Чтение онлайн

О славянах здесь уже не упоминается, однако сообщение о разрушение Гамбурга норманнами напрямую перекликается с сообщением Бертинских анналов о разрушении саксами славянской крепости. Как известно, крепость Гамбург находилась как раз в нижнем течении Эльбы, на границе саксов и ободритов, и, абстрагируясь от вводящих в заблуждение деталей, не сложно заметить, что оба сообщения явно передают об одном и том же событии – в 845 году произошло сражение данов, славян и саксов в нижнем течении Эльбы, в результате которого был разрушен какой-то город и, в конечном итоге, победили саксы. Разрушение Гамбурга приблизительно в это время подтверждается анализом и сопоставлением с сообщениями других письменных источников. Римберт подробно описывает разрушение Гамбурга в 16-ой главе «Жития Ансгария», помещая этот рассказ хронологически ещё до смерти Людвига I, где-то в 839/840 гг. Город внезапно окружили прибывшие на кораблях морские разбойники, об этнической принадлежности которых Римберт не сообщает, называя их, подобно Ксантенским анналам, просто «язычниками». Город и церковь, как и ближайший посад, были разграблены, сами жители Гамбурга при этом частично бежали из города, частично были пойманы и уведены в рабство, большая же их часть была убита. Нападение язычников произошло вечером и они, согласно Римберту, провели в городе ночь и все следующие сутки, после чего подожгли город и отправились далее. Другой важный источник по истории Нордальбингии – Адам Бременский – также помещает разрушение Гамбурга в последний год правления Людвига I, приписывая этот набег норманнам. Впрочем, это сообщение теряет свою ценность ввиду указания Адамом своих источников: «Жития Святого Ансгария», «римских грамот» и «франкской истории». Под «франкской историей» должны были подразумеваться Фульдские анналы, так как они единственные сообщают о разрушении Гамбурга норманнами, кроме того, о знакомстве Адама с трудами Рудольфа Фульдского говорят и другие его цитаты, к примеру, описание ранней выхода саксов из Британии в первой книге. Римские же грамоты, т. е. утверждающие права и владения Гамбургского епископства грамоты Людвига Благочестивого, использованные Адамом, в настоящее время признаются поддельными (Harthausen 1966, S. 17). Подробности разрушения, как и датировка, были почёрпнуты Адамом из рассказа Римберта.

Ввиду того, что Житие Ансгария было написано только в конце IX века и рассказ о разрушении Гамбурга в нём не содержит точной датировки, так, что кажется возможной некоторая путаница или помещение Римбертом этого описания ранее положенного, датировка разрушения Гамбурга Фульдскими анналами 845 годом выглядит более достоверной. Однако все противоречия в показаниях на этом не снимаются. К примеру, Римберт ничего не сообщает о походе Людвига и разгроме им покинувшего Гамбург датского флота, равно, как и о взятии Людвигом славянского города и вообще о роли славян и данов во всей этой истории, что также говорит о поверхностности его, как исторического источника. Нападавших он называет морскими разбойниками и врагами. Разумеется, архиепископа Римберта, писавшего о религиозном подвижничестве своего предшественника Ансгария, в первую очередь волновали дела религиозные, а не политические или военные, так, что из какого там племени происходили разрушившие Гамбург язычники, их дальнейшая судьба или походы Людвига его интересовали куда меньше, чем судьба гамбургской церкви, убитых христиан или утраченные в ходе нападения реликвии. Ксантенские анналы (впоследствии КА) передают ещё одну, третью версию событий 845 года:

«В том же году во многих местах язычники наступали на христиан, но из них было сражено фризами более 12 тысяч. Другая часть их устремились в Галлию, и там погибло из них более 600 человек. Однако Карл, по причине своей [военной] праздности, отдал им многие тысячи фунтов золота и серебра, чтобы они ушли из Галлии; что они и сделали. Несмотря на это, были разрушены очень многие святые монастыри, и они увели в плен многих христиан. В то время, когда это произошло, король Людовик, собрав большое войско, отправился в поход против вендов. Когда язычники узнали об этом, они, со своей стороны, отправили в Саксонию послов, и преподнесли ему дары и передали ему заложников и просили о мире. И тот предоставил мир и вернулся в Саксонию. После же этого на разбойников нашла чудовищная смерть, при этом также и вожак нечестивцев, по имени Регинхери, который грабил христиан и святые места, умер, пораженный Господом. Тогда, посоветовавшись, они бросили жребии, которыми их боги должны были указать им средство к спасению, но жребии упали без пользы. Когда же некий пленный христианин посоветовал им бросить жребий перед христианским богом, они это сделали и их жребий упал удачно. Тогда их король по имени Рорик вместе со всем народом язычников в течение 40 дней воздерживался от мяса и медового напитка, и смерть отступила, и они отпустили в родные края всех пленных христиан, которых имели».

Ксантенские анналы также сообщают о нескольких сражениях с язычниками, произошедших примерно в одно время. Несмотря на кажущиеся противоречия, общий ход событий и здесь остаётся тем же: в 845 году происходит 2 или более нападений данов на Францию, разграбляются города и монастыри. В это же время Людвиг с саксонским войском ведёт войну со славянами где-то на саксонской границе и одерживает победу. Ни о данах, ни о разрушении Гамбурга или какой-то славянской крепости уже не сообщается, зато появляются новые имена и персонажи: некий предводитель язычников Регинхери и король язычников Рорик, точное определение которых как данов или славян во всей этой неразберихе представляется совсем не простым. Имя этого Рорика в 845 году записано так же, как и хорошо известного впоследствии франкским источникам «Рорика, брата Гериольда», в историографии известного также как Рорик Фрисландский. Последний принадлежал к знатному датскому роду и вместе со своим братом или дядей, уже упоминавшемся выше королём Англии Гериольдом, во времена Людвига I получил в лен город Дорестад. После смерти Людвига I в 840 году, Франкская империя была разделена между внуками Карла Великого, так что Фризия перешла в управление Лотаря, а Саксония и Нордальбингия достались Людвигу II. Лотарь заключил Рорика и Гериольда в темницу, но после смерти брата, Рорику удалось бежать в подконтрольную Людвигу II Нордальбингию, откуда он начал совершать набеги на Фризский берег. Ему удалось захватить Дорестад и эти его усилия привели к тому, что в 850 году Лотарь официально восстановил его в правлении Дорестадом на правах лена. Начиная с этого года Рорик, брат Гериольда часто упоминается Франкскими анналами, однако сообщение КА 845 года о «Рорике, короле язычников» сильно отличается от всех последующих упоминаний «Рорика, брата Гериольда».

Христианская притча о страшной смерти, постигшей язычников после их нападения на христиан и чудесном исцелении с помощью поста, главным героем которой предстал Рорик, помещена в Ксантенских анналах в 845 году, сразу после рассказа о нападениях язычников на Франкские земли и похода Людвига II на язычников-вендов, под которыми должны были подразумеваться ободриты. Из этого контекста «Рорик, король язычников», ввиду отсутствия каких-либо пояснений или перехода, предстаёт в связи с походом Людвига II на ободритов. Однако исторический Рорик, брат Гериольда, хотя, возможно, и находившийся в это время в Нордальбингии, по соседству с ободритами, правителем ободритов быть не мог. Несмотря на то, что франки в это время не контролировали ободритские земли в прямом смысле слова, они рассматривали их как свои зависимые владения, постоянно предъявляя на них свои права. О том, что франками при этом не допускалось и мысли о передаче ободритских земель в лен данам подобно Дорестаду, становится наглядно видно из Бертинских анналов, под 838 годом сообщающих о том, как король данов Хорик I обратился к императору с такой просьбой, но получил отказ:

«Здесь же появились посланники Хорика, которые объявили, что в знак преданности императору он приказал разыскать и казнить предводителей пиратов, уже давно разорявших наши земли, и взамен требовал отдать ему страны фризов и ободритов. Его требование показалась императору настолько непристойным и неподобающим, что было встречено презрением и отклонено» (Бертинские анналы, 838, перевод с немецкого автора).

Такое положение вещей сохраняется до самой смерти Людвига I – в 839 году сообщается о его походе на ободритов и линонов. В 844 году в то же время сообщается о короле ободритов Гостомысле, убитом во время похода Людвига II на славян. Единственная возможность прихода к власти над ободритами Рорика, брата Герильда, исходя из сообщений Франкских анналов имеется в короткий период между обоими походами Людвига II в 844 и 845 гг. После смерти Гостомысла и поражения ободритов в 844 году, Людвиг II утвердил во власти над ними некого «герцога», ни имени, ни происхождения которого неизвестно. В 845 году этот «герцог» или был смещён ободритами, либо же сам поднял восстание против франков, что и повлекло за собой очередной поход Людвига II. Для отождествления этого «герцога» с Рориком, братом Гериольда, впрочем, оснований не имеется. Кроме того, обращает на себя внимание, что «Рорик, король язычников», упомянутый КА в контексте похода на ободритов Людвига II, предстаёт в этом случае под не характерным и не соответствующим реальности титулом «короля». «Королём» Рорик Ютландский никогда не был – ни данов (им был в это время Орик/ Хорик I, как об этом и сообщают БА), ни, как это было показано выше, ободритов. Наименование Рорика – в случае, если под ним подразумевался Рорик, брат Гериольда – «королём» в КА вместе с тем крайне сложно списать на плохую информированность или вольное обращение с титулами франкских хронистов. Рорик, брат Гериольда упоминается в КА в 850 г. и 873 г., в ФА – в 850 г., 857 г., 873 г. и 882 г.; в БА – в 850 г., дважды в 855 г., 863 г., 867 г., 870 г., трижды в 872 г. и в 881 г. Также этот Рорик упоминается под 882 г. в Ведастинских анналах (далее – ВА). Таким образом, имеется не менее 17 достоверных упоминаний Рорика, брата Гериольда, во Франкских анналах.

Все они начинаются в 850 г., когда Лотарь передал Рорику в управление Дорестад, и все они называют его норманном, реже – даном, либо не употребляют к нему никакого титула и ни разу не называют его «королём» даже после получения в лен Дорестада с частью Фризии. В то же время, для настоящих датских королей анналы всегда употребляют этот титул. Не упоминание титула Рорика, брата Гериольда, во Франкских анналах таким образом нельзя понимать иначе, как умышленным, что особенно хорошо заметно по сообщению БА 855 г., в котором говориться, как Рорик из Фризии направился в Данию, в надежде получить там королевскую власть, но ему не сопутствовала удача. Исключением является «Хроникон о деяниях норманнов во Франкии» (Chronicon de Gestis Normannorum) – источник, написанный, предположительно в том же месте, что и Бертинские анналы, но более поздний. Уже в XIX веке Г. Пертц заметил в предисловии к изданию «Хроникона», что этот источник является компиляцией БА и ВА. Конкретно сообщение «Хроникона» 845 года полностью восходит к БА и отличается от них лишь тем, что автор «Хроникона», переписывая БА, изменил имя Oric на Roric, а также вставил пропущенное в БА имя монастыря – Ситию.

Являясь прямой цитатой, «Хроникон» не может рассматриваться в качестве источника в прямом смысле этого слова. Причины, почему его автор (видимо, Ламберт из Сент-Омера, из чьего, восходящего к концу XI века, сборника «Liber Floridus» и известен «Хроникон») изменил имена, могли быть разными. Сент-Омер, где был расположен Бертинский монастырь, и, предположительно, написан и Хроникон, находится на самом северо-западе современной Франции, географически близко к исторической Фризии, которой до 870-х правил Рорик, брат Гериольда. Возможно поэтому, имя Рорика Ютландского и было более известно Ламберту, чем собственно датский король Орик, или Хорик I, правивший чужой (Рорик был вассалом Лотаря и таким образом, находился в том же государстве, что и Сент-Омер) и намного более далёкой стране, к тому же, и умерший на два десятка лет ранее Рорика. Следует обратить внимание, что Бертинскому аббатству вообще было больше других монастырей известно о Рорике Ютландском. В Бертинских анналах он упоминается 10 раз и ещё один раз в продолжавших их Ведастинских анналах (в ФА – 4 раза, а в КА и вовсе лишь 2). Последние 2 упоминания 881 (БА) и 882 (ВА) гг. называют Фризию бывшими ленными владениями Рорика, брата Гериольда, что говорит о сохранении в Сент-Омере памяти об этом историческом персонаже и после его смерти. При такой хорошей осведомлённости здесь о Рорике Ютландском, сообщение о нападении на Сену в 845 году Орика, а не Рорика крайне сложно объяснить путаницей. Путаницу внес лишь Ламберт в XI веке.

Другим возможным объяснением была бы известность Ламберту устной версии легенды о чудесных знамениях и божественной каре, посланных на язычников после их нападения на Гамбург в 845 году и в которых значилось имя Рорик, а не Орик. Как будет показано ниже, эта легенда уже в IX веке распространилась из Гамбурга по церквям и монастырям Франкской империи. В более подробном виде и с указанием на ободритов и короля Рорика, она была записана в более близкой к Эльбе Ксантенской церкви. В Бертинском монастыре о месте действия знали намного меньше, как об этом красноречиво говорит уже сама фраза «какой-то город славян», подразумевающая Гамбург (впрочем, не исключено, что причиной такой формулировки стало указание источником БА славянского названия Гаммабурга – Дельбденде или какого-то другого).

История о «чуде» была известна и Пруденцию, который связал её в Бертинских анналах с Хориком, совершившим в это же время нападение на Париж, а не с Гамбургом. Очевидно, путаница произошла из-за того, что история о «чуде» не менее хорошо подходила и для географически более близкого, потому лучше известного и более впечатлившего бертинских монахов французского похода норманнов.

Сообщения о некой эпидемии, разразившейся у язычников, с большой долей вероятности, имели историческую основу. Кроме БА и КА, очень схожую историю описывает и Римберт (Римберт, 17–18). По его словам, после разрушения Гамбурга бежавшие из города монахи разбрелись по разным землям, но нигде не могли подолгу останавливаться, так как всюду встречали враждебное отношение язычников. В это же время шведские язычники начали гонения на епископа Гауцберта и его окружение. Его племянник Нитхард был убит и стал мучеником, также множество христиан было ограблено, уведено в плен и содержалось в оковах. За эти злодеяния на язычников снизошла божественная кара. Римберт приводит историю о том, как мор напал на скот и дворовых рабочих, а после этого и на семью некого знатного язычника, сын которого участвовал в гонении на христиан. Мор отступил лишь тогда, когда этот знатный язычник вернул украденную у христиан книгу, сам же он после этого уверовал в христианскую веру и стал её ярым последователем. Схожая участь постигла в то время и других мучителей христиан – все они были наказаны либо потерей имущества (очевидно, как и в описанном выше случае – в результате мора скота), либо сами заразились некой болезнью. При том, что Римберт называет этих язычников шведами, нельзя не отметить, что речь судя по всему идёт о всё той же истории, что передают и Франкские анналы – о мученичестве и ограблении христиан, за которым последовало поражение язычников некой заразной болезнью.

Нельзя не отметить, что вся история о принятии христианства и отдаче христианам назад их имущества знатным язычником находит прямые параллели в сообщении КА о Рорике, короле язычников. Как и было отмечено выше, описания Римберта менее точны, чем Франкских анналов. Ансгарий покинул Гамбург до его разорения и потому не мог сам видеть того, что произошло в городе и как развивались события в регионе сразу после этого. Скорее всего, сведения были получены от тех самых упоминаемых Римбертом, разбредшихся по другим землям монахов Гамбургского монастыря. Римберт ошибочно помещает эти события перед смертью Людвига I, однако они переданы им именно в связи с разрушением Гамбурга, как произошедшие непосредственно после этого. Судя по всему, некая эпидемия действительно разразилась на обширных территориях к северу от Эльбы и в южной Ютландии. Распространилась ли она при этом действительно на Швецию – кажется очень сомнительным.