зажглись синей энергией, которая будто выжигала парня.

— АААААААААААААААА! Что ты делаешь?! Кха-а-а-а… — Рыжий задрожал, его глаза расширились от ужаса, а тело начало растворяться.

Энергоклинки, парившие над плечами рыжего, вдруг мигнули и исчезли, словно их выключили. Через секунду он исчез, оставив лишь пустое место.

Тариус повернулся к нам, его лицо было мрачным.

— Третий за год, — сказал он. — Мельчает E-ранг, мельчает.

Рорших хрюкнул, потирая щетинистый подбородок.

— Не разглядел в парне, моя вина, — проворчал он. — Он пришёл к нам с командой. Но другой, Костя, хорош. Не жалею.

— Где теперь Макс? Уже в Авалоне? — спросил я.

Тариус хмыкнул, возвращаясь к столу.

— Само собой. На первом слое, среди таких же нубов. — Он по очереди пожал руки капитанам, затем подмигнул мне. — Давай, человек, мне пора. Жду на B-ранге, если выживешь.

Я смотрел на него, чувствуя, как его аура давит. Этот ящер стал ещё сильнее, его присутствие ощущалось даже без слов.

Когда Тариус растворился на наших глазах, мы продолжили обсуждение.

Было решено, что я останусь на Альфе, а остальные команды распределятся по другим станциям. Ещё пара дней, и вторжение будет окончательно подавлено.

Я покинул зал переговоров и направился в облюбованный зал отдыха.

Это было просторное помещение с прозрачной стеной, за которой простиралась бесконечная чернота космоса, усыпанная звёздами.

Димон сидел на диване, размахивая руками, и рассказывал какую-то историю. Его глаза блестели от азарта, а голос гремел:

— … И вот, прикиньте, он летит на меня и спотыкается! Налетел прямо на мой джеб и рухнул в нокаут, ха-ха-ха. Толпа визжала от восторга, я вам говорю!

Ауриэль и Олеся хихикали, сидя рядом. Эльфийка выглядела расслабленной, а Леська, с мягкой улыбкой, подпирала подбородок рукой.

Юки стоял у прозрачной стены, задумчиво глядя в космос. Его тёмные глаза отражали звёзды, а лицо было серьёзным, словно он пытался разгадать тайну вселенной.

В углу Лиандра сидела на диване, скрестив ноги, её рыжий хвост лениво покачивался. Она что-то тихо говорила Милене, которая сидела рядом, слегка подрагивая, будто от переизбытка адреналина. Её зеленоватая кожа блестела под светом, а глаза, обычно такие дерзкие, сейчас были чуть затуманены.

Катя и Валёк сидели за столом, перед ними лежали какие-то странные кубики, переливающиеся, как жидкий металл. Они явно спорили.