Багровое небо. Книга 1
Шрифт:
– Спасибо за ночлег, – произнес Астэр, направляясь к калитке.
– Помолитесь за меня Ариадне! – она стояла около крыльца, баюкая малыша и махала нам рукой.
Мы с Астэром вышли на тропинку, где нас уже ждал Ники и наши лошади. Запрыгнув на них, мы галопом направились к главному тракту. Нужно спешить, если хотим добраться до столицы к закату.
Чем ближе была столица, тем сильнее менялся пейзаж и погода. Темные тучи сменились голубым небом и теплым солнцем. На тракте, всегда сопровождаемом густой чащей, появлялось все больше деревень. С каждым разом поселки становились населённее и богаче. Деревянные хижины сменялись каменными домами и мощеными тропинками. Появлялись местные рынки и главные площади. Путников на тракте прибавлялось, встречались телеги, груженные продовольствием или шерстью. Все они стремились на север, в город.
Всю дорогу я думала о своем сне. Астэр рассказывал мне об одном жреце, который спас жизни и закрыл Разломы. Как же его звали? Асарилон? Ирилаон?
Илларион.
Тот самый жрец, что являлся мне в кошмарах. Это его жизнь я видела в своих снах.
Но как это возможно? Между нами, целых триста лет! Кто–то намеренно посылал мне эти сны. Но вопрос, кто это и зачем он это делает?
Однако меня не покидало беспокойство. Казалось, я упускаю что-то важное. Я начала вспоминать события прошлой ночи. В наших судьбах есть нечто общее – это смерть. Его убил демон в глубоком капюшоне. А меня убил…
Постой–ка!
Я вспомнила ночь своей смерти. Магия. Кинжал. Кровь. Мужчина в капюшоне. «Любопытное создание». Те же губы и подбородок. Та же фраза, которую мы слышали, пока умирали. Это один и тот же человек. Бьюсь об заклад, убил меня тем же кинжалом, который стащил у Иллариона в ночь его смерти.
Это заключение подвергло меня в шок. Я вздрогнула.
– Что–то случилось? Ты побледнела, – Астэр подъехал ближе, вытаскивая меня из раздумий.
– Все в порядке! Просто, вспомнила свой сон, аж мурашки пошли.
Хоть мы и сблизились, но я пока была не готова доверить ему все свои секреты и мысли. Мне нужно самой разобраться, кому стоит доверять, а кому нет.
Я хотела отвлечься. Засунула в мешок руку и достала последний пирожок, который нам дала Фири. Булка уже остыла и была жесткая, но начинка из капусты по–прежнему хрустела.
– Ответь–ка на один вопрос, жрец, – я посмотрела на Астэра, не переставая жевать остывший пирожок.
– Ну давай, задавай! – ему явно не понравился мой тон. Это читалась в его голосе и взгляде.
– Эта одежда, я указала на золотой плащ, кожаные штаны и рубашку, – Выглядит очень дорого. Сразу видно, шили ее где-то в столице. Вещи идеально подошли мне по размеру, но вы не могли привезти их с собой, ведь даже не знали, кого ищете. Я могла оказаться мальчиком или ребенком. Да и в Топках такое не продается. Откуда она взялась?
– Ты права. Одежда была пошита в столице. Я не привез ее с собой.
– Что ты имеешь в виду?
– Это магия.
– Что? – от удивления я уронила надкусанный пирожок на землю, – Так вещи не настоящие? Только я их вижу? Я что, голая?!
Я судорожно начала щупать каждый сантиметр ткани, сначала на плаще, потом на штанах. На ощупь настоящий материал.
– Успокойся! – Астэр схватил меня за запястье и отдернул руку, – С помощью магии я перенес их в дом того старика. И нет, ты не голая. Будь оно так, я бы и взгляд не оторвал!
Я толкнула его свободной рукой под ребра. Какой наглец! Не жрец, а распутник. Уверена, что вместо молитв, он ходил в бордель и наслаждался обществом голых дам. Кошмар какой.
– Ты умеешь пользоваться магией? – спросила я, смотря исподлобья. Я всем своим видом давала понять, что не верю ему.
Магия настолько редкий дар, что владеть ею считалось настоящей удачей и благословением богов.
– Да, немного. Но не проси наколдовать тебе драгоценные камни или гору золотых монет. Я такое не умею, – Астэр пожал плечами и поскакал вперед, не давая мне шанса узнать больше.
Как и планировалось, к закату мы оказались на окраине Элисбора. Всё выглядело очень бедно. Небольшие деревянные постройки тянулись вдоль мощеной дороги. Чем дальше от главной улицы, тем хуже выглядели дома: прогнившие окна или двери, дырявые крыши, выбитые стекла. Обстановка подсказывала, что этот район – один из самых бедных в столице.
Мы направились по дороге в сердце города. На улице уже темнело, зажигались фонари. Я аккуратно заглядывала в окна, пытаясь разглядеть, как живут тут люди, но безуспешно. Толстые занавески не пропускали внутрь взгляды любопытных зевак. А вот постоялые дома и бары, наоборот, зазывали жителей и гостей насладиться хорошим вечером в компании выпивки и веселых танцев. Таких мест тут было полно. Везде слышалась музыка, горели огни, толпы пьяных мужчин и женщин вываливались на главную дорогу, чтобы подышать, подраться или опорожнить свой желудок. У кое-каких заведений на крыльце валялись тела спящих пьянчуг.
Этот район вселял в меня страх и небезопасность. Я подъехала ближе к Ники и Карлу, крепче схватившись за поводья.
Мы ехали молча. Никто не хотел привлекать на себя лишнее внимание, однако наши плащи поневоле заставляли людей оборачиваться нам вслед. Они знали, кто едет.
Спустя минут пятнадцать окружение сменилось. Появлялось больше фонарей, каменная мостовая становилась более гладкой и чистой. Дома из дерева исчезли в ночной мгле, сменившись постройками из красного кирпича. Они были просторнее. Богаче. Выше. Больше не было гнилых домов и дырявых крыш, да и постоялые дворы с толпой охмелевших людей оставались позади.
Тут было относительно тихо, лишь цоканье копыт наших лошадей и звуки музыки, доносившиеся вдалеке, нарушали эту тишину. Я осмотрелась. От главной мостовой уходило множество троп. Жилые дома смешивались с магазинчиками, вывески которых я не могла прочитать. Между домами были натянуты фонари и праздничные ленты, украшались также карнизы магазинов красивыми букетами из сухих листьев.
– Что это за праздник? – шепотом обратилась я к Карлу, указывая на ленты и флаги.
– Близится праздник в честь трехсотлетия победы в Кровавой войне, – мужчина нагнулся ко мне, – Через неделю состоится праздничное шествие жрецов храмов Ариадны и королевской семьи.
– А что еще ожидается?
– Утром будет памятная проповедь в нашем храме с бесплатной едой для всех нуждающихся, потом шествие по главной мостовой. Ближе к вечеру на реке будут пускать бумажные лилии и загадывать желания. Очень красивое зрелище, ну и конечно же песни, танцы, выпивка!
На последнем, он сделал небольшой акцент и потрогал свои высохшие и потрескавшиеся губы. Вижу, ему не терпится поучаствовать в предстоящем празднике.
Отличная возможность выбраться из монастыря и поискать своих родителей.