Автобиография йога
Шрифт:
И вот «птичка» приготовилась «спикировать» в опасной близости от Калькутты!
Глава 11
Два мальчика без денег в Бриндабане
– Так тебе и надо, если Отец лишит тебя наследства, Мукунда! Как глупо ты растрачиваешь свою жизнь! – нравоучения старшего брата звенели в моих ушах.
Мы с Джитендрой, свеженькие с дороги (это просто образное выражение, на самом деле мы были покрыты пылью), только что прибыли в дом Ананты, недавно переведенного из Калькутты в древний город Агра. Брат работал главным бухгалтером в «Бенгальской железной дороге Нагпура».
– Ты прекрасно знаешь, Ананта, что я хочу получить наследство от Небесного Отца.
– Деньги важнее, к Богу можно прийти и позже! Откуда нам знать? Жизнь может оказаться слишком долгой.
– Бог важнее, деньги – Его рабы! Зачем что-то загадывать? Жизнь может оказаться слишком короткой.
Мой ответ был вызван остротой момента и не содержал никаких предчувствий. И все же нить времени оборвалась для Ананты рано и окончательно. Несколько лет спустя [69] он переместился в страну, где денежные купюры уже не играли никакой роли.
69
См. главу 25.
– Мудрость, полученная в обители, я полагаю! Но я вижу, ты покинул Бенарес, – глаза Ананты удовлетворенно заблестели, он все еще надеялся заполучить птичку в семейное гнездо.
– Мое пребывание в Бенаресе не было напрасным! Я нашел там все, к чему стремилось мое сердце! Можешь быть уверен, это далеко не твой пандит или его сын!
Ананта вспомнил тот случай и засмеялся вместе со мной. Ему пришлось признать, что выбранный им бенаресский «провидец» оказался близорук.
– Каковы твои дальнейшие планы, мой странствующий братец?
– Джитендра уговорил меня поехать в Агру, чтобы полюбоваться красотами Тадж-Махала [70] , – поведал я. – Затем мы отправимся к моему новообретенному гуру, у которого есть обитель в Серампуре.
Ананта гостеприимно разместил нас в своем доме. Несколько раз в течение вечера я замечал, что его взгляд задумчиво устремлен на меня.
«Мне знаком этот взгляд! – подумал я. – Брат что-то замышляет!»
70
Всемирно известный мавзолей.
Разгадка наступила во время раннего завтрака.
– Итак, ты чувствуешь себя совершенно независимым от богатства Отца? – с невинным видом Ананта вновь поднял неприятную тему вчерашнего разговора.
– Я осознаю свою зависимость от Бога.
– Пустые слова! До сих пор ты жил безбедно! Хотел бы я посмотреть на тебя, если бы тебе пришлось обращаться к Невидимой Руке за пищей и кровом! Вскоре ты бы начал просить милостыню на улицах!
– Никогда! Я бы не стал вверять свою жизнь в руки прохожих, а не Бога! Он может изобрести для Своего верного последователя тысячу способов пропитания, помимо чаши для подаяния!
– И снова пустые слова! А что, если бы я предложил подвергнуть твою хваленую философию испытаниям в нашем реальном мире?
– Я бы согласился! Ты ограничиваешь Бога только лишь умозрительным миром?
– Посмотрим. Сегодня ты получишь возможность либо переубедить меня, либо подтвердить мои взгляды! – Ананта сделал драматическую паузу, затем заговорил неторопливо и серьезно. – Я предлагаю отправить тебя и твоего товарища по ученичеству Джитендру этим утром в близлежащий город Бриндабан. Вы не возьмете с собой ни единой рупии, не будете просить ни еды, ни денег. Вы не должны никому сообщать о своем затруднительном положении, не должны голодать, и вам нужно найти средства, чтобы уехать из Бриндабана. Если вы вернетесь ко мне домой до полуночи, не нарушив ни одного установленного правила, я буду самым потрясенным человеком в Агре!
– Я принимаю вызов.
Ни в моем голосе, ни в сердце не было колебаний. Мне с благодарностью вспомнились случаи Мгновенного Благодеяния: мое исцеление от смертельной холеры благодаря обращению к портрету Лахири Махасайя; игривый подарок в виде двух воздушных змеев, когда я стоял на крыше Лахора с Умой; своевременное появление амулета в минуты моего уныния; решающее послание, которое принес неизвестный бенаресский садху к порогу дома пандита; видение Божественной Матери и Ее величественные слова любви; Ее быстрый ответ на мои незначительные затруднения через Мастера Махасайя; помощь в последнюю минуту перед сдачей выпускных экзаменов в школе и величайшее благо – мой Учитель, явившийся во плоти из тумана мечтаний всей жизни. Никогда бы я не признал, что моя «философия» не пройдет испытаний на суровом полигоне земного мира!
– Такая готовность делает тебе честь. Я немедленно посажу вас на поезд, – Ананта повернулся к Джитендре, который слушал нас с открытым ртом. – Ты должен пойти с нами в качестве свидетеля и, очень вероятно, такой же жертвы испытаний!
Полчаса спустя мы с Джитендрой держали в руках билеты в один конец для нашей спонтанной поездки. В укромном уголке станции мы позволили Ананте нас обыскать, чтобы он убедился, что у нас нет никаких спрятанных сокровищ. Наши простые дхоти [71] не скрывали ничего, кроме наготы.
71
Дхоти завязывается узлом вокруг талии и прикрывает ноги.
Так как вера пересеклась с серьезной сферой финансов, мой друг запротестовал:
– Ананта, дай мне одну или две рупии для подстраховки, чтобы я мог телеграфировать тебе в случае неудачи.
– Джитендра! – мое восклицание прозвучало резко и укоризненно. – Я не буду продолжать испытание, если ты возьмешь деньги для подстраховки.
– В звоне монет есть что-то обнадеживающее, – Джитендра больше ничего не сказал, поскольку я строго посмотрел на него.
– Мукунда, я же не бессердечный, – в голос Ананты прокрался намек на сожаление. Возможно, его мучила совесть – за то, что он отправил двух мальчиков без денег в незнакомый город, или за его скептическое отношение к вере. – Если по счастливой случайности или милости Бога ты успешно пройдешь испытание в Бриндабане, я попрошу тебя принять меня в свои ученики.
Это обещание звучало довольно странно, под стать необычному случаю. Старший брат в индийской семье редко склоняется перед младшими, больше него уважают и почитают только отца. Но у меня не оставалось времени на ответ – объявили отправление нашего поезда.
Джитендра хранил мрачное молчание, пока наш поезд преодолевал мили. Наконец он встрепенулся и, наклонившись, больно ущипнул меня.
– Я не вижу никаких признаков того, что Бог собирается снабдить нас пищей!
– Успокойся, Фома Неверующий, Господь на нашей стороне.
– А ты можешь сделать так, чтобы Он поторопился? Я уже умираю с голоду от одной только мысли о том, что нам предстоит. Я покинул Бенарес, чтобы посмотреть на мавзолей Тадж-Махал, а не для того чтобы войти в собственный!
– Не унывай, Джитендра! Разве нам не предстоит впервые взглянуть на священные чудеса Бриндабана? [72] Я испытываю глубокую радость при мысли о том, что буду ходить по земле, освященной стопами Господа Кришны.
Дверь нашего купе открылась, к нам сели двое мужчин. Следующая остановка поезда должна была стать последней.
72
Бриндабан, расположенный в округе Муттра Соединенных провинций, является индуистским Иерусалимом. Здесь Господь Кришна явил свою славу на благо человечества.