Авантюристы его величества
Шрифт:
– Да есть такая старая лайба, «Джон Графтон» называется. Ну, ладно, ребята, извините, надо бежать, столько дел.
Рачевский получил сообщение следующего содержания:
«Настоящим имею сообщить, что мистер «Дж. Гр.» это вовсе не та персона, о которой мы думали ранее. Наш «Дж. Гр.» родился в 1883 году в Лондоне, там же и проживает, имеет довольно большой вес, весьма аристократичен, одевается во все черное, курит трубку, по роду своей деятельности занимается доставкой грузов морем».
– Бог ты мой, это же название судна. Ну, Лартинг, умница Лартинг, - весело сказал Рачевский, прочитав телеграмму, и дружески хлопнув телеграфиста по спине, пошел готовить секретное сообщение в Петербург.
Вскоре во все стороны полетели телеграммы, депеши с приказами и распоряжениями.
Директору департамента полиции Н.П. Гарину
Секретно.
Настоящим имею честь доложить Его Превосходительству Господину Директору Департамента полиции, что в результате проведенной Заграничным отделом Департамента полиции агентурной работы и на основе добытых документов выяснилось, что силами бунтовщиков из числа эсеров, а также националистических организаций Финляндии и Грузии, при непосредственном участии японской разведки проводится операция по переправке крупной партии оружия в Россию. Финансирование осуществляется правительством Японии. Прошу принять все меры к усилению охраны морских границ, тщательному досмотру всех кораблей, прибывающих в порты Балтийского моря, включая не только грузовые, но и пассажирские суда, прогулочные яхты, а также рыболовные траулеры. Усилить надзор за активными участниками вышеуказанных радикальных организаций. Особое внимание уделить судну под названием «Джон Графтон», порт приписки Лондон, водоизмещение 567 тонн, длина 158 метров. Цвет корпуса и надстройки черный.
Примите мои уверения в совершенном почтении и преданности
Командиру отдельного корпуса пограничной стражи Его превосходительству генералу от артиллерии Свиньину.
Секретно.
Милостивый государь, Александр Дмитриевич.
Прошу срочно принять меры к усилению охраны морских границ на траверзе Пори-Турку - Гельсингфорс и обеспечить задержание судна «Джон Графтон», при появлении последнего в территориальных водах России.
Сие судно no нашим данным имеет на борту весьма опасный груз, направленный на разжигание смуты и поддержку бунтовщиков в столице и ряде провинций.
Это тем более опасно, что государство наше находится в состоянии военных действий.
Командир крейсера пограничной стражи «Кондор» капитан второго ранга Вальронд, получив соответствующий приказ, стал незамедлительно готовить корабль к выходу. Потомственный моряк, Ростислав Константинович Вальронд любил свое дело. Его «Кондор» по размерам и вооружению, конечно, далеко не дотягивал до полноценного крейсера и вызывал снисходительную улыбку у морских офицеров, служащих на настоящих боевых крейсерах. Но Вальронд искренне любил свой быстроходный, маневренный «Кондор», который как нельзя лучше подходил для поиска и преследования контрабандистов в шхерах и других потаенных местечках балтийского побережья.
«Кондор» был для своего времени кораблем вполне современным, специально построенным для охраны морских рубежей. Посему в июле 1904 года Их Императорское Величество изволили высочайше осматривать «Кондора».
Вальронд запомнил этот прекрасный летний день навсегда. Утром Его Величество в сопровождении нескольких генералов и офицеров прибыли на катере «Бунчук» из Петергофа. Красавец «Кондор» сверкал на солнце надраенной медью и бронзой. Небольшая, но бравая команда выстроилась на юте. На бескозырках с темно-зеленой тульей золотом по черной ленте шла надпись «Кондор», а по воротникам и манжетам идеально белых форменок струились три светло-зеленые полоски. Николай поприветствовал команду и командира, затем довольно тщательно осмотрел весь корабль, особенно интересуясь устройством крейсера и его механизмами, задавал довольно много толковых технических вопросов и внимательно выслушивал ответы, чем премного удивил Вальронда. Затем Его Величество изволили самолично снять пробу с камбуза и остались весьма довольны, после чего подошли к командиру корабля.
– Премного благодарен вам, Ростислав Константинович за образцовое содержание крейсера и бодрый вид экипажа. Надеюсь, что «Кондор» под вашим началом будет и далее исправно нести службу по охране рубежей нашего Отечества в это непростое время.
– Не посрамим, ваше величество, - вытянувшись, ответил Вальронд.
– Это, кажется, вы были командиром пограничного крейсера «Орел», когда он едва не погиб в жесточайший шторм, а вы его отвели от камней?
– Так точно, ваше величество.
– Мне министр финансов докладывал, а вы, Александр Дмитриевич, - обратился Николай к сопровождавшему его командиру Отдельного корпуса пограничной стражи генералу Свиньину, - кажется, даже выразили «сердечную благодарность» командиру «Орла»?
– Так и было, ваше величество.
– Очень хорошо, кстати, - кажется, сей славный корабль по классу относится к крейсерам?
– Так точно, ваше величество.
– А коли так, то и командир корабля должен иметь соответствующее звание, тем более, что ротмистр Вальронд давно заслужил повышения по службе, - с улыбкой произнес император.
– Оно, конечно, так, - забормотал Свиньин, - но, корабль, сами понимаете, формально, конечно, да.
– Никаких но, повелеваю командиру крейсера «Кондор» иметь звание подполковника. Да и вообще, не пора ли морякам-пограничникам иметь уже морские звания, а то ходят в кавалеристах. Да и вы тоже генерал от артиллерии.
– Воля ваша, - улыбнувшись, ответил Свиньин.
– Вот именно, - ставя точку, произнес монарх.
Вскоре «Кондор» под командованием теперь уже капитана второго ранга Вальронда продолжил свою непростую службу, наводя ужас на контрабандистов. Не одно призовое судно «Кондор» привел в базу, положив в российскую казну весьма ощутимую сумму. Но новое задание было необычным, и командир корабля волновался, понимая всю ответственность. Шутка ли - целый арсенал оружия. Хотя, с другой стороны, охотничий инстинкт уже пробудился, а в этом смысле командир «Кондора» был весьма азартен.
Вальронд собрал офицеров своего корабля и объяснил задачу. Разложив карты, офицеры стали живо обсуждать предстоящее дело. Конечно, на флоте так было не принято. Обычно командир получал приказ и просто доводил его до подчиненных. Но пограничная служба дело особое, тонкое, тут не грех и посоветоваться, а приказ у пограничников всегда один: защищать рубежи Отечества.
– Ваше мнение, Александр Сергеевич, - расспрашивал Вальронд своего штурмана, - вот вы - капитан грузовой посудины, тяжело груженой оружием. Вам надо незаметно пройти в наши территориальные воды и где-то тихой сапой избавиться от своего опасного груза? Учтите, с одной стороны, место должно быть довольно безлюдным, а с другой стороны, иметь достаточно серьезный пирс для причаливания и дорогу, чтобы вывезти груз.
Офицеры склонились над картой.
– А откуда они пойдут?
– спросил в свою очередь штурман Николишин.
– Неизвестно, скорее всего, из Англии, а пункт назначения, скорее всего на территории Финляндии.
– В любом случае я бы попытался перехватить их вот здесь, - сказал штурман, обозначив район на карте.
– В крупные порты они соваться не станут. На этом побережье Ботнического залива есть несколько маленьких городишек. Народ в основном промышляет рыболовством, снабжение тоже во многом идет морским путем, так что пирсы есть.
– А глубины фарватеров? Учтите, судно перегружено.
– Проверю.
– А что если они вообще не станут никуда заходить?
– задался вопросом мичман Штрембер, совсем юный, но уже вполне опытный офицер пограничного надзора.
– Объяснитесь, Николай Карлович?
– Действительно, с таким грузом в большие порты заходить не станешь, охранка, пограничники, таможенники, - заметно волнуясь, начал говорить мичман, - в маленьких портах, конечно, разгрузиться можно, но там каждое судно на виду, а потом надо долгие версты ехать с этим грузом по суше. Тоже риск попасться достаточно велик. Можно перегружаться в море на маленькие суда и разгружаться небольшими партиями. Если даже какое-то судно попадется, то это будет только часть партии.