Чтение онлайн

В работе экспертов-криминалистов Голубев не отметил какой-то определенной системы - суета их казалась ему малоосмысленной, но это он обьясянил собственным невежеством в данном вопросе.

Часа через три Вадим, уже вернувшийся в свое обычное деловое состояние полностью, затащил старшего лейтенанта в кабинет, выставил на стол коньяк и сказал решительно.

– Старлей, я работаю с профессионалами и в те дела, где ничего не понимаю - не лезу. Лишних вопросов не задаю. Выпейте рюмашку и скажите хотя бы то, что вам дозволено по долгу службы.

– Что?
– устало спросил старлей и отодвинул от себя налитую рюмку.

– Хотя бы общую картину событий.

– Это можно... Неизвестное лицо вошло через служебный вход в здание, вскрыло оружейный шкаф, достало ружье и затем произвело два выстрела по пострадавшему.

Ничего более вразумительного старлей не сказал, даже когда ему предложили взять непочатую бутылку коньяка с собой.

Еще через полчаса, когда от всей опергруппы осталось только пара человек с непонятной Голубеву аппаратурой, Вадим сказал ему.

– Я останусь здесь, а ты отправляйся к полковнику Скрастину. Встречаемся завтра, в полдень...

– К полковнику?
– удивился Голубев.

– Дела есть дела, - сдержанно разозлился Вадим.
– Мы обещали у него быть с визитом и должны у него быть! Мертвые или живые!.. Извинишься, передашь подарки, про события ничего не говори , он и так про все узнает.

– Вадим.. Но это как-то неправильно все.
– попытался возразить Голубев и закончил напряженно.
– Я думаю, что Валерия убили мерзавцы из "Восточного ветра". Больше некому! Они же на нас "наезжали"!

Вадим продекламировал неприязненно.

– Мертвый пусть во гробе спит, жизни радуйся живущий!... Пока жив.

Последняя фраза была произнесена с такой многозначительностью, что Голубев спросил.

– Что значит "ПОКА ЖИВ"?

Вадим выглянул за двери кабинета, убедился, что его никто не может подслушать, вернулся к Голубеву и сказал тихо.

– Это значит, что милиция должна работать в своем направлении. Пусть ищут. А мы будем живы, пока молчим. Иначе следом за Валерой на тот свет отправимся и ты , и я, и наш дед.

– Как тебя понимать?
– спросил Голубев.

– Так и понимай. Завтра, завтра все обмозгуем. И "Восточный ветер" и прочее. Поезжай к полковнику. Дела прежде всего.

Голубев неестественно хохотнул.

– Сперва запугаешь до смерти, потом предлагаешь дела! Так что сказал на прощанье Валерий?

– Обсудим.
– упрямо ответил Вадим.
– Завтра. А то ты будешь плохо спать. Будь здоров.

...До той квартиры, где полковник Скрастин полу-конспиративно принимал свою клиентуру было около десяти минут езды по уже опустевшим улицам. Да и дождь кончился. Возле высокоэтажного блочного дома в глубине дворов Голубев остановил машину, вытащил из багажника причитавшиеся полковнику Скрастину подарки и поднялся на третий этаж. Голубев подозревал, что квартира эта - служебная, служит для всяческих потайных милицейских целей. Скорее всего конспиративное логово напичкано всякого рода подслушивающей, поднюхивающей и подсматривающей аппаратурой, так что в разговоры на скользкие и опасные темы здесь было лучше не встревать.

Полковник Скрастин открыл двери, едва Голубев нажал на звонок, и вместо приветствия спросил без любопытства.

– Ну что, грохнули вашего тренера?

– Вы уже знаете?
– подивился Голубев.

– Плохой бы я был мильтон, если б заранее не знал, кого и когда в моем районе прикончат.

– Как это - заранее?

– Да так, - неопределенно повел крупной, пепельно-серой головой Скрастин.
– Есть у меня такой список кандидатов.

– И наш "Тайм-брэк" занимает в нем первое место?

– Нет. Вы вырвались вперед, нарушая прогноз. На первом месте был банкир Шукуев и его, как известно, взорвали летом вместе с автомобилем.На втором месте мальчики из конторы "Сигма-Экспресс". Странно, что ещё живы... Ну, да ничего, месяца не пройдет, как у них тоже объявится покойник. Они подошли к рубежу.

Голубев поставил коробки своих приношений на пол в прихожей и спросил.

– К какому рубежу, Василий Степанович?

– К тому рубежу, за которым российский бизнес становится смертельно опасным.

Голубев внимательно посмотрел на него. Невысокий, коренастый, в стеганой домашней куртке Скрастин производил впечатление туповатого мужика, который ни при каких условиях не мог дослужиться выше поста регулировщика на перекрестке. Ан нет, к пятидесяти годам Скрастин был полковником. Видать потому, что не только свое дело ИСПОЛНЯЛ, но ещё и думал, имел свою собственную теорию по криминалу и даже составил очередь бизнесменов-покойников.

– И в чем этот рубеж заключается?
– вежливо осведомился Голубев.

Скрастин повел плечами.

– В степени делового риска. В соотношении законных и незаконных операций. Орлята из "Сигмы-Экспресс" - перешагнули рубеж.
– он внимательно посмотрел на Голубева из-под клочковатых бровей, потом взглянул на приношения и спросил насмешливо.
– Ну, и какое заведение ваш клуб собрался открывать на зимнее бессезонье?

– Пока не знаем.

– А я опять же заранее знаю. Массажный кабинет откроете, или казино с рулеткой. Вот такая ваша дорога к рубежу смерти.

Голубев почувствовал, как его слегка прознобило, но он сумел спросить легко и с улыбкой.

– Это неизбежно и предопределено?

– Да, мой дорогой. Уровень получаемого дивиденда диктуете степень безопасности, неужели тебе непонятно?

– В целом понятно.
– кивнул Голубев.
– Ну, и со скольки долларов дохода начинается опасная зона, то есть ваш рубеж гибели?

Скрастин ответил не задумываясь.

– Как только начнешь зарабатывать три тысячи долларов в месяц - ходи и спи с оглядкой: на тебя может наехать мелкая шпана. Пятьдесят тысяч долларов - нанимай телохранителя. Сто тысяч - бригаду телохранителей, бронированный автомобиль. Пятьсот тысяч долларов - сваливай за границу и руководи фирмой через подставных лиц. Когда счет пойдет на миллионы обворуй собственную фирму и исчезни даже от родных. Все предельно просто.

– Нам до таких параметров далеко, - кисло улыбнулся Голубев.

– Куда вы денетесь? Но вашего тренера грохнули вне системы. Ваш бизнес в данном случае не при чем. А на зимний период... Я бы на вашем месте взялся за сотрудничество с ребятами из "Восточного Ветра". Вместе вам будет веселей. Или открывайте на зиму массажный кабинет.

Голубев спросил с легким вызовом.

– Массажный кабинет с девочками?

Полковник глянул на него подчеркнуто серьезно.

– Я тебе про рубеж смертельного риска пояснил? Пояснил. Ты человек образованный, Вадим Малкин - мужик умный. Старик Зубков Олег Михайлович опытный. Вот и делайте выводы. Когда рубеж перешагнете, то уже и от меня не ждите защиты. Иди.