Бабы нас погубят
Шрифт:
– Да... Он был такой хороший... Но мне наврали, наврали про соревнования, про олимпиаду, про все...Ни в какую команду меня не брали и не собирались брать... И учебу я запустила, все тренировалась, как дура. Я уеду... Дай мне денег.
– Сиди и никуда не уходи!
– крикнула Рая и толкнула Карташову на койку.
– Сиди, все сейчас решим.
Александра потянулась под одеялом и спросила сонным голосом.
– Что вы орете с утра?
– Вставай, - резко сказала Рая.
– Вставай и позови Юлию с Еленой в бытовку. Быстро, я тебе говорю!
Александра похлопала глазами, встала, влезла в халат и вышла их комнаты.
– Ты кому-нибудь рассказывала про все?
– спросила Рая, а Карташова отрицательно замотала головой.
– Ну, и молодец. Не трусь, все обойдется.
– Тебе легко говорить. А что я маме скажу?
– Ничего не скажешь.
Рая уже знала, что делать и, быстро одевшись, пошла в бытовую комнату, в коридоре догнала Юлию и Александру. Елена плелась позади.
Рая прикрыла дверь и сказала тихо.
– Девочки, Галка Карташова залетела и горит... Эта дурочка неизвестно чего натворит с собой.
– Залетела?
– весело проснулась Александра.
– А кто?
– Все равно кто! Дело вот в чем. Нужны деньги... Одна из вас украла у меня нашу общую кассу.
– ЧТО?!
– Тихо! Тихо... Никто кроме вас этого сделать не мог. Я все деньги вам верну, раз так по моей вине вышло. Но сейчас сделаем так... Все разойдемся, и до обеда я хочу, чтоб вот сюда, под ковер сунули хотя бы двести долларов. Карташову надо выручать... И все - больше об этом вспоминать не будем.
– Сама и суй эти деньги.
– лениво предложила Елена.
– Хорошо, суну сама.
– ответила Рая.
– Но Карташову надо спасать Во всем разберемся потом.
Мартышка.
Она вышла из бытовой комнаты и тут же отделилась от подруг. Она знала, что все подозревают её и только её.
Пистолет с четырьмя оставшимися патронами лежал в её комнате, под матрацем, а куда она спрятала украденные у подруг деньги - просто не могла вспомнить. Да этот вопрос её уже более не заботил: найдут, в свое время.
Она скинула халат, быстро натянула джинсы, свитер, накинула куртку и из-под матраса достала пистолет. Сунула его за пояс джинс и рывком распахнула дверь тут же столкнулась со своими подругами.
Все трое молча смотрели на нее. Всем четверым все было ясно. Мартышка рванулась и пистолет выпал из-за пояса, с грохотом упал на пол.
Она наклонилась подхватила оружие и рванулась по коридору, не прислушиваясь к окрикам в спину.
Бегом она спустилась по лестнице, почему - то её показалось, что в холле её могут остановить, а потому она пошла медленней, что её и спасло на данный момент.
Издали она увидела, что возле старухи-вахтерши стоят двое милиционеров и двое в штатском. Один из них допрашивал её в четверг, допрашивал по поводу убийства Олега Михайловича. Было совершенно очевидным, что её - вычислили в конечном счете. И сейчас - приехали именно за ней.
Мартышка резко остановилась, но очень спокойным шагом прошла в торец коридора, уверенно распахнула дверь в мужской туалет.
Полуголый парень глянул на неё изумленно и забыл закрыть рот от удивления.
Мартышка прошла мимо него, распахнула окно и решетку, вспрыгнула на подоконник , а потом соскочила на землю.
И побежала под легким утренним дождем через двор на улицу.
Вадим и Голубев.
Они получили телеграмму жены Вадима только на второй день после её отправки. Прилетели в Москву глубокой ночью. Приехали прямо в Клуб. И с раннего утра сидели в кабинете, пытаясь разобраться в оставленных счетах и документах Олега Михайловича. Было уже очевидным, что старик перед смертью повел опасную игру, нахватал кредитов, за которые теперь придется расплачиваться. Но каждый не высказывал этой мысли вслух. И так все понятно.
Рассветало. Голубев выключил люстру, но Вадим попросил.
– Включи. А то тут, как могиле.
Голубев снова врубил свет и отошел к окну. Внизу сиротливо чернел теннисный корт и видны были ворота, возле которых Мелентьев играл со здоровенной овчаркой, невесть когда появившейся при охране.
Сквозь ворота проехал автомобиль, Мелентьев отдал честь - машина остановилась возле коттеджа и из не вышел полковник Скрастин.
Голубев слышал его шаги по лестнице и бросил через плечо.
– Полковник Скрастин с утренним визитом.
– Ну-ну, - неопределенно ответил Вадим.
– Ты знаешь, что мы усилиями покойного компаньона, сгорели вконец и синим пламенем? Он наделал кучу долгов от имени фирмы...
– Справимся.
– Возможно... Но без массажных кабинетов надеюсь?
Голубев усмехнулся.
– Теперь нам нет смысла голосовать. Осталось только двое.
Скрастин вошел в кабинет без стука, хмуро поздоровался и сел.
– Ну, конец фирмы?
– спросил он.
– Мы ещё побарахтаемся, - слабо улыбнулся Вадим.
– Дай Бог. Но у вас будут серьезные неприятности.... Убийцу вычислили и час назад поехали арестовывать. Она сгорела на алиби и прочих несоответствиях..
– Кто?
– повернулся от окна Голубев.
– Из вашего "курятника", ребятки. Вас ждут тяжелые времена... Боюсь, что я вам ничем не могу помочь.
– Зачем тогда пришли?
– спокойно спросил Вадим.
– Что бы взять вас под охрану, - усмехнулся Скрастин.
– Она ещё не арестована.
– Гуляйте, Василий Степанович, - сказал Голубев.
– Охрана нам не нужна.
– Пусть так.
– не стал спорить Скрастин.
– Стреляет она, между прочим, неплохо.
– Не пугай.
Полковник вышел и Голубев видел через окно, как его машина выкатилась за ворота.
Под рукой Вадима звякнул телефон, он поднял трубку и произнес несколько невыразительных слов, потом молча послушал и опустил трубку на аппарат..
– Рая Бондарева звонила.
– сказал он безразлично.
– Да? Что сказала?
– не поворачиваясь от окна, спросил Голубев.
– Сказала, что убийца с пистолетом направилась к нам. Сюда.
– Она уже здесь.
Вадим поднялся, подошел и встал рядом. Оба видели, как сквозь ещё незакрытые ворота стремительно прошла девушка в джинсах и яркой куртке. Она вскинула голову и побежала к коттеджу.
– Вызовем милицию?
– безразлично спросил Вадим.
– Что ж мы... Двое мужиков... Будем просить спасения...От одной мартышки?...
В руках девушки блеснуло оружие, но оба , словно отупев, стояли на фоне окна, ярко высвеченые светом люстры - два четких силуэта, словно мишени в тире .