Чтение онлайн

В полученный отвар добавить мелко толчёной селитры, с ноготок толчёного пустынника. Перемешать. Слить отвар в непрозрачный кувшин, да в темном, холодном месте держать.

Если тем отваром на ожившего мертвого брызнуть, то он тут же падет, а тело издымится, запах гнилостный издаст, и прахом рассыплется. Иногда из мёртвых тел огонь возгорается, но на то отвара нужно не менее половины четвертной кружки, а то и сверх...

Из рецепта неизвестного автора.

***

Когда путники подъехали к подножию хребта, было ещё светло, но красноватое солнце уже угасало и медленно клонилось к западу, обшаривая огненными лучами мрачный лес.

В воздухе пахло травами и нагретой за день землёй. Маг слез с коня и медленно пошёл по обочине, раздвигая посохом густые заросли. Его внимательный взгляд всюду искал признаки порчи, но, похоже, искал напрасно. Почва пахла свежестью, а не гнилью. Трава была живой и зеленой. Перед самым сапогом мага на дорогу выскочил шальной бурундук, нырнул под куст и пропал в сырой листве.

Зло, казалось, еще не добралось до хребта Мистрал, но все живое как будто чувствовало неясную угрозу. Мрачно молчали колышащиеся под ветром луговые травы, молчал лес, чуть тронутый сиянием заходящего солнца. И только редкие цветы по-прежнему пахли умиротворяюще и сладко, и где-то вдалеке, не ведая страха, шумела горная река.

Медленно бредущий вдоль дороги тяжеловоз вдруг споткнулся и, с хрустом ломая кусты, упал на обочине. Маг кинулся к нему. Конь смотрел на него печальными влажными глазами, в которых читалось предчувствие близкой смерти. Напрасно Вельбер тянул его за узду — тяжеловоз лежал на траве, болезненно опустив голову. Подняться он даже не пытался.

— Что случилось? — Арти спрыгнул с осла и подбежал к упавшему коню, — учитель, что с ним?

— Не понимаю... — расстроено развел руками Вельбер, — но ему, кажется, очень худо... Может быть, он заболел или съел что-нибудь ядовитое. Или змея укусила...

— Змея! — Арти вскрикнул, — помните, учитель, когда мы ехали по полю и начался дождь? Та змея в грязи?

— Да... Вспоминаю теперь... — маг обречённо покачал головой, — если так, то ему осталось недолго.

В глубокой задумчивости он обошёл вокруг коня.

— Пару лет назад — сказал он, — я уже проезжал это место. Где-то тут, у подножия хребта, есть старая таверна. Её хозяин, насколько я знаю, сведущ в травничестве. Идём, здесь недалеко.

Арти с сомнением взглянул на коня.

— Вельбер, — спросил он тихо, — кажется, он на последнем издыхании... Быть может, будет лучше, если мы дадим ему умереть спокойно?

— Надо попытаться спасти его, — маг с осуждением посмотрел на ученика, и тот пристыжено отвернулся, — я его просто так не брошу. Пойдём. Уже начало темнеть.

Они вышли на узкую, извилистую тропинку и, запинаясь о торчащие из земли корни, начали подниматься в гору.

Когда они углубились в чащу леса, солнце потушило свой последний луч, и на Мистрал обрушилась темная звездная ночь. Лес вокруг стал иссиня-черным, и лишь в густой высокой траве вспыхивали, перекликаясь, голубые и зеленые огни светляков.

Волшебник зажёг факел и поднял его над головой. Танцующее пламя осветило покачивающиеся еловые лапы и петляющую меж кустов тропинку.

— Вельбер, погляди! — Арти показал пальцем на старый деревянный указатель в виде искусно выточенной стрелки.

Чародей кивнул. Путники ускорили шаг, и через несколько минут за поворотом блеснули тусклые огни таверны. Оставив осла у входа, волшебник и его ученик вошли вовнутрь.

В старой таверне вкусно пахло горячей едой, крепким пивом и едким табаком. На неструганном деревянном полу лежали медвежьи шкуры. У окна, за широким столом, шумно ужинала какая-то компания. В воздухе висел голубоватый дым, и сквозь него сонно горели три масляных светильника, прикрученных к потолочной балке.

Хозяин таверны — высокий и крепкий мужик в грязном белом переднике сразу же узнал Вельбера. Отложив в сторону полотенце, он вышел из-за стойки и, подойдя к магу, обнял его, как старого знакомого.

— Оооо! Кого к нам черти принесли! Да, должно быть, и не черти вовсе, а сам дьявол расщедрился! Давненько ты не захаживал, Вельбер. Как сам?

— Здравствуй, Эльбо, — маг улыбнулся, — весь в хлопотах, да в неотложных делах... Даже не было времени заглянуть и проведать старых друзей.

Трактирщик вновь нырнул за стойку.

— Ну-ну, — сказал он наигранно строго, — про друзей негоже забывать. Чего закажешь? Может, пива? Или чего-нибудь горячего?.. А тебе, паренек, — обратился он к Арти, — Чего-нибудь надо? Бараньей лопатки, к примеру? Хех...

— Пока только пива, — уклончиво ответил ученик. Трактирщик понимающе кивнул.

— Ну пива, так пива... Вельбер, вот не поверишь, на той неделе о тебе вспоминал... Тебе плеснуть?

— Не откажусь, — маг взял со стойки пустую кружку и протянул её трактирщику, — а что вспоминал-то, Эльбо? Надеюсь, не тот день, когда я сжег молнией твой флигель?

— Нет-нет... Что ты... — пробормотал трактирщик, наливая пенящийся напиток в узкую деревянную кружку, — сейчас только и остается, что вспоминать. Благословенные времена были, Вельбер! Совсем не то, что сейчас... Что-то ты скучный какой-то... Будешь баранью лопатку, волшебник?

— Давай. Только прожарь её посильнее. Сырого не люблю.

— Вот и славно! Будет тебе ужин, дай только дверь запру... — Эльбо медвежьим шагом подошел к двери и задвинул засов, — нынче у нас лихие времена... Смелый ты мужик, Вельбер! Ты и твой... сын?

— Ученик, — поправил его маг, — Эльбо, у меня к тебе просьба одна. Я тут недалеко коня оставил, худо ему... Помоги, а?

Трактирщик угрюмо покачал головой.

— Ты ведь травник, Эльбо, — не сдавался маг, — дай ему черницы или настойки кислого листа... Против змеиного укуса — самое то.

— Забудь про коня, Вельбер, — трактирщик сел напротив мага, задумчиво подперев голову, — ты многого не знаешь. Здесь, друг, всё изменилось. Мы теперь по ночам не выходим. Как солнце закатится — двери на засов и сидим, дрожим… — Эльбо встал и один за другим притушил светильники. Таверна, и без того неярко освещенная, погрузилась в полумрак.

— Примерно с месяц назад, — продолжал трактирщик, — принесла нелёгкая трёх странных типов. Сели в углу, шепчутся. Провизии заказали — будь здоров, десятерым не сожрать! А как пришла пора расплачиваться — сунули мне несколько красных камней. Вроде рубина, но светятся. Я камни те не взял, как будто почуял что недоброе. Выставил этих проходимцев за порог, и один говорит мне, мол, зря ты это. Мы, говорит, волшебники, сделаем так, что за грубость твою не будет покоя ни тебе, ни твоим гостям, — Эльбо вздохнул, — сказали, да ушли. А мы с тех пор по ночам из дома не выходим, потому, что по лесу... — трактирщик понизил голос до шепота и наклонился к Вельберу, — по лесу покойники бродят.