Чтение онлайн

Я тоже погружаюсь в свои мысли, разве что в отличие от Оливи продолжаю смотреть под ноги и вообще слежу, куда мы идём.

Нас обгоняют, и постепенно из середины рыхлой человеческой «змеи» мы оказываемся в хвосте, но всё же на площадь выходим не последними. Оливи по-прежнему безучастна, и я увлекаю её в сторону от возвышения, чтобы не быть зажатыми в самой толчее, но в то же время достаточно близко, чтобы хорошо видеть происходящее.

Студенты других факультетов в основном уже собрались, выделяются «чёрные» — выстроились в монолитный квадрат как по линеечке.

— О, вот вы где! — из толпы как чёрт из табакерки выскакивает Дор. Его неизменный оптимизм сейчас явно не к месту.

— Где же ещё?

— Уму непостижимо, Бекка… Вчера после ужина мы вместе обошли корпус, вместе вернулись, разошлись по комнатам. Я не представляю, что ей могло понадобиться у «чёрных»…

Оливи приглушённо всхлипывает.

— Расследование покажет, — пожимаю я плечами.

— Покажет, — кивает Дор, однако уверенности в его ответе ни грамма.

— С-с-с…

Удар гонга медленно затухает.

На возвышение поднимаются две девушки в домашних платьях и с косынками на головах. У одной в руках большущий чайник, другая несёт огромную чашку.

Я ожидаю, что начнётся бытовая сценка, всегда с неё начинается, но девушки, подхваченные задорной мелодией, пускаются в пляс: отбивают ритм каблуками, кружатся, притоптывают, ставя ногу то на пятку, то на носок, подбрасывают и ловят реквизит, на лицах счастливые улыбки. Напоминает польку или кадриль — живо, весело, с яркими народными мотивами.

В мелодию вклинивается перезвон, а затем музыка резко обрывается, и на возвышение выбегает парень в тёмно-серой косматой шубе с капюшоном. Похож он скорее на какого-нибудь волка-оборотня с помойки, чем на астральную тварь.

Растопырив руки, парень тяжело подпрыгивает, капюшон с него едва не спадает. Девушки с визгом шарахаются, роняют чайник с чашкой. Парень в шубе кидается на одну, на другую, и девушки падают, изображая гибель.

— Бекки. — Оливи утыкается мне в плечо, всхлипывает.

Я приобнимаю её за плечи и продолжаю следить за спектаклем.

Парень в шубе уходит со сцены, на возвышение поднимается другой. Он бросается к девушкам, зовёт их, заламывает руки, несколько карикатурно, но очень понятно показывая горе.

— Кто бы вас ни убил, я сниму его голову! — выкрикивает он.

Возвращается парень в шубе, медленно надвигается.

Шансов у человека нет, артист опускается на колени и прикрывает голову, показывая поражение. Парень в шубе демонстративно замахивается.

В последний момент человека спасает явившийся Многоликий Дух.

На прошлогоднем Фестивале у уличных артистов костюмы были получше. У Духа шуба точь-в-точь как у астральной твари, только вместо капюшона зловещая маска.

Дух отгоняет тварь, помогает человеку встать, протягивает пылающий огнём рунический символ. Человек его принимает и с его помощью убивает тварь.

Аплодисменты.

Представление завершается ещё одним танцем.

— Оливи, прости, но я должна идти. Дор, тебя не затруднит поддержать Оливи?

— А-а?

— Я должна участвовать в параде.

Оливи не совсем понимает, что я от неё хочу, и я просто перевешиваю её со своего локтя на локоть Дора и сбегаю.

Участники шествия собираются на небольшой площадке рядом с Горбатым мостом, так что от центральной площади мне нужно повернуть налево — и я на месте.

Счастливых обладателей призванных духов не так уж и много. Человек сорок на всю академию? Я молча киваю в знак приветствия, оглядываюсь. Кажется, я пришла последней, а значит, буду замыкающей и соберу все провожающие взгляды.

Я не успеваю огорчиться, как меня окликает Фиби:

— Айви! Пойдёшь передо мной? — При виде Фырьки её дух мигом пытается спрятаться у хозяйки за пазухой.

— Спасибо, — улыбаюсь я.

— Мрру?

Безучастная Фырька вдруг приподнимает голову, принюхивается.

А ведь призванные духи для неё лакомая добыча…

Студенты расступаются, пропуская меня к Фиби. Благодаря ей меня встречают вполне доброжелательно, кивают в ответ, а кто-то даже вслух восхищается Фырькой. Моя питомица очень мелкая для хтони, но вот для призванного духа, наоборот, крупновата, а она от удовольствия ещё и распушается, чуть ли не в шарик превращается, кокетливо оборачивается хвостом.

Я мимоходом присматриваюсь к духам. В основном бурые, рыжеватые или цвета горького шоколада. Светлые и совсем белые, как у Фиби, тоже есть, но их мало. И… в чём суть шествия? В темноте никто ничего не рассмотрит. Снова формальность ради галочки?

— Добрый вечер, Фиби, — здороваюсь я.

— Не будь такой формальной, Айви! О, прости. Должно быть, тебе сейчас тяжело. Я слышала, что погибшая первокурсница с Белого факультета?

— Да, пугающая трагедия. Что произошло и кто виновен, неизвестно.

Почему-то среди обладателей духов нет ни одного «чёрного»…

— Академия даже в самые неспокойные времена была территорией безопасности. Поверь, расследование будет идти до тех пор, пока кланы не получат удовлетворительный ответ.

Ха…

Если дознаватель будет искать истину — хорошо. Только сомнительно после всего, что я видела на своём факультете. А уж называть академию безопасной территорией…

Дважды ха!

Удар гонга обрывает мои пустые размышления.

Встрепенувшись, Фиби оттягивает полу жакета:

— Мими, выбирайся скорее! Мими?

— Фью? — Призванный дух высовывает мордочку, опасливо оглядывается, но всё же слушается и перебирается из укрытия хозяйке на плечо.

Над Горбатым мостом вспыхивает магический свет. М-да, могла и догадаться.

— Занятно, — внезапно хмыкает Фиби.

— Что именно?

— Фырь откровенно предвкушает внимание и восхищение, а ещё, как я помню, она довольно беспардонная и временами агрессивная.

— С-с-с-с?

— Это комплимент, — заверяет Фиби.