Чтение онлайн

Неизвестно, воспринимали ли сами ободриты в то время франкские крепости как покушение на своё влияние в регионе: и в Хохбуки, и в Эссефельде найдено немало славянской керамики, что, учитывая отсутствие прямого сообщения этих крепостей с франкскими землями, возможно, указывает на ободритскую помощь франкским гарнизонам крепостей ресурсами. Не менее вероятным кажется и возможность смешанных франко-славянских гарнизонов обоих крепостей. Для крепости Эссенфельде, однако при этом был назначен саксонский начальник.

В 814 году король ютландской Англии Гериольд признал себя вассалом франков, а его земли вошли в империю на правах такой же марки, что и у ободритов. Однако власть во всём Датском королевстве узурпировали потомки Готфрида, также что для включения земель Гериольда их предстояло сначала отвоевать. В 815 году Славомир предоставил Людвигу Благочестивому войско для похода в Ютландию, в качестве помощи Гериольду. Несмотря на успешность похода и взятие заложников, прочно закрепиться в Англии Гериольду удалось лишь несколькими годами позднее.

Отношения ободритов и франков начинают меняется в 817 году, когда между ободритскими князьями начинается конфликт из-за власти. Как и было отмечено выше, ободритские правители получали в то время подтверждение своего права на власть и титул от франкских императоров, что делало их в конечном итоге зависимыми от франков. После убийства Дражко семь лет правил Славомир, о происхождении которого источники не сообщают. В 817 году сын Дражко Чедраг обратился к франкам за поддержкой своего права на власть. Император, удовлетворил его просьбу и приказал Славомиру разделить власть с Чедрагом, что привело Славомира в ярость. Объявление им войны франкам указывает на то, что сами ободриты в это время, признавая верховную власть императора, в то же время не признавали его права вмешиваться во внутреннюю политику ободритского королевства и менять маркграфов.

Сложно сказать, что привело к такой ситуации – был ли Чедраг после смерти Дражко ещё слишком молод, чтобы наследовать власть, или же он и был тем сыном Дражко, отданным в заложники данам ещё в 808 году и освобождённым теперь после ободритского похода на данов в 815-ом, так же не совсем понятным остаётся и кем приходился Дражко сам Славомир. В конечном итоге это привело к отпадению Славомира от франков. Вместо этого он заключил союз с данами и напал на франкскую крепость-колонию Эссефельд в Нордальбингии. С помощью ободритов (по всей видимости, подчинённых Чедрагу) франкскому наместнику удалось отбить нападение, а сам Славомир вскоре был смещён и выдан франкам.

В следующем, 818 году ободриты упоминаются в числе прочих послов при дворе франкского императора, прибывшими туда с подарками – очевидно, в попытке снова добиться расположения императора, признавая его верховенство. В 819 году франкосаксонское войско, отправленное к ободритам за Славомиром, доставило мятежного короля к императорскому двору в Аахен. Славомир был смещён с престола и отправлен в изгнание, а вся власть над ободритами передана Чедрагу.

Однако по какой-то неясной причине Чедраг пошёл тем же путём, что и его предшественник, и также объединился с данами против франков уже в 821 году. В результате франки отстраняют от власти уже самого Чедрага, восстанавливая на ободритском престоле Славомира. Тот, впрочем, так и не успел второй раз занять ободритский престол, скончавшись от болезни по пути из франкского изгнания где-то в Саксонии, приняв перед смертью христианство и став, таким образом, первым из известных христианских правителей ободритов. О том, остался ли в результате этого у власти Чедраг или же правление было передано другому правителю, франкские хроники не сообщают.

817 год, таким образом, можно признать условной датой изменения политической ситуации на юге Балтики. На фоне общего упадка отношений ободритов и франков, с этого времени отмечается сближение ободритов с данами. Отношения ободритов с велетами при этом и дальше остаются враждебными. Незадолго до 823 года сообщается об очередной войне ободритов с велетами, в которой был убит велетский король Люб.

Отношения с франками, хотя официально и остаются в это время ещё дружественными, на деле же медленно, но верно начинают портиться. Причиной тому должны были стать всё усиливавшиеся попытки вмешательства франков во внутреннеободритские дела. Как и было указано выше, попытки смены там правителей приводили к войнам и отпадениям. В первой трети IX века была начата христианизация двух ленных саксонских провинций ободритского королевства – Нордальбингии и Вигмодии. В грамотах гамбургских (нордальбингских) и бременских (вигмодских) епископов этого времени указывается распространение их полномочий на все северные народы, включая норманнов и славян. То обстоятельство, что источники того времени ничего не знают об основании церквей или епископств в ободритских землях, в то время, как миссионерская деятельность гамбургско-бременских миссионеров в Дании и Швеции в это время хорошо задокументирована, может указывать на сопротивление ободритов христианизации. Если Lex Werinorum был принят действительно для ободритской марки, то это должно было ещё более усугубить ситуацию.

Также ничего неизвестно в это время и о крещении ободритских королей (в отличии, например, от английского маркграфа Гериольда). В случае, если получивший в 817 году власть Чедраг был тем самым сыном Дражко, забранным Готфридом в качестве заложника в 808 году и прибывшим в ободритское королевство после 9 лет проживания в Дании, он с большой долей вероятности должен был быть язычников во время коронации его Людовиком Благочестивым. В таком случае становятся понятны и его связи с данами, вместе с которыми он поднял восстание против франков уже на четвёртом году своего правления. Причинами этого восстания могло стать сопротивление языческого правителя франкским попыткам отменить традиционные ободритские уклады, введя новую религию и законодательство.

В 822 году снова сообщается о дружественном присутствии ободритских послов при императорском дворе, однако в этот же год, как сообщают Франкские анналы: «По приказу императора, саксы возводят некую крепость за Эльбой, в месте, которое называется Дельбенде. И когда из него были изгнаны славяне, которые занимали его до этого, против нападений [славян] в нём был размещён саксонский гарнизон» (Annales Regni Francorum, 822). Дельбенде – это название небольшой реки, в ободритских землях в нижнем течении Эльбы, а также большого леса, находящегося между этой рекой и современным городом Гамбург. Таким образом, эта крепость была основана уже не только именно против ободритов, но и сопровождалась изгнанием их со своих территорий, то есть прямым военным конфликтом. Основание крепости в Дельбенде, очевидно, является первым шагом франков по установлению так называемой «саксонской границы». Исторически это говорит о том, что ободритам к этому времени де-факто удалось добиться практически полной независимости от империи, де-юре всё ещё оставаясь вассалами франков.

Первые упоминание «границы» франков в землях к северу от Эльбы относятся к в 817 году, когда Франкские анналы сообщают о том, как после отпадения Славомира император приказал франкскому гарнизону в Нордальбингии охранять «вверенные им границы» (Annales Regni Francorum, 817). Однако на деле крепость Эссефельд в Нордальбии была лишь единичной франкской военной колонией в контролируемых ободритами землях, «границы» же в прямом смысле этого слова, ещё не существовало. Речь скорее может идти о начале создания франками «саксонской границы» по Эльбе, чем о разделительной линии между Нордальбингией и Вагрией, известной лишь позднее. Запрет на продажу славянам оружия в Шезле (804) и Бардовике (804), как и обустройство крепостей Хохбуки (808), Эссефельде (809), Дельбенде (822) отражают постепенную реализацию этих планов и политику франков. Описание «саксонской границы» в установленном виде было оставлено Адамом Бременским в его «Истории Гамбургской церкви» уже намного позже – в XI веке:

«Мы нашли также и границу Саксонии, лежащей по ту сторону Эльбы, как она была установлена Карлом и прочими императорами; она проходит следующим образом: От восточного берега Эльбы до небольшой речки, которую славяне называют Месценрейца. От неё граница идёт через Дельвундерский лес до реки Дельвунды. Оттуда она доходит до Горнбека и Билениспринга, и далее к Лиудвинештейну, Вайзебиркену и Барницу. Затем она тянется до Хорбистенона и Травенского леса и вверх по нему вплоть до Булилункина. Оттуда граница идёт до Агримесхоу и постепенно подымается до брода, который зовётся Агримесвидил, где Бурвидо вступил в поединок со славянским воином и убил его. В память об этом в названном месте поставлен камень. От этого болота граница идёт к озеру Кользе и доходит на востоке до поля Цвентифельд вплоть до реки Цвентины, по которой граница Саксонии идёт до самого Скифского моря и того моря, которое зовётся Восточным» (Адам, II 18).

В этом описании Адам основывался на грамоте папы римского Льва III. Однако «установление границы» во времена Карла не подразумевало какого-то противостояния с ободритами, а было скорее описанием отошедших империи новых саксонских земель. С 804 и до смерти Карла (до отпадения Славомира при Людвиге I) всеми этими областями управлял ободритский король. В действительности же, противостояние началось лишь в 817 году и было следствием франкской политики.

Важное место в этом противостоянии, как и во всей последующей истории ободритов, саксов и Германии вообще, предстояло сыграть новому немецкому городу на Эльбе – Гамбургу. Кажется правдоподобным предположение археолога Фридриха Лаукса о том, что крепость Дельбенде – это и есть первая саксонская крепость Гаммабург, будущий Гамбург (Laux 1997, S. 105–107). Название славянского поселения Дельбенде, из которого были изгнаны славяне и на месте которого саксы построили новую крепость, могло происходить от Дельбендерского леса, что географически достаточно близко гамбургской крепости. Аргументом в защиту такой версии можно привести как отсутствие сообщений об основании Гамбурга, который упоминается впервые в 831/834 гг. в контексте учреждения здесь епископства, то есть, уже как существующая и заселённая крепость, так и данные археологических исследований, установившие в наиболее древней части крепости Гаммабург выполненную славянской техникой деревянную мостовую, также и славянскую керамику, в следствии чего этот слой считают славянским поселением (Laux 1997, S. 70, 71). Кем именно была построена первая крепость – славянами или франками, остаётся не ясным. Ф. Лаукс указывал на характерность таких типов крепостей франкам, основываясь при этом на старых данных. А. Шмидт-Хеклау в опубликованной в 2002 году диссертации помещал крепость Хаммабург в каталоге славянских археологических находок с пометкой «славянская или франкская крепость» (Schmidt-Hecklau 2002). Ввиду того, что место древней крепости Гаммабург находится в самом центре Гамбурга, в районе плотной застройки, ожидать проведения здесь новых археологических раскопок, возможно, позволивших бы прояснить ситуацию, не приходится.