Чтение онлайн

– Гуруджи, должен ли человек принести себя в жертву, а не убивать дикого зверя?

– Нет, человеческое тело драгоценно. Оно имеет наивысшую эволюционную ценность из-за уникальных мозговых и спинномозговых центров, которые позволяют просветленному верующему полностью постичь и выразить самые возвышенные аспекты божественности. Ни одна низшая форма жизни не оснащена таким образом. Это правда, что человек берет на душу незначительный грех, если он вынужден убить животное или любое другое живое существо. Но Веды учат, что бессмысленная потеря человеческого тела является серьезным нарушением кармического закона.

Веды учат, что бессмысленная потеря человеческого тела является серьезным нарушением кармического закона.

Я вздохнул с облегчением: в священных книгах не всегда встречается оправдание естественных инстинктов.

Так получилось, что я никогда не видел Учителя вблизи леопарда или тигра. Однажды с ним столкнулась смертоносная кобра, но только для того, чтобы быть побежденной любовью моего гуру. Эта разновидность змей вызывает большой страх в Индии, где ежегодно от ее укуса умирает более пяти тысяч человек. Опасная встреча произошла в Пури, где у Шри Юктешвара была вторая обитель, расположенная в очаровательном месте неподалеку от Бенгальского залива. Свидетелем этого случая стал Прафулла, молодой ученик, недавно пришедший к Мастеру.

– Мы сидели на открытом воздухе рядом с ашрамом, – поведал мне Прафулла. – Неподалеку появилась кобра, четыре фута чистого ужаса. Сердито раскрыв капюшон, она бросилась к нам. Мой гуру приветливо хихикнул, как будто увидел играющего ребенка. Я был вне себя от ужаса, увидев, как Учитель ритмично хлопает в ладоши [84] . Он развлекал наводящего ужас гостя! Я сохранял полную неподвижность, мысленно вознося все исступленные молитвы, на какие был способен. Змея, находившаяся очень близко к моему гуру, замерла, казалось, очарованная его ласковым отношением. Страшный капюшон постепенно уменьшался в размере. Змея скользнула между ног Учителя и исчезла в кустах.

– Тогда для меня было необъяснимо, почему мой гуру двигал руками и почему кобра не атаковала их, – заключил Прафулла. – С тех пор я пришел к пониманию, что мой божественный учитель не боится пострадать ни от одного живого существа.

Однажды днем, в первые месяцы моего пребывания в ашраме, я заметил, что Шри Юктешвар пристально смотрит на меня.

– Ты слишком худой, Мукунда.

Его замечание задело меня за живое. О том, что запавшие глаза и изможденный вид были мне совсем не по душе, свидетельствовало множество тонизирующих средств, хранившихся в моей комнате в Калькутте. Ничего не помогало, хроническая диспепсия преследовала меня с детства. Временами на пике отчаяния я задавался вопросом, стоит ли продолжать жить с таким нездоровым телом.

– У лекарств есть ограничения, у созидающей жизненной силы их нет. Верь в это: ты будешь здоров и силен.

Слова Шри Юктешвара пробудили во мне убежденность в истине, которую каждый может проверить на собственном опыте и которую ни один другой целитель – а я обращался ко многим! – не смог вселить в меня.

День за днем – о чудо! – я поправлялся. Через две недели после неявного благословения Учителя я набрал здоровый вес, которого мне не хватало. Постоянные недомогания с желудком прошли и больше никогда в жизни меня не беспокоили. Позже я не раз становился свидетелем того, как мой гуру мгновенно при помощи божественной силы исцелял людей, страдающих от тяжелых болезней – туберкулеза, диабета, эпилепсии или паралича. Но никто не был так благодарен за исцеление как я, внезапно освободившийся от своего трупного облика.

– Много лет назад я тоже никак не мог набрать вес, – признался мне Шри Юктешвар. – В период выздоровления после тяжелой болезни я посетил Лахири Махасайя в Бенаресе. «Господин, я был очень болен и потерял много фунтов». – «Я вижу, Юктешвар [85] , ты довел себя до болезни и теперь считаешь себя худым». Совсем не такого ответа я ожидал, однако мой гуру ободряюще добавил: «Дай мне посмотреть. Я уверен, что завтра ты должен почувствовать себя лучше». Восприняв его слова как намек на тайное исцеление, на следующее утро я не был удивлен долгожданным приливом сил. Я разыскал своего учителя и ликующе воскликнул: «Господин, сегодня я чувствую себя намного лучше!» – «В самом деле! Сегодня ты придал себе сил!» – «Нет, учитель! – запротестовал я. – Это вы помогли мне. Впервые за несколько недель у меня появилась хоть какая-то энергия». – «О да! Ты страдал довольно серьезной болезнью. Твое тело еще ослаблено, кто знает, каким оно будет завтра?» Мысль о возможном возвращении слабости вызвала у меня дрожь холодного страха. На следующее утро я с трудом дотащился до дома Лахири Махасайя. «Господин, я снова заболел!» Гуру насмешливо взглянул на меня: «Вот как! Ты снова довел себя до болезни». – «Гурудев, теперь я понимаю, что день за днем вы высмеивали меня». Мое терпение иссякло. «Я не понимаю, почему вы не верите моим правдивым признаниям». – «Вообще-то это твои мысли заставляли тебя чувствовать себя попеременно больным и здоровым». Мой учитель нежно посмотрел на меня. «Ты заметил, что здоровье в точности соответствовало твоим ожиданиям. Мысль – это сила, такая же, как электричество или гравитация. Человеческий разум – это искра всемогущего сознания Бога. Я мог бы показать тебе, что все, во что твой могущественный разум верит очень сильно, мгновенно сбудется».

Мысль – это сила, такая же, как электричество или гравитация. Человеческий разум – это искра всемогущего сознания Бога.

Зная, что Лахири Махасайя никогда не бросает слов на ветер, я обратился к нему с большим благоговением и благодарностью: «Учитель, если я буду считать, что я здоров и восстановил свой прежний вес, произойдет ли это в действительности?» – «Это уже произошло». Мой гуру говорил серьезно и смотрел мне прямо в глаза. И вдруг! Я ощутил прилив не только силы, но и веса. Лахири Махасайя погрузился в молчание. Проведя несколько часов у его ног, я вернулся в дом своей матери, где останавливался во время визитов в Бенарес. «Сын мой! В чем дело? У тебя отек от водянки?» Мама с трудом верила своим глазам. Мое тело теперь стало таким же крепким, каким было до болезни. Я взвесился и обнаружил, что за один день набрал пятьдесят фунтов, они остались со мной навсегда. Друзья и знакомые, которые прежде видели меня исхудавшим, были ошеломлены. В результате этого чуда многие из них изменили свой образ жизни и стали учениками Лахири Махасайя. Мой гуру, пробужденный в Боге, знал, что этот мир – не что иное, как объективированный сон Творца. Поскольку Лахири Махасайя полностью осознавал свое единство с Божественным Сновидцем, он мог материализоваться или дематериализоваться или внести по своему желанию любые изменения в неземное видение [86] .

– Все творения Господа подчиняются законам, – заключил Шри Юктешвар. – Законами природы называются те, что проявляются в окружающей нас вселенной и могут быть открыты учеными. Но существуют более тонкие законы, управляющие сферами сознания, которые можно познать только через внутреннюю науку йоги. Скрытые духовные уровни также имеют свои определенные природой и законами принципы действия. Истинную природу материи постигает не ученый-физик, а полностью осознавший себя мастер. Поэтому Христос смог исцелить ухо слуги после того, как оно было отрезано одним из учеников [87] .

Истинную природу материи постигает не ученый-физик, а полностью осознавший себя мастер.

Шри Юктешвар был несравненным толкователем священных книг. Многие из моих самых счастливых воспоминаний связаны с его рассуждениями. Но его драгоценные мысли никогда не сгорали напрасно в костре беспечности или глупости. Стоило мне беспокойно поерзать на месте или слегка впасть в рассеянность, как Учитель прекращал говорить.

– Ты не здесь, – однажды днем Мастер прервал свою речь, чтобы сделать мне замечание. Как обычно, он следил за моей внимательностью и незамедлительно отреагировал.

– Гуруджи! – возразил я. – Я не пошевелился! Мои веки не дрогнули! Я могу повторить каждое произнесенное вами слово!

– Тем не менее ты не был полностью со мной. Твои возражения вынуждают меня заметить, что, слушая меня, ты параллельно возводил в уме три здания. Одно было лесным приютом на равнине, другое – на вершине холма, третье – у океана.

Эти смутно оформленные мысли действительно присутствовали в моем уме почти на грани подсознания. Я послал гуру извиняющийся взгляд.

– Что поделать, если мой учитель проникает в мои случайные размышления?

– Ты сам дал мне это право. Тонкие истины, которые я излагаю, нельзя постичь без полной сосредоточенности. Без необходимости я не вторгаюсь в уединение чужих умов. У человека есть данная природой привилегия тайно блуждать среди своих мыслей. Без приглашения Господь не входит туда, и я не отваживаюсь вторгаться.

– Вы всегда приглашены, Учитель!

– Твои архитектурные мечты осуществятся позже. Сейчас время для учебы!

Рис. 17. Главное здание Маунт Вашингтон Истэйт в Лос-Анджелесе, основанное в 1925 году как американская штаб-квартира Братства самореализации