Чтение онлайн

— Как хорошо, что ты не утонул, — шепнула мне жена, как только страсти немного улеглись.

— Что, прости?

— Я бы ужасно выглядела в трауре. Черный мне совершенно не идет.

— Рад, что смог быть полезен, — не удержался от смешка. — Впрочем, идет война, и как знать, какой наряд на тебе будет завтра?

— Не будь букой…

К слову сказать, нашей победе радовались не только в театре. Весть о ней мгновенно облетела всю страну, вызвав настоящий подъем патриотизма как в крестьянских избах, так и в модных салонах. Уже на следующий день в продаже появились лубочные картинки, изображающие, как русские моряки на маленькой канонерке одолели огромный английский корабль.

На страницах газет то и дело появлялись статьи, в которых переквалифицировавшиеся в морских экспертов писаки рассуждали о закате классических линейных кораблей и фрегатов, которые непременно будут вытеснены новомодными военными судами небольших размеров и стоимости.

Но были и положительные моменты. Среди обладателей крупных состояний нашлось немало людей, желающих поддержать отечественный флот не только морально, но и материально. Землевладельцы, купцы, промышленники жертвовали в эти дни немалые суммы, с непременным пожеланием, чтобы на них были построены новые канонерки.

— Отчего бы и нет? — благодушно улыбался Путилов, которого частенько просили выступить посредником. — Дело знакомое, технологии, как вы изволите выражаться, отработаны. Сладим быстро…

— Не торопись, Николай Иванович, — возразил я. — Строить, конечно, нужно. Но…

— Простите?

— Видишь ли, в чем дело. Служба канонерок еще толком и не началась, а недостатков уже выявлено достаточно. Так почему хотя бы не попытаться их исправить?

— Недостатки?

— Конечно. Сам посуди. Мореходность слабая, про автономность и говорить нечего. Защита тоже никуда не годится. Вон на «Осетре» первое же ядро котлы побило…

— И что же делать?

— С теми, что построены, уже ничего. Хотя фон Шанц предложил укрепить борта железными листами толщиной в дюйм с небольшим.

— Остроумное решение.

— Это точно! Я дал приказание для начала провести испытания, глядишь, что и выгорит.

— Предлагаете ставить такую защиту изначально?

— Не совсем. Думаю, нам нужен новый проект. И даже не один. Для начала увеличим водоизмещение и высоту борта. Сделаем подъемный винт, чтобы корабль хорошо управлялся под парусом. Калибр пушек можно и уменьшить, а вот количество припасов увеличить. Чтобы корабль мог находиться в плавании целый месяц, а то и два!

— И пустить их на вражеские коммуникации?

— В точку!

— А как же защита своих берегов?

— Я же говорю, проекты нужны разные. Допустим, небольшой корабль с полностью железным корпусом и низким бортом. На нем бронированная вращающаяся башня с крупнокалиберным орудием.

Взяв в руки карандаш и листок бумаги, быстро набросал что-то отдаленно напоминающее будущий «Монитор».

— Как тебе?

— Это невероятно! — потрясенно прошептал Путилов. — А каким образом вращается башня?

— Разные могут быть варианты. Можно подвесить ее на центральном штыре, можно опирать борта на специальные катки. Привод сделать паровой или гидравлический.

— Простите, ваше императорское высочество, — тяжко вздохнул чиновник. — Но при нынешнем развитии промышленности такое нам не осилить!

— Это понятно. Но можно проще. Срезать борта у парового линкора, а вместо него поставить деревянный бруствер с пушками, защищенный сверху железными плитами или даже железнодорожными рельсами. Поскольку порты будут ослаблять общую конструкцию, ограничиться небольшим количеством орудий, но зато использовать самые мощные из возможных.

— Это более реальная задача…

— Подумай, друг Путилов. Ну а пока можно ограничиться улучшенными «константиновками». Размеры побольше, пушки покрупнее, машины посильнее… кстати, что там с нашими машинами?

— Константин Николаевич, — взмолился собеседник. — Делаем все, что можно, но пока…

Вопрос был серьезный. До сих пор даже самые удачные его паровики развивали на пределе восемьдесят индикаторных сил вместо ста. У большинства же отдача не превышала шестидесяти. Пока речь шла о небольших канонерках, предназначенных для мелководья, с этим можно было мириться. В конце концов, плохой движок, но сегодня, лучше, чем отличный, но после войны. Однако если мы хотим победить, с этим надо что-то делать. Обороной Англию не одолеть. Для этого надо пощупать британцев за их самое слабое место — кошелек! И двух каперов для этого мало. К слову, от бравых рейдеров пока никаких новостей. Интересно, чем они там занимаются вообще за казенный счет?

— Ваше высочество, — отвлек меня от разговора Лисянский. — Пришли свежие газеты…

— И что там?

— Известия от Бромми и Шестакова!

— Так чего же ты мямлишь! Давай их сюда!

[1] В нашей истории это происшествие случилось двумя месяцами позже.

[2] В реальности реакция Николая I была еще более бурной. Но тогда не было победы.

Говорят, что Золотой век пиратов, когда они грабили караваны галеонов, идущих из дальних стран с золотом или пряностями, остался в прошлом. Давно не слышно про флибустьеров Карибского моря, усмирены мусульманские корсары Магриба и Алжира. И даже в Юго-Восточной Азии нападения на суда довольно редки… но быть может, пришла пора вспомнить о тех веселых временах?

Примерно так думал капитан-лейтенант Шестаков — молодой и амбициозный офицер, посланный в Северо-Американские Соединенные Штаты перед самой войной с задачей покупки корабля для каперства. То есть сначала он должен был отправляться в Англию, где строились два паровых корвета «Витязь» и «Воин». Но по какой-то неведомой ему причине совершенно готовая сделка сорвалась и ему, несмотря на потерю довольно-таки значительных средств, приказано отправляться за океан.

Признаться, сначала ему это показалось проявлением какого-то непонятного самодурства или даже глупости со стороны великого князя Константина. Он даже хотел писать государю, но вовремя одумался. Теперь же, по прошествии времени, все очевиднее становилось, что, если бы не это решение, корабли, построенные за русские деньги, вступили бы в состав вражеского флота!

И хотя ему было решительно непонятно, каким образом генерал-адмирал смог предвидеть подобную ситуацию, оставалось лишь благодарить Господа за то, что тот послал им столь прозорливого начальника.

Уже в Нью-Йорке его догнало очередное послание из Петербурга. Великий князь через своего секретаря настоятельно потребовал срочно приобрести партию винтовок Шарпса, числом не менее тысячи, и спешно отправить их в Россию.

«Милостивый государь, Иван Алексеевич, — писал ему Головнин. — Спешу уведомить, что дело это наисерьезнейшее, срочное и не терпящее отлагательств. Посему, покорнейше прошу отнестись к нему со всем тщанием. Покупайте все, что сможете из готового, не останавливаясь перед переплатой, а сразу же после заключения сделки озаботьтесь доставкой оного, не забывая при том о строжайшем соблюдении тайны!»

— Эвон как у них подгорело! — задумался Шестаков, разглядывая приложенный к посланию чек.

Впрочем, делать было нечего. Приказы великих князей не обсуждаются. После наведения справок пришлось отправляться прямиком в «Страну мускатных орехов», как тут называли штат Коннектикут, город Хартфорд, где помимо всего прочего располагались оружейные заводы, сразу несколько из которых производили винтовки конструкции Кристиана Шарпса.

На месте выяснилось, что совсем недавно неугомонным конструктором была разработана очередная модификация винтовки, сделавшая прежнюю модель устаревшей. В голове не лишенного предприимчивости капитан-лейтенанта тут же возник план обратиться через руководство «Robbins Lawrence» [1] в военное ведомство САСШ с предложением выкупить винтовки старого образца по цене новых. Выгоды от такой комбинации и для завода, и для армии САСШ казались очевидными, но, когда он поделился этой идеей с президентом компании Джоном Палмером и директором завода Ричардом Лоуренсом, те поспешили охладить его пыл.