Чтение онлайн

Однажды зубоскальство Пул Ду привело Джея Би в такую ярость, что он схватил гладкий, плоский речной камень и запустил им в приятеля, угодив точнехонько по затылку. Тут уж мне не пришлось скучать — оба моих помощника валялись на земле, изредка со стонами переползая с места на место.

Рана на голове Пул Ду обильно кровоточила, и я со всех ног бросился к своему грузовику за марлей и тампонами. Мимоходом взглянув на Джея Би, сидевшего возле сарая, я увидел, что его выворачивает наизнанку.

Пока Пул Ду осыпал своего обидчика самыми разнообразными прозвищами, я перевязал ему рану и обмотал голову бинтом для лошадей, после чего он приобрел сходство с раненым солдатом.

Тем временем Джей Би стянул с себя рубашку, сунул ее в лошадиную поилку, а когда она промокла тщательно вытер себе лицо и грудь. Покончив с этой процедурой, он повязал рубашку вокруг головы, как тюрбан, и стал похож на настоящее чучело.

Тут на площадку рядом с сараем на полной скорости вкатился седан Джо Франка. По тому, как хлопнула дверца его автомобиля, можно было догадаться, что хозяин чем-то раздражен. А при виде его наивно-голубого костюмчика для гольфа, белых туфель и козырька от солнца нам стало понятно, что вывело его из себя, — видимо, Джо играл в гольф и продул несколько партий.

Сделав несколько шагов в сторону сарая, он заметил Джея Би. В этот исторический момент парень стоял на коленях возле лошадиной поилки, по локоть сунув руки в воду. На голове у него красовался тюрбан. Потом на глаза Джо попался Пул Ду, прислонивший к изгороди корраля голову, обвязанную лошадиным бинтом.

— Что здесь происходит? — выпалил Джо, нервно подергивая плечом (такая у него была привычка, проявлявшаяся тем заметнее, чем сильнее он выходил из себя), — что с тобой случилось, Пул Ду?

— Это все из-за Джея Би, он треснул меня по голове вот таким здоровенным камнем, — ответил тот, указывая на груду камней.

— Ничего такого я не делал! — внезапно возвращаясь к жизни, завопил Джей Би. — Это был всего-навсего кусочек старого гравия. Нечего потешаться надо мной из-за того, что мне стало плохо. Он все время издевается надо мной, а все потому, что у меня слабый желудок.

Джо Франк окончательно разъярился. Теперь он не только подергивал плечами, но и быстро сплевывал — это было вторым, более грозным, признаком приближающейся грозы.

— Вы уволены! — заорал он. — Убирайтесь! Надоело, я по горло сыт вашими дрязгами! И Джо тяжелой поступью вернулся к своему автомобилю, сел за руль и рванул с места так, что из-под колес взметнулся фонтан гравия вперемешку с травой.

Приятели неуверенно поднялись на ноги и, пока я заканчивал обрабатывать рану у лошади, принялись от скуки открывать и закрывать ворота, словно ничего не произошло. Когда я снял с лошади уздечку, Джей Би рассеянно отвел ее в загон и проверил, есть ли там вода и сено.

— Ну, и чем вы теперь намерены заняться? — поинтересовался я. — Ведь вы оба только что лишились работы!

— Сначала отремонтируем забор там, на задах, — ответил Пул Ду, — а потом приведем в порядок погрузчик для силоса.

— Но ведь он вас уволил! — поразился я.

— Бросьте, док, Джо увольняет нас каждую неделю, — признался Джей Би. — Он же говорил не всерьез. Я всю жизнь живу у него на ферме и работал еще на его отца. А Пул Ду появился здесь даже раньше меня. Может, мы и простые батраки, но считаем эту ферму нашим родным домом!

— Да если бы он действительно уволил нас, мы бы все равно никуда не ушли, — добавил Пул Ду. — Понятия не имею, куда бы я пошел. Кроме того, без нас мистеру Джо Франку просто не справиться! Ведь он даже не представляет где что лежит! Нет, если мы уйдем, ему придется бежать за нами вдогонку, чтобы еще до темноты вернуть обратно!

Фермеры не часто доверяют своим работникам — таким, как Пул Ду и Джей Би — в той мере, в которой они этого заслуживают, изо дня в день выполняя основную работу в хозяйстве. Я же никогда не стеснялся признать, что их помощь значительно облегчала мой труд за исключением тех случаев, разумеется, когда им хотелось повалять дурака.

Новые клиенты клиники порой не могли скрыть удивления, разглядывая мои дипломы и другие официальные удостоверения, украшающие стены приемной, смотровой и хирургического кабинета.

— Почему же, проучившись столько лет, вы не стали настоящим врачом? — вопрошали они.

Сначала меня это обижало, но со временем я научился отшучиваться и порой отвечал, что лечу животных, так как терпеть не могу людей. Было понятно, те, кто спрашивали, вряд ли когда-нибудь раньше прибегали к помощи ветеринара и понятия не имели о том, сколько нужно учиться, чтобы стать доктором ветеринарной медицины.

Безусловно, помогая животным, ветеринар действует во благо людей, а иногда сельскому ветврачу приходится в буквальном смысле брать на себя ответственность за человеческую жизнь. Лично я не сомневаюсь, что тогда, в шестидесятые годы, спас жизнь одному знакомому охотнику, Биллу Джеку Смиту. Вся жизнь Билла подчинялась двум страстям: его собственной страсти к охоте и страсти его жены Лорен давать мужу указания. Он был истинным фанатиком охоты и при каждом удобном случае вместе со своей сворой гончих отправлялся травить енотов, в том числе и для того, чтобы держаться подальше от жены с ее постоянным брюзжанием и нескончаемым потоком директив. Билл был коротышкой, тогда как Лорен была заметно выше мужа, значительно больше весила и имела несгибаемый, как гвоздь, характер. Она частенько поколачивала супруга, и бедняга Билл то и дело появлялся на соседней лесопилке с физиономией, разукрашенной ссадинами, синяками и царапинами. Что говорить, такая семейная жизнь не выглядела слишком привлекательной.

Однажды в воскресенье, поддавшись минутному порыву и втайне от Лорен, Билл сел за руль своего пикапа и отправился в Меридиан, где за целую тысячу долларов приобрел, как он полагал, чистокровную охотничью собаку. Продавец заверил Билла, что эта молодая гончая родилась в результате тщательно спланированной вязки двух достойнейших родителей, обладавших непревзойденными охотничьими качествами. Однако местная охотничья элита с сомнением отнеслась к ее способностям и подозревала, что Билл просто-напросто свалял дурака. В те дни такая сумма за подросшего щенка считалась огромной, хотя я и знавал любителей, плативших за породистую собаку еще дороже. Тем не менее Билл гордился своим приобретением, которое назвал Смерть Енотам, сокращенно Сменой.

С точки зрения любителей охотничьих собак, Смена выросла настоящей красоткой. К году она превратилась в длинное, тощее существо, передние ноги которого были немного короче задних, что, по мнению Билла, обеспечивало ей преимущество в скорости во время погони за зверем. Процентов шестьдесят ее туловища покрывала блестящая белая шерсть с мелкими темными пятнами, остальные сорок процентов были темно-серыми. Отличное состояние шерсти свидетельствовало, что Смену хорошо кормят и что у нее нет ни блох, ни глистов. При виде любого человечка ее торчащий кверху хвост начинал буквально летать из стороны в сторону, а морда расплывалась в широкой собачьей улыбке. Единственным дефектом, который мне удалось заметить, было опущенное нижнее веко, придававшее морде собаки скорбное выражение. Однако Билл заверил меня, что именно так и должна выглядеть настоящая гончая.