Чтение онлайн

Наконец!

В середине августа наш ковельский аэродром посетил Бельке. Он только что ездил с военной миссией в Турцию и сейчас возвращался в главный штаб., Рассказав нам о своем путешествии, он упомянул и о том, что хочет организовать истребительный авиаотряд и продолжить боевую работу на Сомме. Для этого у него имелось разрешение набирать в свой отряд людей, которые, по его мнению, были полезны для его дела. Я не осмеливался просить его взять меня. Мне еще не наскучил русский фронт, здесь было интересно летать, но мысль о карьере истребителя на Западном фронте не давала мне покоя.

На следующее утро Бельке должен был ехать дальше. Совсем рано кто-то постучал в мою дверь, и я был вне себя от восторга, увидев на пороге великого человека с лентой «Pour le Merite». Мы были знакомы, но у меня и в мыслях не было стать его учеником. Он спросил, не хочу ли я поехать с ним на Сомму. Через три дня я уже ехал через всю Германию к новому месту службы. Моя мечта, наконец, сбылась. Я не думал, что бУДУ иметь тот успех, который имею теперь. Когда я покидал своих в России, один из моих друзей крикнул мне: «Смотри, не возвращайся без ордена «Pour le Merite»!

Моя первая английская жертва. 17 сентября 1916 г.

16 числа Бельке проинструктировал нас. Мы еще не имели больших успехов и поэтому внимали с открытыми ртами. Мы получили новые аэропланы и на следующий день полетели с Бельке в первый раз. Ожидалась большая активность англичан. Подойдя к фронту, мы увидели большой отряд британских самолетов, направляющийся к Камбре. Бельке заметил его первым, и мы устремились за ним в атаку. Все хотели достойно выдержать экзамен перед нашим уважаемым командиром.

Мы отрезали англичан от фронта 'и начали сближение. Нас было пять, у них было семь больших двухместных бомбардировщиков. Бельке пристроился близко к ведущему, но пока не стрелял. Я последовал его примеру. Моя жертва стала петлять, не давая мне зайти ей в хвост. Я открыл огонь, но не попал. Мой противник отвечал мне из своего подвижного пулемета. Мною владела одна мысль: этот аппарат обязан упасть. Я ни на мгновение не подумал о том, что другой британец может прийти на помощь своему товарищу. Наконец англичанин перестал петлять, видимо, потеряв меня из виду. Я зашел ему в хвост так близко,, что боялся удариться в него, и дал короткую очередь из своего пулемета. Я чуть не зарыл от восторга! Пропеллер англичанина перестал крутиться, машина стала странно раскачиваться (видимо, я подстрелил пилота). Наблюдателя также.не было видно. Англичанин опустился неподалеку от одного из наших аэродромов. Я настолько был возбужден победой, что сел рядом, чуть не разбив свой аппарат. К нам бежало множество солдат. Мои догадки оказались верны: я разбил мотор и тяжело ранил летчика и наблюдателя. Наблюдатель скончался на месте, летчик - по пути в перевязочный пункт. Я почтил память павшего врага и поспешил домой.

Когда я вернулся на аэродром, все уже завтракали. Меня спросили, почему я задержался. Я с гордостью сказал, что сбил англичанина. Все были очень рады. В тот день все, кто летел с Бельке, а также он сам сбили по вражескому аэроплану.

Должен отметить, что с тех пор ни один английский отряд не отваживался летать у Камбре, пока там был отряд Бельке.

Сражение на Сомме

За всю свою жизнь я не встречал столько вражеских самолетов, как на Сомме. Первые англичане появлялись с восходом солнца, последние исчезали с закатом. Бельке как-то раз сказал, что Сомма - эльдорадо для истребителя. Сам он в кратчайшее время довел число своих побед с 20 до 40. Мы же, не имевшие его опыта, все же смело смотрели в глаза опасности. Каждый день было жарко. Против нас иногда выступало 40-60 англичан. Мы, к сожалению, часто оказывались в меньшинстве. Но для нашего противника количество было важнее качества.

Англичане все же, надо признать, проворные парни. Они часто наведывались к нам, прицельно бомбя квартиру Бельке, вызывали нас на поединки и никогда не отказывались драться, не в пример французам, старавшимся в то время всячески избежать встречи с воздушным противником.

Бельке был нашим кумиром, мы во всем стремились походить на него и не допускали даже мысли о том, чтобы в чем-то отстать. К моменту гибели Бельке наш отряд имел 40 воздушных побед, а к настоящему времени - больше сотни. Дух Бельке, великолепного воздушного бойца, живет среди его достойных последователей.

•

Смерть Бельке 28 октября 1916 г.

Однажды мы под предводительством Бельке летели на врага. Погода была ветреная, облачная. Кроме истребителей, других аэропланов не было. В разрыве облаков мы увидели два английских аппарата, которые, казалось, забавлялись плохой погодой. Нас же было шестеро.

Бой начался обычным маневром: Бельке напал на одного англичанина, я - на другого. Но я тут же вынужден был отвернуть, так как на моем пути выросла немецкая машина. Бельке был метрах в 200 от меня, он вместе со своим ведомым расстреливал англичанина. Их машины шли крыло к крылу. Вдруг я краем глаза заметил неестественное движение обеих машин. «Столкновение!» понял я.

Освальд Бельке - командир-Первого истребительного отряда, оказавший огромное влияние на Рихтгофена как летчика-истребителя

Манфред фон Рихтгофен после награждения орденом «Pour le Merite»

Летчики отряда Рихтгофена (слева направо): Фестнер, Шеффер, Манфред фон Рихтгофен, Лотар фон Рихтго-фен, Вольф

Брат Манфреда Лотар фон Рихтгофен

Такого я еще не видел. На самом деле это было не столкновение, а всего лишь соприкосновение двух аэропланов, но, учитывая громадную их скорость, оно имело, по-видимому, фатальные последствия для аэроплана Бельке. Он бросил свою жертву и начал спиралевидный спуск. Когда он прошел подо мной, я увидел, что крылья его аэроплана обломлены. Скрывшись в облаке, он потерял целую поверхность. Его падение сопровождал его ведомый, чей аппарат остался невредим. Когда мы вернулись домой, нас ждала ужасная весть - Бельке погиб. Представляю, как должен был переживать это человек, явившийся невольной причиной гибели нашего командира. Странное дело: многие люди искренне верили, что являлись лучшими друзьями Бельке, на деле же были едва знакомы с ним. У него не было личных врагов, всем без исключения этот человек был приятен. Только один человек, тот, кто явился причиной его гибели, быть может, был ему ближе других. Ничто не случается без Божьей воли, это было единственным утешением для наших душ в течение войны.

Моя восьмая жертва, или я получаю медаль

Во времена Бельке восемь сбитых машин было солидным числом. Теперь, когда у некоторых летчиков победы исчисляются десятками, может показаться, что сбивать аэропланы стало легче. Это не так - с увеличением числа аэропланов возрастает вероятность воздушной победы, но не надо забывать о том, что и тебя тогда могут скорее сбить. Вооружение наших врагов постепенно совершенствуется, а их число возрастает. Когда Макс Иммельман сбил свой первый аэроплан, он обнаружил, что на нем нет даже пулемета! Такая оплошность теперь может быть допустима только на тыловых аэродромах да в учебных частях.

9 ноября 1916 г. мы с моим другом Иммельманом (однофамильцем покойного великого летчика, бывшим всего 18 лет от роду) полетели к неприятелю. Мы с ним были давно и хорошо знакомы, а товарищество - незаменимая вещь в воздухе. У меня было уже семь побед, у Иммельмана - пять. На подлете к фронту мы увидели отряд вражеских бомбардировщиков, идущих в сторону нашего аэродрома. Их было очень много, и мы сразу ринулись в атаку. Я приблизился к последней машине и открыл огонь. Первыми очередями я «отключил» пулеметчика. Возможно, я попал и в пилота, так как машина резко пошла вниз, не сбросив бомб. Чтобы закрепить успех, я выстрелил еще несколько раз. В то же время Иммельман сел на хвост другому англичанину и также свалил его. Оба аэроплана упали рядом, неподалеку от нашего аэродрома в Ляникуре. Мы поспешили на посадку, чтобы взглянуть на сбитые нами машины. Едва приземлившись, мы вскочили в автомобиль и поехали к месту падения неприятелей. Было очень жарко, я снял куртку, шлем и расстегнул рубашку. Сапоги мои были в грязи, так что вид у меня был совсем не боевой. Я подошел к машине, ставшей моей жертвой. Вокруг собралось много народу. Подойдя к одному из офицеров, я козырнул и спросил его о его впечатлении от воздушного боя. Он детально осведомил меня, а потом, спросив, кто я, взял за руку и куда-то повел. Я очутился в компании нескольких офицеров, коим и был представлен. Мне не нравилось мое положение, так как все они выглядели с иголочки, а я, как уже сказал, имел весьма потрепанный вид. Ко мне проявил интерес странный офицер: он был одет в генеральские брюки, имел неопределенные эполеты и орден на шее. Его моложавое лицо показалось мне знакомым; во время разговора с ним я застегнулся как можно незаметнее и вообще принял более воинственный вид. Я все же не мог вспомнить, кто это. Я простился с ним и поехал домой. Вечером нам в отряд позвонили, и я узнал, что беседовал не с кем иным, как с Его Высочеством Великим герцогом Сакс-Кобург Гота. Мне было приказано поехать к нему. Оказалось, что англичане хотели разбомбить его ставку, а я своей атакой сорвал их намерения. За это я получил сакс-кобургскую медаль за храбрость.

Майор Хоукер

Я был очень горд, когда узнал, что 23 ноября сбил летчика, считавшегося английским Иммельманом. Произошло это так.

Утром я вылетел на свободную охоту и заметил три английских истребителя. Они бросились на меня, а так как я был не прочь подраться, то не стал их разочаровывать. Я находился ниже их, и поэтому вынужден был ждать, пока кто-нибудь из них меня атакует. Один англичанин попытался сесть мне на хвост, но я уклонился, встав в крутой вираж. Последовала карусель, мы с англичанином рьяно старались зайти друг другу в хвост. Высота была около 3000 метров.