Чтение онлайн

— Слушай, Егор! Надо убираться отсюда, пока не поздно, — выдохнул китаец, убедившись, что их никто не слышит.

— Куда? — опешил Астахов, — Может, для начала понять, что происходит.

— Пока ты будешь разбираться, что к чему, время упустим, — не унимался тот, — ты же не хочешь сгинуть тут, на краю космоса? Ты к этому стремился всю свою жизнь?

Встретившись с товарищем взглядом, Астахов вдруг осознал, что тот на сто процентов прав. Он понятия не имел, что нужно делать в таких случаях, но ясно было одно, ничего хорошего в ближайшем будущем им не светит. Как, черт возьми, флот Корпорации нашел их базу? И, Боже! Где Ксения?

С одной стороны разум вопил, что нужно бежать, что-то делать, спасаться, а с другой — ощутив острый и пронзительный страх, он вдруг поймал себя на мысли, что мир вокруг начал обретать краски, проявляясь четкими очертаниями ясного и от этого трагического смысла. Казалось, сама судьба определила его место на этой базе, давая возможность проявить все свои лучшие качества. Нет! Он не может просто сбежать! Однако прилив решимости вступить в неравный бой и умереть за правду быстро стал затухать. Туман рассеялся, и все снова стало вокруг реальным до боли.

— Почему ты уверен, что нас всех убьют? — голос Егора дрогнул.

Вэй раздраженно фыркнул и закатил глаза.

— А ты думаешь, что нас будут гладить по заднице! Хватит тупить, Астахов! Это смерть! — китаец на мгновение показался ему безумцем. — Короче, либо ты идешь со мной, либо я улетаю без тебя.

— На чем?

— Я знаю, где наш корабль. И собираюсь на нем улететь.

Это было похоже на плохой фильм, и Егор захотел, чтобы сеанс быстрее закончился. Может, все еще не так страшно? Может, база выстоит? Может, их всех просто арестуют? А потом отпустят?

— Эй! Очнись! — напомнил о себе китаец, — Решай быстрее!

— Я не могу, — пробормотал Астахов.

— Чего не могу?

— Не могу вот так. Сбежать. Иначе, зачем мы здесь?

Егор вдруг вспомнил о Карго и Весте, оставшихся в зале, о Ксении, которая именно сейчас нуждается в нем больше всего. Его мутило. Сделав несколько глубоких вдохов, Астахов почувствовал, что стало легче, и посмотрел на китайца, нетерпеливо сверлившего его взглядом. Похоже, что их пути расходятся.

— Я должен быть там, — Егор показал на двери в зал, — там мои друзья.

Развернувшись, он направился назад, с каждым шагом понимая, что сейчас, в эту секунду он принимает самое важное решение в своей жизни.

— Если передумаешь, я в посадочной зоне номер три, — крикнул вслед Вэй.

В конференц-зале тем временем решался главный вопрос: оставаться и защищать базу, или экстренно эвакуироваться на ближайшую планету, где можно укрыться, хотя бы до появления подкрепления.

— Мы уже сообщили на «Октавию», но они прибудут минимум через пятнадцать астрочасов, — сообщил Гарсиа.

— К этому времени нас превратят в лаву, — продолжил второй коротко стриженый мужчина, видно тоже из числа руководителей базы, — нужно эвакуироваться на Виолу.

— Все равно все не успеем, да и кораблей на всех не хватит, — возразил кто-то из толпы, — лично я останусь здесь.

— Правильно! — поддержали его еще несколько человек, — Что толку прятаться на планете, на которой нас без труда найдут и разбомбят с орбиты.

Дэвид Гарсиа поднял руку, успокаивая собравшихся. Всем видом он старался показать, что контролирует ситуацию, но было заметно, как он нервничает, то и дело растерянно окидывая взглядом зал.

— Друзья! Я понимаю, что вы хотите сражаться, но подумайте о женщинах и детях. Что будет с ними?

В зале зашумели, люди о чем-то спорили и возмущались. Где-то в центре зала возникла потасовка. Обстановка накалялась.

— Стойте! Успокойтесь! — крикнул, стоявший рядом с командующим мужчина.

Когда шум стих, он продолжил.

— Предлагаю отправить детей и женщин на Виолу, а самим принять бой. Все согласны?

Зал разразился гулом одобрения.

— Тогда все по местам! — прозвучала команда, — Готовность номер один! Начальников наблюдательных постов, старших стрелков и командиров эскадрилий собраться через пять минут в офисе командующего!

Народ начал понемногу расходиться. В лицах читалась тревога и беспокойство, но все спешили к своим рабочим местам, понимая, что исход боя будет зависеть от каждого из них. Молча с угрюмыми осунувшимися лицами люди шли по коридорам, охваченные единым порывом и решимостью. Это потом они остынут и осознают, что их ждет месиво и братская могила в этом железном мешке посреди ледяного вакуума. Но сейчас они казались себе героями, которые непременно одержат вверх в неравной схватке с коварным и жестоким противником.

Егор с тоской провожал взглядом обитателей базы, покидающих зал, с надеждой всматриваясь в их лица и фигуры, время от времени догоняя тех, что были похожи на Ксе. Когда коридор опустел, он двинулся следом, размышляя, где она может быть.

— А мы тебя потеряли, — обрадовалась Веста, появившись откуда-то из бокового коридора.

— Где Карго?

— Здесь я, — ответил тот, выходя из-за толстой конструкции, — что будем делать?

Грустно посмотрев на друзей, он только и смог произнести:

— Надо держаться вместе. Мне нужно кое-кого отыскать.

— Я видела ее, — сказала Веста, сразу сообразив, о ком речь, — она ушла с парнями вон в тот туннель.

Девушка показала на дверь, расположенную ниже их уровня, к которой вела лестница.

— Ты не ошиблась? — спросил Егор.

— Уверена, это была она.

Успев крикнуть, чтобы они оставались здесь, Астахов галопом помчался к туннелю, оказавшемуся длинным мрачным коридором со скудным освещением, ведущим вниз к шахтам-хранилищам универсального топлива.

Спустившись на уровень ниже, Астахов увидел впереди едва различимые силуэты и голоса. Вскоре он догнал небольшую группу мужчин, среди которых оказалась и Ксения. Негромко окликнув ее, Егор невольно сжался, ожидая взрыва негодования от того, что посмел приблизиться.

Однако та, оставив своих спутников, направилась к нему, и в полутьме коридора Астахов даже не разглядел, а, скорее почувствовал, что если и не прощен до конца, то, по крайней мере, уже не враг на всю оставшуюся жизнь.

Остановившись в метре от него, Ксения грустно посмотрела ему в глаза. От этого взгляда у Егора внутри что-то перевернулось и заныло. Он подошел ближе, она не шелохнулась. Ледяные руки девушки дрожали.