Чтение онлайн

Девон взяла апельсин и сунула его в соковыжималку. Ребекказалюбовалась ее чистым профилем. На девочке были тесные джинсы и черпая футболка с символикой группы «Острые красные перцы». Изящные руки были почти женскими, а покачивание грудей и бедер свидетельствовало, что половое созревание уже давно позади.

— У вас такой симпатичный дом, — проговорила Ребекка срывающимся голосом. От предчувствия встречи с Терезой ее слегка подташнивало.

— Немного на отшибе, — отозвалась Девон. — Но он милый, верно?

— Красивый, — задумчиво сказала Ребекка, подумав, что двум девочкам здесь должно быть очень одиноко.

— Все, что здесь есть, папина работа. — Девон взмахнула рукой, демонстрируя кухню.

Ребекка присмотрелась. Стены были умело обшиты прекрасными узорчатыми сосновыми панелями. Большая электроплита стояла неподключенной. Холодильника не было. Не было также ни посудомоечной, ни стиральной машины.

— А кто у вас готовит?

— Мы все по очереди.

— Все трое?

— Хм, я и папа. Тереза — это моя сестра — терпеть не может готовить. И мыть посуду тоже.

— Вот как? А ты хорошо готовишь?

Девон приготовила две кружки сока и вытерла руки полотенцем.

— Когда мы уезжали из Сан-Франциско, я захватила с собой китайскую поваренную книгу. Я очень люблю дим сум[10]. А вам правится дим сум?

— Конечно, хотя я никогда его не готовила.

— Это моя самая любимая еда из всех, что существуют в мире. Папа каждую неделю водил нас в китайский ресторан, чтобы мы полакомились дим сумом. Мне кажется, что я могла бы научиться его готовить. Как вы думаете, это трудно?

— По-моему, да, — улыбнулась Ребекка.

— Наверное, много труднее, чем дифференцировать. — Она поставила кружку с соком перед Ребеккой и села сама. — Для начала, пожалуй, нужно выбрать что-нибудь попроще.

— А пока нет дим сума, что же вы едите?

— Когда моя очередь, я готовлю жареного тунца и салат. Папа — салат и тунца.

Ребекка рассмеялась.

— Дим сум я, конечно, готовить не умею, но в моем арсенале имеется кое-что еще, кроме жареного тупца и салата.

— Это хорошо. Но вам следует быть осторожной. У Терезы на очень многое аллергия.

Ребекка инстинктивно посмотрела через плечо, как будто Тереза стояла сзади.

— Девон, ты знаешь, зачем твой папа пригласил меня сюда сегодня?

Их взгляды встретились.

— Знаю, — ответила девочка спокойно. — Но нянька нам не нужна.

— Возможно, вам нужен друг?

Наступило долгое молчание.

— Вы действительно сильны в биологии и химии, — спросила Девон, — или сказали просто так?

— Нет, я это сказала не просто так.

— Эти предметы для меня очень важны, потому что я хочу пойти на медицинский.

— Ты хочешь стать врачом?

— Да.

— Могу я спросить почему?

Девон пожала плечами.

— Просто хочу.

— В таком случае, поскольку я дипломированная медсестра, то, несомненно, смогу подготовить тебя но этим предметам, даже если ты будешь заниматься самостоятельно, как, например, вот сейчас дифференциальным исчислением. Но ведь, наверное, нора возвращаться в школу? Я имею в виду, что каникулы вроде бы давно кончились?

— Не совсем.

— Что значит не совсем?

— То и значит.

— Ладно. Выходит, тебе нужна не нянька, а учительница.

— Папа сказал, что вы очень знающая.

— Он так сказал? Я польщена.

— Хотите посмотреть мою программу? — спросила Девон.

Ребекка кивнула. Да, пятнадцатилетняя Девон Флорио все больше и больше казалась ей похожей на своего приемного отца. Тс же авторитарные манеры. Девочка передала Ребекке несколько машинописных страниц. Ребекка начала просматривать их, и вдруг откуда-то из задней части дома донеслись какие-то звуки, похожие на плач. С остановившимся сердцем она с трудом заставляла себя выглядеть спокойной.

— А твоя сестра Тереза? Она занимается так же прилежно, как и ты?

— Когда есть настроение. А оно у нее бывает не каждый день. Она не очень дисциплинированная. С другой стороны, коэффициент интеллекта у нее, наверное, пунктов на двести выше, чем у меня. — Девон улыбнулась. — Когда-нибудь она получит Нобелевскую премию или что-то в этом роде, а я буду удалять миндалины.

Ребекка старалась выглядеть бесстрастной.

— Ладно, я думаю, что смогу тебе с этим помочь. Но заниматься дома — это совсем не то, что в школе. С одной стороны, если есть желание и способности, можно сделать много больше. А с другой — очень легко отклониться в сторону и увязнуть в ненужных деталях. Но самая большая опасность состоит в том, что можно переутомиться или просто пресытиться. Иными словами, все это может тебе смертельно надоесть. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Девон кивнула:

— Думаю, что да.

— Я бы предложила тебе заниматься не больше двух часов утром и двух часов после обеда. А я в это время буду находиться рядом, чтобы в любой момент иметь возможность помочь, если понадобится. Таким образом, и время твоих… каникул… пойдет быстрее, и к их окончанию ты будешь достаточно хорошо подготовлена. Тебе такое подходит?

— Мы можем попробовать, — радостно отозвалась Девон в тон голосу Ребекки.

— Прекрасно. И помни, что я сказала в самом начале. Я могу стать тебе не только учительницей, но и другом. Надеюсь, так и произойдет.

— Я тоже, — кивнула Девон.

— В таком случае можешь называть меня на ты.

— Замечательно. Давай поднимемся наверх. Тереза, должно быть, уже встала. Познакомитесь. И я покажу тебе твою комнату.

— Пошли.

Поднимаясь по лестнице следом за Девон, Ребекка могла оценить ее прекрасно развитую фигуру. И тем не менее чувствовалось, что взрослеть Девон не торопится. Например, было видно, что ее лицо еще не знало никакой косметики. Она ничего не делала со своими бровями, не красила ногти и не предпринимала усилий, чтобы с помощью одежды как-то подчеркнуть достоинства своей фигуры. Было приятно сознавать, что у Терезы такая положительная, уравновешенная, стремящаяся к знаниям старшая сестра.

Они достигли верхней площадки.

— Это комната отца, — сказала Девон, показывая на большую двойную дверь в конце коридора. — Моя комната рядом. А твоя будет здесь. — Она толкнула дверь и посторонилась, чтобы Ребекка вошла первой.

Комната была симпатичная. Ванная с душем, встроенные шкафы, небольшой письменный стол и кровать, с виду удобная. Стены обшиты теми же самыми узорчатыми сосновыми панелями, что и на кухне. Очевидно, работа Майкла Флорио. Окно выходило на мельничный пруд и было закрыто снаружи стальной решеткой, надежно закрепленной на каменной стене.