Чтение онлайн

— Еще, — простонала я. — Пожалуйста. Сильнее. Быстрее.

Словно только этого и ждал, Роман ускорил темп, перемещая одну руку обратно между моих бедер, снова играя с моим клитором. Выгнув спину, я захныкала, перебирая пальцами его густые шелковистые волосы. Мои глаза были закрыты, но я слышала, как он тяжело дышал, наши тела были так тесно переплетены. Синхронизированы. Наше неровное дыхание смешалось.

Что-то происходило внутри меня. Как будто я попала в круговорот бабочек. Оно возносило меня все выше и выше. Выходило из-под контроля. Я словно покинула свое тело.

— О, Роман… — вскрикнула я, не в силах закончить предложение.

— Оставайся со мной, детка. Открой глаза и смотри, как я кончаю с тобой.

Что я и сделала. Невыносимая легкость бытия захватила меня. Я покинула эту планету, когда эйфорические волны экстаза унесли мою сущность. На его лице было выражение страстной решимости. С последним сильным толчком мой прекрасный Голубой Морфо кончил, и я почувствовала, как его горячее семя излилось внутрь меня. Мы летели вместе в неведомые небеса. В вихре любви. А вернувшись на бренную землю, я всхлипнула и выдохнула его имя. Роман упал на меня сверху.

Задыхаясь, он прошептал в мою грудь.

— Да, моя Бабочка.

Я обхватила руками его влажное от пота тело и крепко прижала к себе, когда его рыдания присоединились к моим. Катарсические рыдания, наполненные радостью и облегчением.

Словно мы двое были потеряны, а потом найдены.

Глава 45

Роман

Я сжимал Софи в объятиях, ее теплое, невесомое тело доверчиво прижималось к моему. Она крепко спала.

Сегодня ночью я вышел из темного кокона.

Я отправился в полет. С моей прекрасной Бабочкой. Взмыл в стратосферу.

Она освободила мою душу. Дала ей крылья.

Я поцеловал волосы Софи, вдыхая их аромат.

Я так сильно ее любил.

Так чертовски сильно. Но еще не сказал ей об этом.

Уткнувшись ей в шею, я прошептал эти три маленьких слова:

— Я люблю тебя.

Софи пошевелилась, и я не был уверен, услышала она их или нет.

Затем она улыбнулась.

Под одобрительным взглядом Авы я притянул ее ближе к себе и закрыл глаза.

Глава 46

Софи

Секс стал частью нашей жизни. Роман хотел меня так же сильно, как я хотела его. Мы не могли насытиться друг другом. Хотя мне не с кем было его сравнивать, но он — самый щедрый и творческий любовник, которого только можно себе представить. В спальне он был таким же творческим гением, как и в своей студии. Всегда изобретателен, пробовал новые позы, доводил меня до новых высот экстаза. И всегда говорил мне, какая я — красивая, и я всегда смирялась с его словами.

В его поведении произошла разительная перемена. Меркантильный, задумчивый мужчина исчез, его сменил человек полный жизнерадостности. Он постоянно улыбался и смеялся. Общался. Проводил значительно больше времени в своем ателье, работая с мадам Дюбуа и ее командой над созданием коллекции. Моя работа была более или менее закончена, но чтобы он не терял вдохновения, я оставалась рядом с ним, высказывая свое мнение и часто выступая в качестве модели для примерки. Платья от кутюр, большинство из которых все еще находились на разных стадиях завершения, были ослепительны. Каждый раз, когда меня просили надеть одно из них, я смущалась. Но не так сильно, как от его украденных поцелуев, из-за которых я каждый раз взлетала ввысь. Или от наших тайных побегов в его спальню наверху.

В свободное время я вернулась к рисованию на холстах и устроила в углу ателье свою маленькую студию. Втайне начала работу над картиной «Голубой морфо», которую собиралась подарить Роману, когда она будет закончена.

Только один человек знал, что я спала с Херстом. Мадам Дюбуа. Она узнала об этом сразу — на следующее утро после того, как я лишилась девственности. Я чуть не пропустила завтрак с ней и странно ходила из-за боли между ног. Роман лишь подтвердил это, когда появился через несколько минут, его здоровый глаз сверкал, и он пел оперу на итальянском, не меньше! Позже в тот же день она доверилась мне и сказала, что Роман не спускался к раннему завтраку со дня смерти Авы и не пел так.

— Софи, mon ch'erie, — сказала она, взяв меня за руку, — ты так ему подходишь. — И больше не касалась этой темы.

Мои родители понятия не имели о моих отношениях с Романом. Они знали, что я все еще работала на него и была безмерно счастлива на своей работе. Очень, очень счастлива! Я любила свою работу! Я любила его! В конце концов, мне придется им все рассказать, но я беспокоилась о том, как к этому отнесется мой папа. Он очень оберегал меня, и я заметила, что отец не очень тепло отнесся к Роману, когда мы были у них дома на его дне рождения. Мама говорила, что в последнее время он неважно себя чувствовал, и я размышляла, не связано ли это с его заботой обо мне. Беспокоясь о нем, я испытывала искушение навестить их снова, но из-за стремительного приближения крайнего срока сдачи коллекции времени не оставалось. Все работали сверхурочно, в том числе и по выходным.

К моему огромному удовольствию и удивлению, прямо перед выходными 4 июля Роман пригласил Винсента в ателье, чтобы познакомить того с коллекцией. Верный своему слову, он собирался позволить моему дорогому другу быть главным фотографом на предстоящем показе от кутюр и выложить фотографии на своем сайте и в других социальных сетях.

— Боже, эти платья просто потрясающие, — восторгался Винсент, когда Роман приложил ко мне платье, украшенное моими бабочками, нарисованными вручную. — Где вы собираетесь проводить показ?

— Я еще не знаю, — ответил Роман, обнимая меня за талию. — Мне нужно выяснить это в ближайшее время.

— Ты должен позволить Софи быть одной из твоих моделей!

Стоя на специальной платформе высотой в фут, я зарделась от смущения и чуть не потеряла равновесие.

— Я. Так. Не. Думаю.

Роман смотрел на меня с обожанием, с любовью и похотью, сверкающими в его единственном глазу.

— Гарсия, это отличная идея. Софи идеальна. — Он сделал паузу, его голоса стал низким и соблазнительным. — Совершенна во всех отношениях.

Херст заговорщицки подмигнул Винсенту, и в этот момент я поняла, что мой хороший друг знал о нас. Он бросил мне ухмылку «я же тебе говорил», и я почувствовала, что покраснела еще больше. Как и Роман, Винсент с его острым зрением фотографа видел больше, чем большинство людей. Больше, чем казалось на первый взгляд.

— Эй, Соф. Ставка все еще в силе.

Роман бросил на него озадаченный взгляд.

— О чем ты говоришь, Гарсия?

Винсент подарил ему ироничную улыбку.

— Увидишь.