Чтение онлайн

Стрелки, тяжело дыша, кинули свой "легкий" MG с магазинным питанием на плоский камень, пулеметчик рывком дернул затвор, и сходу высадил длинную очередь трассерами по валунам, целясь так, чтоб хотя бы часть пуль легла в щели между ними. Дайтон же, не глядя в сторону врага, закинул оружие на плечо и, соскальзывая, метнулся вниз, к беспомощно лежащему на камнях Нойзу. Толкнул в сторону Веронику, которая, и не думая бежать, стояла над телом Эльмара и бесстрашно, но бестолково стреляла из карабина куда-то в небо, подхватил логиста подмышку и забросил его безвольную руку к себе на шею. Лисса подскочила с другого бока, обхватив раненного, и по мере сил помогая генералу... Рядом зашипела дымовая граната, брошенная кем-то из стрелков, и, непроизвольно глотая ядовито-зеленый дым, Дайтон и журналистка потащили тяжелого Эльмара наверх, в укрытие, где стрекотал пулемет, посылая к скалам напротив магазин за магазином.

– Гранатомет! Смотрите за гранатометами!
– выдохнул Дайтон на вершине, передавая санитарам тело теряющего сознание Нойза, - Бинты, морфин!

Генерал осмотрелся, - Лисса склонилась над Эльмаром, маникюрным ножом режет рукав ветровки, принимает у санитара биты и впитывающий пакет. Лью, не отрываясь от прицела, раз за разом стрелял по невидимому врагу, быстро меняя пачки и злобно ругаясь по-вестфольдски. Петер на что-то указывал стрелку-истребителю, который тщательно вглядывался в бронзированную трубку оптического прицела своей винтовки, водя ею из стороны в сторону в поисках мишени, рядом неумело пыталась дослать пачку в магазин карабина Вероника. "Единый сохрани, кажется, я всех вывел!" - ощущая накатывающую слабость, подумал Дайтон. Эльмар ранен, но выживет, - от ранения предплечий умирают редко. Дайтон сознавал, что им сказочно повезло, и пытался сообразить, что делать дальше...

– Сир, на одиннадцать часов вспышка и дымы, - дошел вдруг до его сознания обеспокоенный голос лейтенанта, который оторвался от бинокля.

Больше ничего Дайтон в этот день не услышал, - его тело само рванулось вперед, сбивая с ног Веронику, опрокидывая на лежащего Эльмара Лиссу, накрывая их в надежде защитить... А из горла вырвался непроизвольный вопль, в котором неопытный слушатель не без труда бы разобрал привычное военному: "ЛОЖИСЬ!!!"

А потом все утонуло в свисте, вспышке, и гулком, закладывающем уши разрыве...

– ...ну и вот, короче. Он значит, такой, мне и говорит, - типа, ты чего волнуешься-то? Это же по пьяни было, бывает, никто особо не горюет, один ты, короче. А я, - я вообще так уже крепко парюсь, и нафиг, чем-то задним чувствую, что по делу...

– Да ты вообще быстро панику начинаешь, и чаще всего не по делу, - проворчал Макс Бушинг, не отрываясь от стереотрубы, - Кабы ты тогда с ходу врубился о чем речь, то и не палился бы, да и всех бы нас не спалил...

Романо Хамстерн потер нос, и после краткого раздумья вынужден был согласиться.

– Да что там, заглупил я тогда, конкретно. Надо было срочно веником прикинуться, а я чет повелся, как олух последний. Да и Лелик, - вот ты, Лелик, чего тогда мне знак заткнуться не подал?

Лелик Тук степенно пожал плечами и отхлебнул чай из кружки.

– Я-то тогда вообще был не причем. Когда вы с Максом тогда начали спорить, мне уж недосуг было, я засыпал уже. А чего вы потом учинили?! У меня спрашиваешь? Я и не помню. Даже сейчас не помню, честно-то.

– Мы с Максом уже дураки были полные. Ты подорвал тогда виски брать, причем явно паленый, или Фродо, блин-оладушек, Девятипалый? "Я водку не пью, я водку не пью..." Вот и отравились нахрен.

– Типа, это я вас заставлял виски с пивом мешать?

– Нет, а вот выпили бы водки просто, и ничего бы мешать не захотелось... А ты, олух, потом сидел в сторонке и кивал - да, я, да мы... Да там народу было - гребанная тыща!

– ... человек тридцать...

– ... и каждый мог попробовать в эту свечку чем-то кинуть...

– ... но кидали то только вы, по очереди...

– ... но попробовать-то каждый мог... и потом хрен кому чего докажешь!

– Да уж. Разберем ситуацию, - Лелик отставил кружку и упер локти в столешницу, - В трактире сидит тридцать людей и трое хоббитов. Из них два полных долбня. Хоббиты надираются в зюзь, и начинают развлекаться. Например - на спор тушат свечу монетками, с десяти шагов. Свеча падает, загорается гобелен на стене, валит дым, народ разбегается, трактир сгорает дотла. Спрашивается - кто виноват? Уж наверное, не трое хоббитов!

– Это пристрастная версия, короче. Спекуляция, и типа того что, расизм. Махровый.

– Это, ептыть, правда святая. А я с вами за компанию попал, дурак! Меня вообще недолжны были в армию брать, даже при мобилизации. У меня спина.

– У всех спина, а забрали тебя потому, что ты пониже спины больно хитрый, и сдал нас всех к чертям собачим... Есть же в мире справедливость. Хотя, тебя как раз, лучше бы забрали в кутузку. Там смазливых страсть как любят... У нас хавка есть еще? Готовая, если понимаешь, о чем я.

– Вон в котелке каша. Можно еще сварить. Коли ты все равно тушенку открыл. Печенюшки вроде оставались...

– Я сейчас еще одну пачку открою, ладно? Волосатик, видать там чего нибудь?

– Не-а...

– Ну хватит туда пялиться, давай уже кушай, а то нас с Леликом твоя порция на всякие опрометчивые поступки провоцирует, типа.

– Хорош жрать, Романо. Нам тут еще три дня сидеть, а ты уже половину пайков заточил. Вискарь остался?

– Что-то плещется...
– Романо поднял фляжку и слегка встряхнул, - Тебе хватит.

– От, подонок, и вискарь-то весь уже выдул. А он на неделю был уговорен, между прочим.

– Ну а хрен ли тут еще делать-то...
– Романо печально откинулся головой на скатанное одеяло, и от нечего делать стал ковырять кончиком ножа какую-то деревяшку.

– Лелик?
– через некоторое время послышался его голос.

Лелик оторвался от затвора винтовки, который вдумчиво протирал ветошью, - также от безделья, и вопросительно поднял взгляд на Романо.

– Лелик, а Лелик... А не думаешь ли ты отсюда ноги сделать? Как Вик Холмс, к чертовой матери домой?

– Дезертировать-то? Умом штоль, рехнулся, мастер Ромчек? Меня ж предок в лесу за Смиалами зароет, блин масляный. Дослужить штрафные, получить законное жалование, - и обратно в Аннуминас, доучиваться... Я ж не дурак вроде тебя.

– У, я-то думал, ты уже созрел. А ты еще чего-нибудь помнишь разве, из наук?

– Ну...
– Лелик гордо вскинул подбородок, - Я конечно не практиковал все это время, но база-то у меня есть. База - это самое важное.

– База...
– Романо хмыкнул и язвительно протянул, - Лелик-Лелик, а не ты ли простейшую асинхронность вычислительных блоков тогда на экзамене не смог выявить? База у него...

Лелик обиделся.

– "Простейшую"... дурак, ты, мастер Хамстерн, коли считаешь, что я... Там брак был! Производственный! Кто бы его выявил на глазок-то? Два блока нормально работали, а в третьем ведущая шестерня редуктора стояла сорванная!

– А кожух снять и эталоном проверить, - вообще не судьба?

– А, блин, кто тебе на экзаменах эталон-то даст?!

– А препод разве не даст?

– Не даст! Там надо по показаниям прибора все выявлять, а ты этого знать не можешь, и почему бы это?! А потому, что ты, дурень, до четвертого курса и не доучился. Предпочел кассовые машинки и калькуляторы настраивать в купеческих лавках да на биржах.